Связанные браком (СИ)

— Успокойся и не трясись. Ты великолепна! — поучительным тоном произнесла сестра и выразительно глянула на мои ладони. Я все еще сжимала их и не спешила подать дяде для того, что бы он перенес нас во дворец. 
Ну как было объяснить сестре, что несмотря на свой прекрасный образ я жутко боялась. И боялась я не бала и даже не короля с королевой, а встречи с Эдвором. Такой долгожданной и в то же время такой нежеланной. 
Мы не виделись с ним четыре года. Четыре слишком долгих года. Эдвор, как и обещал, сразу же уехал из академии. На его место быстро подыскали нового преподавателя. А вот в его башню никого так и не заселили. Я узнала об этом на третьем году обучения, решив проверить, пропустит ли меня туда дух академии. Пропустил.
С бесплотным дедулечкой у меня вообще проблем больше не было, он спокойно пропускал меня на этаж к сестре, официально закрепив вторую кровать в ее комнате за мной. Правда, меня дико раздражало, когда Григориан обращался ко мне ата Стефано, но, слава Мигрис-матушке, делал он это только в нашей с сестрой комнате. Без посторонних. Иначе плакала бы моя легенда, о том, что дух наконец-то взялся за голову и даже принес мне извинения за то, что я пострадала от его бестелесной вредности. 
Отношения с однокурсниками так и не наладились, но все же они перестали меня показательно не уважать. Относились ко мне только с почтением, которое и положено было высокородной ате. Даже Кризетта не раз пыталась выпросить мое прощение за тот случай, но я не разговаривала с ней. Совсем. Арбер же отчислился, судя по слухам, его вызвали родители разгребать дела их поместья, но я почему-то была уверена, что без Эдвора там не обошлось. 
Сам же ненаследный принц отправился на Горную гряду, и больше я ничего о нем не слышала. Знала лишь, что он жив. Если бы с ним что-то случилось, то об этом узнали бы все, а вот на свою вязь я особо не надеялась. Сестра регулярно обновляла иллюзорное заклинание, но каждый раз, когда оно спадало, я внимательно изучала каждый завиток своей свадебной татуировки. 
Учеба проходила… сносно. Я была лучшей в теории и худшей в практике. В этом году все преподаватели уже махнули на меня рукой и разрешили не сдавать и не отрабатывать практические занятия. А все потому, что они переживали за целостность своих кабинетов. Да, с каждым разом сдерживать свой огонь мне становилось все тяжелее, а управлять им и вовсе невозможно. И единственным местом, где я нашла себе успокоение, стала башня Эдвора. Я пришла туда однажды — почти два года назад, и с тех пор не проходило и дня, чтобы я не пробиралась туда хотя бы на пару минуточек. Иногда я даже ночевала там. Сама себя корила за это, но ничего не могла поделать и тянулась к тому успокоению, которое я ощущала в башне своего мужа. Только так казалось, что он хоть на мгновение, но становился ближе ко мне.
— Ну же! — нетерпеливо, выкрикнула сестра, удивляя меня своим напором и вырывая из воспоминаний.
Я все же вложила ладонь в руку своего дяди, он сразу же мне широко улыбнулся, а я сдержалась, чтобы не скривиться. Все же я его не любила. Слишком, да ещё и без причин. Но в прошлом году ат Молон покинул академию и перешёл на службу к королю, а я вздохнула с облегчением. 
— Как же тут красиво, — выдохнула Мики, как только мы оказались в одном из коридоров дворца. 
Я тоже была в восторге от величественного здания, потолки которого словно парили и были такими высокими, что, казалось, стремились к самому небу. А ведь это был даже не последний этаж дворца — всего лишь первый. Наверное, это какая-то особенная иллюзия. Иначе как понять реакцию сестры. Микаэла охала и вздыхала, как самая обыкновенная нимфетка. И вряд ли это было от окружающего нас великолепия, скорее восторг от неизвестного ей заклинания. 
В этот раз на нас сестрой были одинаковые платья фиолетового цвета, с вышивкой родового герба по лифу в тон ему. Отец опять постарался и заказал нам наряды из лучшей ткани. 
В коридоре, который даже по ширине больше напоминал бальный зал в нашем родовом поместье, находилось много высокородных ат и атов, все они сверкали дороговизной и изысканностью своих нарядов. И каждый дожидался своей очереди, а подходя к арке, ведущей в бальный зал, счастливо улыбался под аккомпанемент из голоса церемониймейстера, объявляющего имя приглашенного ата на бал.
 
