Усатый-полосатый, бедный и богатый (СИ)
— Это было в Дании. В столичном зоопарке убили жирафа и скормили львам, — начала пояснять Надя, но понятней пока не стало. Я пока ничего криминального в этом событии не видел, обычная практика. Иной раз глянешь на грустного Шерхана в клетке, который толком и не двигается, так и хочется ему пол зоопарка скормить. Может полегчает “парню”.
— И? — спросил я Надю, требуя больше вводных. Уверен, что и одного факта убийства Кнопке достаточно, чтобы осудить смотрителей зоопарка в Копенгагене на муки вечные.
— Мариусу ещё и двух лет не было, это совсем юный возраст для жирафа. Тем более в неволе. А умертвить его решили из-за того, что ему не смогли найти пару. Тысячи людей подписали петицию, несколько зоопарков просили отдать его им, а они всё равно сделали это. И даже не усыпили, а застрелили на глазах у публики, чтобы не испортилось мясо. Сделали из этого шоу. И даже разделывать тушу стали на глазах у посетителей. Понимаешь?!
— Понимаю, — кивнул я, картина прояснялась весьма мрачная и удручающая.
Влип, однако, какой-то директор зоопарка. И кому хватило ума притащиться смотреть как убивают жирафа? Не то, чтобы я трусливый или брезгливый, но я бы не пошёл.
— А причём тут наш старый козёл? — умом понимал, что если хочу залезть в Надины трусики надо помалкивать и во всём с ней соглашаться, но язык жил своей жизнью и молол лютую дичь. — В дикой природе его бы и так сожрали давно. Это же естественно. Да и тут не стали бы стрелять, а усыпили.
— Естественно, — согласилась Надя, а плечи её поникли. — И хищников мне тоже жалко, но… Я не могу позволить его убить. Я его с детства знаю.
Голос Нади предательски задрожал, а сама она остановилась и замолчала.
— Ну, успокойся, — я обнял Надю, едва увидел как заблестели её глаза. — Украдём мы твоего козла, раз так хочется.
Кнопка уткнулась мне в грудь, благодарно обвив руками и орошая мою футболку слезами. А я подмигнул желтоглазому козлу, мол смотри, бро, уже обнимаемся.
— Спасибо, — тихонько прошептала Надя, отодвинувшись.
Она взяла покрепче импровизированный поводок и, манипулируя козлом с помощью сочных листьев и травки, потащила его дальше. Туда, где высокий кованый забор превращался в деревянное хлипкое сооружение из колышек. Оптимизация по-русски.
— Надь, — через пару минут окликнул я девушку. — А держать-то его где?
В голову вдруг взбрели сцены как козёл живёт в моём номере-люкс и стало страшно.
— Отправим на деревню к бабушке, — рассеяла мои страхи одной улыбкой Надя.
Козёл, он и в Африке козёл. Борька не обращал ровным счётом никакого внимания на спасательную операцию, и даже пытался неоднократно сорвать её. От встречи с праотцами козла отделяло только безграничное терпение Нади, а я уже был на грани и порывался загуглить рецепт какого-нибудь люля-кебаба.
Там, где нам потребовалось бы лишь пара минут, козлина старый тащился вечность, то и дело отвлекаясь на разные клумбы. Дегустатор хренов. Зато когда мы выходили на дорогу, бородатый старичок бодро вскарабкался на крутой подъём, затащив за собой наверх и Надю.
— Далеко идти? — признаться честно, пока мы выбрались из зоопарка, я уже был порядком измотан.
— Не очень. Часа три-четыре, — голос Нади при этом звучал ровно и спокойно, а вот у меня даже волосы зашевелились от ужаса.
Вот же попадос! Три часа по просёлочной дороге с козлом, который тащится порой медленнее, чем Танкер.
— И ты всерьёз собиралась идти одна?
— А я и не одна. Боря своих в обиду не даст, — Степанова потрепала козла за ушком как какого-нибудь домашнего пекинеса. — Маша должна была пойти со мной, но в последний момент не смогла.
Я даже фыркнул, не сдержавшись. Маша в роли защитницы обездоленных виделась слабо. Она скорее по части добивания страждущих, чтобы не мучились.
— Ох, уж этот последний момент, — поддел я Кнопку, честно сомневаясь, что подруга вообще собиралась составить ей компанию.
