Точка Бифуркации IX (СИ)
Сегодняшний день, к моему удивлению, снова не обошелся без приключений, и, признаться, я был немного рад, что в итоге всё обошлось без серьёзных последствий. Пускай они, эти последствия, перенесутся на какую-нибудь другую дату. И на первый взгляд казалось, что судьба услышала меня, но это была лишь иллюзия. Впрочем, не стоило быть таким наивным, и тогда грядущее не смогло бы стать для меня большим сюрпризом.
Уже ближе к выходу из аудитории я вдруг услышал за спиной быстрые шаги. Предчувствуя нехорошее, я, на мгновение прикрыв глаза, повернулся через плечо и уже ожидаемо увидел перед собой Викторию.
Княжна за прошедшие пару часов выглядеть лучше не стала. Она была вновь бледна, словно минуту назад пережила нечто невообразимо тяжёлое. Девушка застыла напротив, уставившись глазами в пол, а её бледность стала сменяться краснотой.
Было очевидно, что она хочет что-то сказать, но, судя по всему, слова застряли у княжны в горле.
— Алексей… — начала, кусая губы, Светлицкая.
С трудом произнесённое имя звучало так, будто она впервые обращалась ко мне напрямую. Что, впрочем, действительно было правдой. К слову, раньше Виктория старалась даже не смотреть в мою сторону, но сегодняшний день, по всей видимости, многое резко поменял.
Княжна замерла на месте, переминаясь с ноги на ногу, а её взгляд то опускался, то поднимался ко мне, явно в поисках нужных слов. Я спокойно и молча ждал, чувствуя, что она вот-вот решится, хотя пару раз проскальзывало ощущение, что девушка сейчас резко развернётся и уйдёт, не сказав ни слова.
— Я… я не могу вернуться домой, — наконец выдавила Светлицкая. Её голос был тихим, почти неслышным, но в этих словах читалось такое безысходное отчаяние, что казалось, ещё немного — и княжна разревётся как ребёнок. — Они… — девушка сглотнула, словно от каждой фразы ей становилось хуже, — они… меня убьют.
Несмотря на эмоции, которые Виктория пыталась скрыть, это было сказано просто, без истерики, но именно от этого слова и прозвучали ещё страшнее. Светлицкая вся сжалась, будто ожидала, что я сейчас начну насмехаться или отвернусь. Её руки дрожали, и она крепче сжала лямки рюкзака.
— Я знаю, как это звучит, — добавила девушка, с трудом удерживая голос в равновесии. — Но после того, что случилось… я больше не могу к ним пойти. Я… я пошла против всех. Против приказа отца.
В глазах княжны плескалась буря эмоций: обида, страх за свою жизнь, отчаяние и, наконец, стыд. Просить помощи именно у меня аристократке, судя по виду, было невероятно тяжело. Ещё бы, ведь наверняка всю свою жизнь она презирала всех и каждого, кто был хоть как-то связан с моей фамилией. Это было видно во всём её облике.
— Я… — Светлицкая замялась снова, её взгляд метался, будто она искала поддержки у невидимого спасителя. — Я не знаю, что мне делать. Идти просто больше некуда.
Пару секунд я стоял молча, раздумывая. Она действительно была в глубочайшем отчаянии. А я безмолвно поражался превратностям судьбы стоявшей передо мной девушки. В голове мелькали разные мысли, но больше всего вызывало вопросы то, как в действительности далеко её семья может зайти? Убить собственную дочь из-за невыполнения тупого приказа? Без лишней скромности могу утверждать, что с той задачей, которую возложили на эту едва доросшую до совершеннолетия девчонку, до сих пор не может справиться ни древний княжеский род, ни подписавшая себе смертный приговор частная военная компания. Неужели вся их надежда была только на то, что Виктория, пользуясь тем, что мы полдня проводим вместе в одном помещении, сможет нанести мне неожиданный и подлый удар в спину? Да она даже с двумя своими братьями-балбесами справиться не смогла.
— Говоришь, нужна моя помощь?.. — бросил я, внимательно наблюдая за каждым движением княжны.
