Усатый-полосатый, бедный и богатый (СИ)

— Это понятно. А чем должен заниматься я?
Маргарита Львовна глубоко вздохнула, присела в кресло напротив, после чего ответила:
— Дмитрий Алексеевич, я могу быть с вами откровенной?
— Другого от вас я и не жду.
— Ничем, — холодно произнесла женщина. — Ваша должность является номинальной уже несколько лет. Ваши обязанности разделены на нескольких сотрудников. Если вы желаете изменить привычный уклад, они будут этому только рады, сбросив с себя лишний груз А если нет, то я не понимаю, что привело вас сюда.
Маргарита Львовна мягко улыбнулась, словно не она только что обозвала меня тунеядцем и чёрт знает кем ещё.
— Умеете вы мотивировать, — похвалил я пожилую женщину. — Позовите, пожалуйста, этих сотрудников, а ещё сделайте кофе.
Маргарита Львовна вышла из кабинета, напевая себе под нос “Оставайся мальчик с нами, будешь нашим королём”. Замечательная женщина. Уверен, мы поладим.
Говорят, что первый день — он трудный самый. У меня же выдалась нелёгкой целая неделя. Я был выжат как лимон в не безуспешных попытках постичь таинства отцовской корпорации. Зато это отлично помогало отвлечься.
Закопавшись в ворох бумаг по самые уши, на какое-то время можно было забыть об одиночестве, не думать о том, что Надя где-то далеко и не моя. Одна мысль о том, что моя Надя вполне может быть уже чьей-то, резали сердце как тупой нож. Следом поднималась обида, неведомое ранее чувство отвергнутости. Зашибись, прикол, тебя, Журавлёв, кинули!
— Повторить? — прозвучало будто издевательски откуда-то извне.
— Чего?! — неожиданный вопрос заставил меня выронить лопату и поставить внутренние самокопания на паузу.
— Напиток повторить? — терпеливо повторил бармен, кивая на пустой бокал, который я любовно грел в своих ладонях.
— Да, — подтолкнул тару по стойке к бармену и повернулся в зал, разглядывая посетителей.
В пятницу вечером их собралось немало. Почти все столики уютного бара были заняты, только места у стойки пока были свободны. Из одиночек, собравшихся элегантно напиться вдрызг, был пока только я.
Мальчишники, девичники, парочки… последние особенно бесили своим показным счастьем. Неуверенный олень с потрепанной увядшей розой в руках тоже топтался в дверях в ожидании пары. Каждой твари по паре, а я один.
Ни одной её фотки, за исключением голых лопаток, любезно сохранённых облаком. Даже профиль Машки в Инстаграме неожиданно стал закрытым. Ну, а была бы фотография, было бы лучше? Носил бы в портмоне фото своей собственной Фарануш.
Даже представил себе на минуту, как я, будучи уже старым хрычом, пристаю к прохожим и показываю им фотографию Нади. Девушки, которую так сильно полюбил и от которой уехал, думая, что все обойдётся. Эта картинка была такой яркой и отрезвляющей.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Что если время не лечит? Стоит ли проверять на собственной шкуре?
Смахнул все приложения с экрана и набрал номер своего верного Санчо Пансы.
— Алло, Маргарита Львовна, вы не спите?
— Что вы, Дмитрий Алексеевич, кто спит в моем возрасте в двенадцатом часу ночи? — не прикрывая зевоту, ответила секретарь привычным ироничным тоном.
— Мне надо забронировать билет на самолёт и подготовить несколько контрактов.
— И это не терпит отлагательств?
Я на секунду замялся, чем тут же воспользовался мой рыцарь в твидовом доспехе.
— Дмитрий Алексеевич, можно я буду откровенной? — вкрадчиво поинтересовалась женщина.
— Конечно.
— Восхищаюсь вашей деловой хваткой. Вы — сын своего отца. Но сейчас ловлю себя на мысли, что в безлимитном отпуске вы мне нравились больше. Данные о брони пришлите смс-кой, а контракты я буду готовить утром.
Маргарита Львовна отключилась, предварительно дав мне возможность услышать её бормотание “как дети малые, ей-богу”.
