Точка Бифуркации IX (СИ)

По докладам бесов, чтобы мы не подобрались к территории Пожарских крупными силами, вокруг неё была выстроена серьёзная эшелонированная оборона. Причём не только силами своих и вассальных родов, но и с помощью боевых монахов Святого Ордена и прилагающимся к ним спецустройствам, которые здорово мешали, а иногда и полностью блокировали перемещение моих демонов.
В сухом остатке выходило, что возникала не то что трудность уничтожить артефакты, поддерживающие защиту над дворцом, не виделось возможности даже к ним подобраться. А между делом было абсолютно ясно: для того чтобы уничтожить особняк, сначала необходимо вывести их из строя.
Приняв это за данность, я посмотрел на Святогора, и по его мрачной усмешке стало понятно — он разделял моё мнение. Определившись с первым пунктом, мы следом же пришли к выводу, что ко всему прочему, защитные устройства ещё и уничтожить желательно бы одновременно друг с другом. При наличии хорошего отвлекающего манёвра, такая атака имела, на мой взгляд, намного больше шансов на успех, нежели если мы будем уничтожать их поочерёдно.
Правда, тут же возникал один нюанс — нам тоже придётся дробить свои силы.
После небольшого совещания, наш и так небольшой клан был поделен на две группы. Мой отряд, куда, кроме меня и Святогора, я взял только десяток бесов, должен был отправиться непосредственно во дворец. А вот Максим, Стёпа и десяток бойцов службы безопасности, также при поддержке оставшихся демонов, получили задачу разобраться с артефактом внутри скульптуры.
К тому моменту, когда были оговорены последние нюансы, сил на громкие слова и напутствия у меня не оставалось. Впрочем, слушать их, судя по лицам окружающих, тоже особо никто не горел. Отпустив людей отдыхать, я положил перед собой телефон и уставился на его экран. Оставалось последнее: важный звонок, по итогу которого, несмотря на проделанную огромную работу, решится вопрос о целесообразности операции.
* * *
Рамка портала, окружённая мерцающей энергией, вдруг разверзлась посреди тихой поляны, озаряя её странным, неестественным светом. Перед высеченной из камня скульптурой Прометея, возвышавшейся над зарослями, с гулом и лязгом выкатился тяжёлый танк. Следом, шумно ворочая ковшом, из портала вдобавок показался ещё и экскаватор, тут же, без всякой паузы, рывком направившийся к постаменту. В то время как массивная, словно глыба, стальная бронированная машина замерла в пяти метрах от подножия монумента. Дуло танка тут же развернулось в сторону стоявшего на удалении дворца, но ожидаемого выстрела не последовало.
Скульптура Прометея величественно возвышалась над землёй, будто сама природа преклонялась перед образом могучего титана. В напряжении застывшие мышцы, символизирующие первобытную силу, набедренная повязка, и лицо, устремлённое к невидимым вершинам. Казалось, будто камень был жив и Прометей вот-вот сорвёт с себя вечные оковы. Эта статуя, ставшая местом силы и размышлений Геннадия Семёновича, главы рода Пожарских, теперь обретала ключевую роль в разворачивающихся событиях.
Следом за танком из портала выбежали около десятка бойцов. В их движениях чувствовалась особая, бесстрастная сосредоточенность — каждый из воинов, не мешкая, бежал к постаменту, по ходу движения разматывая толстые цепи. На поясе у всех висел боевой клинок, за спиной — автоматическая винтовка. Правда, оружие им сейчас было ни к чему — мужчин ждала другая, более непривычная работа, нежели война. Спешно, не теряя времени на оглядку и колебания, они обступили монумент, начав подготовку.
— Центурион-один, мы начали, — на мгновение отвлекаясь, сообщил Степан в рацию, и тут же вернулся к работе.
Максим, сжатый и собранный, закрепив свою цепь, с сомнением покачал головой. Находившийся сбоку Степан тут же отметил реакцию друга и, окликнув, одарил его вопросительным взглядом.
— Что такое?
— Трогай, медленно! — не теряя время на объяснения, крикнул Аверин и сосредоточенно уставился на казавшееся монолитным основание постамента.
  
Первое натяжение цепей было бесполезным — массивный монумент не поддался. Постамент был создан с изрядным запасом прочности, и чем больше натягивались цепи, тем крепче казался камень, будто земля всеми силами вцепилась в Прометея, не желая его отпускать.