Пока мы неспешно двигались в потоке этой очереди, я все же еле слышно обратилась к сестре:
— Почему ты так восторгаешься? Не думала, что тебе вообще есть дело до его красот.
Мики быстро глянула по сторонам и, подойдя ко мне вплотную, прошептала:
— Ты же не была в истинном храме Воздуха? — Я мотнула головой, сестра прекрасно знала, что не бывала. Не могла не знать. А вот когда она успела там побывать, загадка еще та… — Так вот, ощущение, что храм строили наподобие этого дворца. Ну или наоборот. Здесь все так и пропитано атмосферой воздушной магии, словно именно для воздушников этот дворец и создавали когда-то.
— Ага, а король водник, — тихо прыснула я со смеху, припоминая, от кого Эдвору досталась магия. Мать его была как раз воздушницей, но все же королевский род Стефано шел по мужской линии.
Сердце защемило от безотчетной тоски, стоило только опять вспомнить об Эдворе, но я даже не успела впасть в привычное уныние, как услышала громогласный голос распорядителя: 
— Ат Молон Элден со своими племянницами Микаэлой и Меланией Анрэйн!
Я глубоко вдохнула и все же прошла сквозь арку, затем взяла сестру за руку, и мы вместе с ней вслед за Молоном двинулись к королевской семье. Я настолько волновалась, что начала забывать дышать, а взгляд никак не могла оторвать от своей расшитой гербами юбки. 
Мики остановилась, и я сделала это вслед за ней, отпустила ее руку, ощущая перед этим крепкое, словно напутственное, пожатие. Я увидела краем взгляда, что сестра начала делать реверанс, и тоже поспешила присесть перед королевской четой, Только услышав голос короля, который поприветствовал нас, подняла взгляд и тут же словно угодила в ловушку. 
По правую сторону от короля, который безмятежно сидел на высоком и словно хрустальном троне, стояли все его сыновья. И если двое из них больше не обращали на нас с сестрой никакого внимания, то Эдвор прожигал меня тяжелым взглядом. В нем были и злость, и сожаление, и словно даже отчаяние… И все это вместе и стало для меня той ловушкой, выбраться из которой я больше была не в силах.
Мы отошли в сторону, а на поклон к королю продолжала идти вереница его верноподданных. Эдвор же все это время безотрывно смотрел на меня. Последней к королю подошла потрясающая блондинка в шикарном платье поистине королевского размаха, а поодаль от нее стояла охрана. Родственников рядом с девушкой не было, и, когда король легонько кивнул, выказывая ей свое почтение, я поняла, в чем было дело. На ежегодный бал прибыла принцесса Заходного королевства. 
Я быстро посмотрела на Эдвора, мужчина перестал к этому моменту прожигать меня взглядом и так же, как и все присутствующие, смотрел сейчас на ату Арабеллу, только вот в отличие даже от того же наследного принца Карика, который наблюдал за Арабеллой с немым щенячьим восторгом, Эдвор смотрел на нее с раздражением.
— Благородные аты, — начал король, поднимаясь, но тут к нему резко метнулся Эдвор и что-то сказал на ухо, король улыбнулся, а затем, кивнув, продолжил: — Я рад видеть вас всех на ежегодном балу, но сегодня у нас особенный день. Один из моих сыновей решил остепениться и завести свою семью. — Король бросил теплый взгляд на Арабеллу, затем на Эдвора, а я забыла, как дышать. 
 
Они… они что? Собираются объявить сейчас о помолвке?
— Дыши, — шепнула мне на ухо сестра и крепко впилась пальцами в мой локоть, удерживая меня от позорного падения. 
Эдвор начал что-то говорить, а я никак не могла разобрать смысл его слов. Они плыли передо мной в тумане, ядовитом тумане. Мой… мой супруг говорил о чувствах, о том, как он счастлив и влюблен, а после он произнес мое имя.