Завербовать личную помощницу оказалось меньшим из моих зол. Куда хуже обстояли дела с руководителем компании. Не взирая на погожий субботний день, с самого утра мы с Маргаритой Львовной забаррикадировались в кабинете, где я держал оборону перед отцом, а Марго подавала снаряды. Чаще всего в виде едких комментариев в мой же адрес.
— Ну почему сразу глупая идея? Ты даже не даёшь мне шанс. — Я уже практически полулежал в кресле. Разговор с отцом меня утомлял, благо, хоть по телефону.
— Конечно, тут же радоваться надо. Мальчику в голову мысль какая-то пришла и даже не про то, как погулять на славу, — вставила свои пять копеек нравоучений Маргарита Львовна.
— Эй, я вообще-то всё слышу, — закрыв динамик рукой, бросил взгляд на секретаря.
— Я в курсе, — женщина пожала плечами. — Иначе бы молчала.
Я тяжело вздохнул, пытаясь снова вслушаться в бубнёж отца.
— Это ты ошибаешься. Это далеко не самое худшее вложение и к тому же отличная пиар-кампания. Да и после организации благотворительного фонда наших вложений потребуется не так уж много. Любительницы норковых шубок сами раскошелятся, лишь бы повысить карму.
— Очень интересно. Каким же это образом? — с сарказмом поддел меня отец.
— Тут семи пядей не надо. Оформим бумаги, откроем счёт, а дальше дело техники. Сначала пойду в любимый мамин салон и похвастаюсь о том, как она пожертвовала новому фонду не маленькую сумму. Эти самки выхухоля кошельки разорвут из-за рвения переплюнуть друг друга, а потом с той же речью можно и к маменьке вернуться.
— Хитро, — протянула Маргарита Львовна, вытягивая ноги и разминая затёкшие руки. Бумаг оказалась немного больше, чем мы предполагали.
— Ну, допустим, — смягчился отец. — А зоопарк-то выкупать зачем?
На этот счёт у меня не было конкретного плана, поэтому пришлось импровизировать.
— Ну как зачем? Для закрепления эффекта и поддержания доброго имени. Представь, едет семья с отдыха, где они замечательно провели время в новом, оборудованном по последнему слову, зоопарке. Настроение отличное. В машине заканчивается топливо, а по пути две заправки и только логотип одной из них кажется знакомым. Вот да, и животных можно добавить в рекламу. Все любят котиков, — мне казалось, я мёл откровенную чушь, но отец на том конце провода задумался.
— Любят они котиков, ага, — Маргарита Львовна соображала куда быстрее нас вместе взятых. — Ну и сходили бы поменяли лоток моему Барсику.
— Что ж, занимайся. Пусть этот проект будет под твоей личной ответственностью, — наконец-то то дала добро таможня.
Я положил трубку и громко хлопнул в ладоши, наслаждаясь маленькой победой.
— Вы же понимаете, что всё это не делается одним днём? — изогнула бровь секретарша, не разделяя моей радости.
— Понимаю, — кивнул я, продолжая глупо улыбаться.
— Может вы слишком много солёным воздухом надышались за время своего отпуска?
— Может, — добродушно ответил я. На Маргариту Львовну обижаться смысла не было. В глубине души я понимал, что она сейчас мой самый верный союзник. Причём из разряда таких, которые сами тебя добьют, лишь бы врагу не досталось. Я абсолютно точно был в ней уверен.
— Ну и как мы назовём наш фонд помощи четырёхлапым бедолагам?
— Надежда, — ответил почти сразу.
Надя
— Ещё не надоело? — Маша незаметно подкралась сзади, чем напугала меня до чёртиков.
— Нет, — улыбнулась я подруге. — Есть четыре вещи, на которые можно смотреть бесконечно: как льётся вода, как горит огонь, как работает кто-то другой и как играется наша Деметра.
Как обычно, только услышав имя маленького тигрёнка, Маша состроила самое многострадальное выражение лица.
— Отстань, отличное имя, — привычно отозвалась я.
— Да куда уж лучше-то. Папа Шерхан, мама Дульсинея, дочка Деметра… Мы тебя слепили из того, что было!
— Я тебе велосипед куплю со следующей зарплаты, — махнула рукой на подругу.
— На кой чёрт мне этот драндулет? — засмеялась она, намекая на мою мизерную зарплату.