Эхо первой любви

Когда Кейт распахнула кухонную дверь, ее сердце бешено колотилось. Гидеон выглядел, как обычно, просто потрясающе — в обтягивающих джинсах, с влажными после утреннего душа волосами, он стоял возле плиты, размешивая что-то в тяжелой металлической сковороде. Обе девочки сидели за обеденным столом.
— Привет! Я, похоже, проспала.
Он обернулся ей навстречу с приветливой улыбкой.
— Ты проспала на пару часов дольше, чем Тилли, но ничего страшного в этом нет.
— А во сколько она обычно встает?
— Если мне повезет, то в шесть. Если в пять, то мне, честно говоря, вставать трудновато.
Неудивительно, что он выглядит таким усталым. Что за образ жизни он ведет — ложится после полуночи, встает на рассвете!
— Наверное, мне пора.
— Останься и позавтракай с нами.
— Папочка делает омлет, — сообщила Джемайма, поднимаясь со стула. — Он добавляет туда сливки.
— Вот это совсем не обязательно, будет слишком калорийно.
— Присаживайся, — сказал Гидеон. — Выпей хотя бы кофе. Что ты обычно ешь на завтрак?
Завтрак! Запах свежеобжаренных тостов был непреодолимо соблазнительным. Она не могла припомнить, когда в последний раз завтракала.
— Тост и кофе.
Гидеон поставил в центре стола большую тарелку с омлетом. Блюдо выглядело очень аппетитно, но все внимание девочек было приковано к Кейт.
— Ты сегодня отведешь меня в школу? — поинтересовалась Джемайма.
Кейт вопросительно посмотрела на Гидеона.
— Сядь на свое место, Джемайма. Я сам тебя отведу, но сначала тебе придется съесть завтрак.
— Я хочу сидеть рядом с Кейт! — с вызовом проговорила девочка.
Только теперь Кейт заметила, что маленькая Тилли пересела на стул рядом с ней и заглядывает ей в лицо своими сияющими глазами. Гидеон бросил на Кейт извиняющийся взгляд.
— Хочу сидеть с Кейт! — не унималась Джемайма.
— Нет, я хочу сидеть на этом стуле рядом с Кейт.
Кейт поспешно проговорила:
— Давайте я сяду в торце стола. Так вы обе будете сидеть рядом со мной.
Джемайма кивнула.
— Можно мне кетчуп на омлет?
— Ну, если только тебе очень хочется, — сухо проговорил Гидеон, выкладывая на тарелку тосты.
— Ты поедешь со мной и папой в школу? — спросила Джемайма.
— Кейт занята, — ответил за нее Гидеон.
Слева от Кейт маленькая Тилли возилась со своим тостом, потом молча пододвинула тарелку к Кейт.
— Она хочет, чтобы ты разрезала ей тост, — пояснил Гидеон.
Взяв нож и вилку, Кейт разрезала тост на длинные полоски и спросила:
— Так хорошо?
— Нет, она любит квадратики, — сказала Джемайма.
Тилли торжественно кивнула, подтверждая сказанное сестрой, и Кейт разрезала длинные полоски тоста на аккуратные квадратики.
— Вот так.
Тилли кивнула, и Джемайма перевела:
— Она говорит спасибо. Тилли не любит разговаривать.
— Ешь свой завтрак! — сердито напомнил ей Гидеон. — Сейчас принесу кофе. Ты собираешься навестить Дебби, Кейт?
— Да. Майку нужно на работу, и я побуду с Дебби вместо него. Она просила принести ей какую-нибудь работу. Не знаю, Майк, наверное, будет против, но она хочет начать разбирать мамины бумаги.
Гидеон протянул ей кружку с кофе, и божественный аромат напитка защекотал ноздри Кейт.
— Мне тоже не нравится эта идея. Дебби положили в больницу, чтобы она отдыхала.
— Ей необходимо чем-нибудь заняться. Она станет еще больше нервничать, постоянно думая обо всех этих коробках, сваленных на полу в доме тети Бэбс.
Гидеон улыбнулся:
— Она такая же, как Бэбс.
— Правда, они очень похожи. Я должна уговорить Дебби позволить мне начать уборку в шкафах. Надо избавиться от всего, что не представляет никакой ценности и не связано с памятью о маме. Например, отдать в благотворительные организации.
— Мне, надо принести что-нибудь, что начинается на «р», — сказала Джемайма, очевидно раздраженная тем, что взрослые перестали обращать на нее внимание. — А я ничего не могу придумать.
— На «р»? Предмет, который начинается на букву «р»?
— Да.
Гидеон налил Тилли еще одну чашку молока и пояснил:
— Они должны принести в школу предмет, который начинается на ту букву, что они проходят на этой неделе.
 