— Зря ты так, — Надя повернулась ко мне вполоборота, стараясь не отставать от Бориуса, заприметившего какие-то аппетитные заросли лопухов. — Маша — неплохой человек, и животных она любит. По-своему, — чуть тише добавила она.
— Так и я люблю по-своему. Утку, например, по-пекински, — поравнявшись с Надей, легко разглядел на её лице улыбку.
— Я имела в виду не это. Маша хорошо ладит с животными, они её слушаются. У неё будто свой стиль. Она всегда разговаривает с ними, правда иногда с питомцами она делится такими вещами, что и вслух произносить не принято. Но в этом вся она. А Боре без неё особенно худо пришлось бы.
— Почему? — справедливо возмутился я. Крадём козла мы, а лавры кому-то другому, не порядок.
— Она уговорила свою бабушку взять козла себе, а нашего техника помочь с камерами.
— Да уж, так и вижу заголовки утренних газет. “Козёл-старожил испарился из вольера”. “Загадочное исчезновение Бориса”, — я вошёл в азарт и готов был таких опусов ещё штук десять придумать, но Надя меня перебила.
— Так подставляться мы точно не станем. В его загоне есть большая дыра в заборе. Дыра есть, а финансов её заделать нет. Мы уже завалили директора своими просьбами, а ему хоть бы хны. Вот и будет ему уроком. За имуществом надо следить!
Ясно всё с вами, продуманы.
— Значит, Борис, вы бунтарь и беглец? — обратился я вголос к козлу, докатился же.
— Авантюрист, — подключилась ко мне Надя.
Не самая плохая ночь. Может зачтётся за свидание под луной и звёздами?
С дороги мы быстро свернули. Не без инициативы козла, естественно. Зато к романтической обстановке вскоре добавился и шум прибоя. Отличный шанс на сближение.
— Эй, красотка!
Припозднившиеся туристы, удравшие от цивилизация на окраину, развели костёр и распивали далеко не чай. Я предпочёл бы не сталкиваться ни с какими компаниями, но в ясную лунную ночь нашу процессию было трудно не заметить.
— Не холодно ли тебе, девица? Не холодно ли тебе, красавица?
— Иди ко мне согрею.
Подвыпившая компания дружно заржала.
— Не обращай внимания, Дима, — сказала Надя так, чтобы слышал её только я.
Буду я ещё внимания на кучку недоумков обращать.
— Бросай своих козлов, — вклинился третий любитель ночного кутежа.
Козлов, значит…
Глава 10. Ночь, пляж, двое и козёл
Надя
— Дима, ты идиот?! Что ты творишь? — я очень была зла на Журавлёва за его выходку. — А что, если бы у них было какое-то оружие?
— Какое? Шампур? — Дима беспечно пожал плечами и улыбнулся, глядя на меня.
— Что бы я потом делала с твоим телом пронзённым шампурами? — мне в отличие от него весело не было.
— Меня бы бро дотащил, — Дима вскинул вверх ладонь и сжал в кулак. Он поднёс его ко лбу Борьки, а тот поспешил боднуть журавлёвский кулак, блея что-то в ответ. Драчуны, два сапога пара…
Лёгкая улыбка все равно коснулась губ. Привычка стажёра брататься и здороваться со всеми питомцами веселила.
Я даже не обратила внимание на выпивающую компанию, уверена, то же самое сделали бы и все мои знакомые. Иначе никаких нервов не хватит. Местным бы пережить сезон и снова наслаждаться тихой и размеренной жизнью. Поэтому мы к туристам относимся очень терпеливо. И терпение это прямо пропорционально размеру выручки с летнего сезона.
Русо туристо — отдельная песня. Чем дальше они уезжают от своей малой родины, тем в больший отрыв уходят. И вероятно из великой любви к первой беспрестанно кричат что-то в духе "Тагил!".
Я шла без опаски, но, к сожалению, позабыла, что рядом со мной тоже своего рода турист. Быстрее, чем я успела среагировать, Журавлёв кинулся в гущу событий восстанавливать свою попранную честь. Было бы бахвальством сказать, что Дима легко справился с обидчиками и раскидал всю тройку по сторонам. Увы, нет.
Ударив первого и оттолкнув его, Журавлёв тут же схлопотал от двух оставшихся. И если бы не взбесившийся в моих руках Борька, всё было бы гораздо хуже. Козёл разогнал обидчиков с диким животным энтузиазмом, то бодаясь, то лягаясь, то щёлкая своими зубами, норовя ухватиться за их пятые точки и все выпирающие конечности.