Максим недовольно нахмурился и, повернувшись к Степану, наконец-то ответил.
— Если дёрнем, то просто сломаем скульптуру или, в лучшем случае — и постамент, но результата не добьемся, — сдержанно бросил он, отступая на шаг назад, чтобы получше оглядеть фронт работ. — Нужно больше времени, — добавил он, поглядывая как со стороны дворца в сторону рощи выдвинулись несколько отрядов бойцов.
Внезапный визит прибывших на вражескую территорию гостей не мог оставаться незамеченным. Но атака пытавшихся отключить артефакт диверсантов не была единственной проблемой оборонявшихся. Где-то вдалеке послышались взрывы. Внезапно резко подул ветер, а небо над дворцом стало затягивать тучами. За рощей, вдали над деревьями, стали мелькать всполохи стихийных атак, а также внезапные удары молний, расчерчивающих горизонт — сражение началось одновременно повсюду.
План «Б» не заставил себя ждать. Диверсанты мгновенно вскрыли закреплённые на броне тяжёлые ящики, доставая оттуда перфораторы. По сигналу Максима, несколько бойцов, не теряя ни секунды, начали сверлить бетонное основание, вгрызаясь в крепкий материал. Шум раздавался по всей поляне, заглушая звуки далёкой битвы и окончательно выводя рощу из сонного безмолвия.
Пока бесы взяли на себя попытки сдержать охрану, остальные тянули ещё десяток идущих от танка к постаменту цепей, продевая их во вбитые в бетон стальные крюки.
Тем временем экскаваторщик опустил ковш, принявшись методично разгребать землю вокруг постамента, изо всех сил стараясь облегчить задачу диверсантам.
— Смотри! — предупредил один из бойцов, указывая на кромку леса.
Демоны не смогли долго сдерживать большую группу одарённых в прямом физическом бою, поэтому часть из них прорвалась, спешно направляясь к статуе Прометея.
— Макс, держи танк с ковшиком, чтобы не перевернули! — бросил Степан, вместе с ещё пятёркой бойцов выходя навстречу Пожарским.
Бды-ы-рджж!
Следом же раздался выстрел — экипаж танка мгновенно среагировал на угрозу и принялся разряжать в группу сокращающих расстояние бойцов свой арсенал.
Грохот сотряс воздух, будто сама земля содрогнулась от мощного удара. Строй противника тут же был нарушен — быстро смекнув, что выцеливать одиночные цели для экипажа нашего танка будет намного тяжелее, чем объединённую группу, бойцы с той стороны пошли в рассыпную.
Одновременно началась дистанционная дуэль. Руки участвующих в бою диверсантов вытянулись в сторону противника, и сразу за этим яркие огненные шары, воздушные клинки и каменные глыбы полетели в обе стороны.
Тем временем диверсанты закончили работы. Последний крюк был забит в постамент, и туго натянутые цепи обхватили скульптуру со всех сторон. Максим и Стёпа обменялись взглядами, понимая, что пришло время для последнего рывка.
— Готово, — бросил Стёпа, оглядывая проделанную работу и вытирая пот со лба, следом громче добавив: — Ковшик, уезжай!
Одновременно с этим Максим отдал сигнал, и танк взревел. Мотор натужно зарычал, и машина тронулась, моментально в струну натягивая все тросы и цепи. Постамент заскрипел, камень затрещал, как будто Прометей вновь попытался разорвать цепи.
Стёпа и Максим, понимая, что шансов на успех немного, выставили перед собой руки. Объединяя силу телекинеза с усилиями танка, молодые парни сосредоточили всю волю, направляя её на изнемогающий монумент. Под их воздействием камень заскрипел, будто древнее проклятие готовилось сбросить свои узы. Моторы танка ревели на всю округу, гусеницы раскидывали грунт, медленно, но неотвратимо креня вниз каменную глыбу и разрывая вековые корни, уходившие глубоко в землю.
Охранники, прорвавшиеся через бесов, рванули к диверсантам, на ходу вынимая клинки из ножен. Но на их пути тут же оказались освобожденные от работ с цепями бойцы Черногвардейцева. Миг — и роща тут же наполнилась звоном клинков.