— Понятно, — сказала Кейт. — Дай мне подумать… Может, рукавичку? Или ролики?
— Рукавичку уже приносила Анастейша. А ролики мисс Баркер не разрешила приносить, потому что они грязные.
— Тогда ничего не понесешь, — отрезал Гидеон.
— Но мне нужно!
— Может, рыбу?
— Точно, рыбу! — подхватила Кейт. — Почему бы тебе не отнести в школу книгу про рыб, которую мы читали вчера? Помнишь, какие там красивые, большие картинки?
Глаза Джемаймы вспыхнули от восторга, и Гидеон прошептал:
— Слава богу!
Удовольствие, которое испытала при этом Кейт, было совершенно необыкновенным, точно ей присудили какую-то престижную журналистскую премию. Как странно, ведь она всего лишь удачно нашлась что ответить пятилетней девочке! Вот то, чего ей всегда так не хватало! Она ощущала себя частью семьи.Чувство, которое ей прежде не доводилось испытывать, даже когда была жива ее мать-алкоголичка. Кейт до сих пор не забыла тот стыд за нее, который испытывала перед всеми окружающими… Она отпила еще один глоток кофе. Сейчас вокруг нее был совсем иной мир.
— Ты закончила? — спросил Гидеон у старшей дочери.
— Да.
— Тогда иди и собирай портфель. А я пока подпишу твой дневник.
Джемайма спрыгнула со стула и убежала наверх.
— Тебе нелегко приходится, — заметила Кейт.
— Было полегче, пока тут была Ингрид.
— Я-я-я л-л-люблю Кейт, — вдруг проговорила Тилли.
— И я тебя, солнышко, — ответила Кейт, протягивая руку, чтобы погладить шелковистые волосы малышки.
Тилли вдруг вскочила с места и обхватила ее руками за шею. Это был настоящий поцелуй, первый в жизни Кейт. Еще никогда ее не целовал ни один ребенок.Она крепко обняла Тилли, прижимая девочку к своей груди.
— Тилли, пойди принеси мне свои ботинки, — сказал Гидеон. Когда дочь выбежала из кухни, он добавил, обращаясь к Кейт: — Извини, надеюсь, она тебя не обслюнявила. Наверное, ты к такому не привыкла.
Кейт с трудом сглотнула комок в горле:
— Да, для меня это внове.
Гидеон улыбнулся. Откуда ему знать, что значило для Кейт это объятие маленького ребенка. А она чувствовала себя расколотой на части, как льдина, неожиданно омытая теплой волной, — она просто таяла и не чувствовала больше никакой боли, одно только безмерное облегчение.
На кухню ворвалась Джемайма.
— Я нашла мою книжку с рыбой. Ты отвезешь меня в школу, Кейт?
— Джемайма… — начал было Гидеон, но Кейт прервала его:
— С удовольствием, если хочёшь.
Но молодая женщина вдруг почувствовала себя неловко. А вдруг она навязывается? То, что девочки так хотели быть с ней, еще не значило, что и Гидеон…
А Гидеон только пожал плечами:
— Ну ладно, а где твой дневник?
— В портфеле.
— Неси его сюда.
— Тилли идет сегодня в садик?
— Она пробудет там до двенадцати. — Гидеон встал из-за стола и начал загружать посудомоечную машину.
— Они в курсе, что я буду забирать ее?
— Кейт, я… Ты уверена, что можешь?
— Почему нет? Раз все равно остаюсь на острове, я хочу быть полезной.
Отвернувшись, Гидеон проговорил:
— Тогда почему бы тебе не переехать сюда? Жить в доме Бэбс без нее… будет не очень-то весело.
Это было именно то, чего Кейт так отчаянно хотела — быть с ним, стать частью его семьи. Быть с Тилли и Джемаймой…
— Здорово, — выпалила Кейт прежде, чем успела подумать, что же ей ответить. — Мне и собирать-то нечего. Придется кое-что купить. Похожу по магазинам, пока Тилли будет в садике.
Ей будет больно расставаться с ними, когда настанет время уезжать, но сейчас искушение казалось непреодолимым. К тому же отступать уже слишком поздно.
  
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
 
— Что ты делаешь?