Она стиснула зубы, сжав кулаки так, что побелели костяшки. Глаза на секунду вспыхнули огнём гордости, но потом этот огонь погас, и она, опустив голову, кивнула, нехотя, как будто эти слова резали её изнутри.
— Да, — выдавила Виктория. — Мне нужна твоя помощь.
— Хорошо, но от всех этих вещей придётся избавиться.
* * *Небо над городом затянулось плотными облаками, из которых лился холодный дождь, превращая улицы Москвы в зеркальную гладь мокрого асфальта. Люди спешно торопились скрыться от непогоды, стремясь найти убежище в тёплых домах и уютных кафе. Улицы, не считая никуда не девшегося транспорта, постепенно пустели, и лишь редкие прохожие, укрытые под зонтами, торопливо пересекали мокрые тротуары.
В этом промозглом пейзаже скользили по воздуху незримые для человеческого глаза сгустки плотного чёрного дыма. Они двигались с невероятной скоростью, без каких-либо препятствий преодолевая свой путь. Чуждые этому миру тёмные твари, по воле хозяина прямым курсом направлялись к стоявшему на одной из центральных улиц столицы высокому монолитному зданию. Являющаяся их целью многоэтажная высотка принадлежала крупнейшей в империи ИТ-компании. Об этом ярко гласила огромная светящаяся вывеска на главном фасаде дата-центра.
«РОСГРАМ»
Массивное сооружение возвышалось над окружающими строениями, его стеклянные стены отражали мрачное небо, а многочисленные антенны и спутниковые тарелки венчали крышу, как символы цифровой власти. Здание выглядело неприступным: охрана, системы безопасности, камеры наблюдения — всё это должно защищать его от любых посягательств. Но такие банальные меры не могли остановить тех, кто не принадлежал этому миру.
Демоны, подобно теням, скользнули внутрь через открытые окна, тут же разлетаясь по офису компании. Внутри здания царила деловая суета: сотрудники спешили по коридорам с документами и планшетами в руках, обсуждали проекты и шутили.
На девятом этаже, в просторном помещении, где работали ведущие программисты компании, царила тишина, нарушаемая лишь стуком клавиш и приглушёнными разговорами. Здесь, среди мониторов и серверных стоек, демоны и нашли своих будущих носителей. Остановившись на мгновение, изучая окружающее пространство и разбирая между собой цели, бесы бесшумно материализовались у ног своих жертв, после чего одновременно проникли в тела сразу нескольких работающих за своими столами сотрудников.
Молодой человек в очках, склонившийся над клавиатурой, внезапно замер. Его глаза расширились, зрачки стали чёрными, а лицо обрело бесстрастное выражение. Сидевшая слева от него девушка поправила наушники, но вместо музыки в её сознание ворвался шёпот иных миров. Ещё двое программистов, не сговариваясь, встали со своих мест и направились в сторону выхода.
Подчиняясь чужой воле, они, используя материализованные в руках цифровые накопители, начали загружать на сервера тысячи одинаковых файлов, следом же распространяя их по системе. Ввод команд и обход систем защиты и шифрования, которые они сами же и создавали, не представлял для одержимых бесами людей никакой сложности. Пальцы программистов бегали по клавишам с невероятной скоростью, глаза были устремлены в экран, но мысли блуждали в темноте, будучи полностью захваченными демонической сущностью.
В это время, за несколько кварталов от этого здания, князь Черногвардейцев сидел на лавочке в городском парке и смотрел вдаль, наблюдая, как дождевые капли разлетались на ветру. Он знал, что план вступил в решающую фазу. Видео, записанное им накануне, должно будет стать если не бомбой, то хотя бы искрой, способной разжечь пламя правды в сердцах людей. Парень не испытывал радости или сомнений — лишь холодное спокойствие и уверенность в своих действиях.
В серверной комнате «Росграма» загрузка видео подходила к концу. Программисты, подчинённые демонам, завершали последние настройки. В этот момент один из них на мгновение очнулся, его взгляд прояснился, и ужас от осознания происходящего отразился на лице. Но прежде чем он успел что-либо предпринять, тьма снова накрыла его сознание.
— Не делай так, — рыкнул один из бесов человеческим голосом. — Господин приказал, чтобы они остались целы.