Связанные браком (СИ)

— Тебе легко говорить, тебе вообще мужчины не нужны.
Удар пришелся в цель. Но я сдержала лицо, просто крепче сжала руку сестры.
— Прости! — тут же осеклась она. — Я просто так расстроена и разочарована в нем. Я не хотела тебя обидеть.
— Я знаю. Я знаю, родная, — похлопала сестру по ладони, отгоняя непрошеные воспоминания о единственном мужчине в своей жизни. Даже зелье тётки, лучшей в своем призвании — зельеварении, — не помогло изгнать его из моей головы. — Я пойду к себе, Мики, тяжёлый день.
Вымученно улыбнулась и, поцеловав сестру в платиновую макушку, удалилась в спальню.
Часы показывали восемнадцать тридцать пять, но меня невозможно клонило в сон, это давала о себе знать ночь, наполненная кошмарными воспоминаниями.
Я опустилась на пуфик у туалетного столика и взяла с него один из бутыльков. На второй же — тот, который был подвязан серебряной ленточкой, — я посмотрела с отвращением, вкладывая во взгляд всю свою ненависть. 
Ни за что и никогда я не притронусь к нему. 
Я прикрыла глаза, отгоняя любые воинственные мысли, и выпила до дна содержимое склянки, которую крепко сжимала в руках.
Теперь-то уж точно должно полегчать.
Мгновенно на меня накатили сонливость и успокоение — побочные эффекты, которые сегодня были как никогда кстати. Я расправила постель и, укрывшись двумя теплыми одеялами, ведь я всегда мерзла, когда спала в одиночестве, погрузилась во власть Морфея.
  
Глава 2
 
Настоящее. Росия. Декабрь 2019 года
На следующее утро я проснулась задолго до рассвета, что было для меня совсем неудивительно в зимнее время года. Какими бы теплыми ни были одеяла, я всегда просыпалась от холода.
Сладко потянувшись, я улыбнулась легкости и безмятежности, царящей в голове. Ночь без сновидений оказалась роскошным подарком. Умывшись, дошла до комнаты сестры и, приоткрыв дверь, с наслаждением несколько минут понаблюдала за тем, как она спала, полностью раскрытая. Одеяло скомканной кучей валялось в её ногах.
Маленькая печка. 
В детстве у нас была общая детская и одна большая кровать на двоих. И в ту пору я никогда не мерзла по ночам.
Сегодня я собиралась на работу более тщательно. Во-первых, не опаздывала так, как вчера, а во-вторых, сегодня мы ждали одного из спонсоров нашей клиники. Темную лошадку, не желающую раскрывать своего имени. 
Вкладывать деньги таинственный спонсор начал недавно, всего два года назад, с тех пор как увидели свет мои экспериментальные исследования. Я изучала одну из неизлечимых болезней этого мира, потому что увидела связь между ней и магией. Попросту говоря, все люди, болеющие или умершие от того самого заболевания, могли стать потенциальными магами, внутри них был спящий источник, вот он-то их и убивал, просто сжигая изнутри.
Я обнаружила эту связь спустя пару лет своего пребывания в этом мире, когда работала терапевтом в муниципальной больнице. И сразу же, опасаясь за свою жизнь и жизнь сестры, начала изучать этот вопрос.
Выводы были неутешительны: Микки была в опасности. Самой мне ничего не грозило, ведь мой источник не спал и я постоянно колдовала. Все эти десять лет подтягивала свои знания в волшебстве, не без помощи темных книг, которые мне достались от сестры. Откуда те взялись у Микаэлы, я понятия не имела, как и сама Мики, не помнящая вообще ничего до перехода в этот мир. 
Но факт оставался фактом. Темные знания помогли мне. Из разряда посредственного мага я перешла в профессионалы. Те же знания помогли мне найти призвание — лекарское дело — и научили чувствовать свой внутренний огонь. 
— Какая ты сегодня красивая. — Сестра вышла из своей комнаты и остановилась в коридоре, рассматривая меня. — Когда ты так ярко красишь глаза, я испытываю нестерпимое желание перекрасить свои волосы.
— Зачем? — Я от неожиданности промахнулась, и ключи, которые закидывала в сумочку, оказались на полу.
— Если так накрашусь я со своим цветом волос, то это будет смотреться вызывающе, а твой макияж смотрится дорого и красиво. 
 
— Родная, — судорожно выдохнув, я поспешила взять себя в руки, а затем, подняв ключи с пола, подошла к сестре и поцеловала ту в бледный лоб, — это все глупости. И тебе, как ни странно, очень идёт такой цвет.
— Почему как ни странно? — насупилась в ответ Мики, — Это же мой родной цвет.
Микаэла взяла в руки кончик своего длинного хвоста и постучала им по ладони, вызывая этим улыбку на моем лице. Такой знакомый жест… Независимо от цвета волос, времени, возраста или мира, Мики так делала в моменты размышлений и глубокой задумчивости. 
— Просто. К слову. Не обращай внимания. 
Я поспешила на выход, не понимая, что же так сильно напугало меня. Если Мики и вспомнит нашу предыдущую жизнь, это же хорошо. 
Ведь правда хорошо? Почему же тогда так страшно?
Я задавала себе эти вопросы на протяжении всей дороги, и в голову пришёл лишь один ответ. Я боялась, что Мики захочет вернуться в родной мир. Ведь её жизнь не была сплошной чередой неудач, в отличие от моей. 
Микаэла училась на лучшем факультете и была лучшей в своей группе, даже несмотря на то, что та состояла на восемьдесят процентов из мужчин, а их-то непросто было обогнать в боевой магии. Мики была всеобщей любимицей, а сколько у неё было поклонников — и вовсе не счесть. 
— Милена Мирославовна!
— Людочка, у меня стойкое ощущение, что ты мое дежавю.
Все так же, как и вчера. Меня опять встречала помощница, у которой было полно своих обязанностей, у самого входа, будто ей и правда нечем было заняться. Я с раздражением огляделась по сторонам и задумалась: а не повесить ли мне на Людмилу пару новых служебных обязанностей, чтобы той неповадно было караулить меня у входа, как преданный песик? Такое поведение одного из работников могло пошатнуть имидж нашей клиники.
— Милена Мирославовна, просто Волынски уже здесь.
Я остановилась, не теряя зря времени, сразу сняла шубу и перекинула ее через локоть.
— Давно ждет?
— Он… он…
— Хватит мямлить. Людмила!
Я вздохнула и беззвучно прочитала заклинание успокоения. Самое начало дня, а я уже такая несдержанная — со спонсором нужно быть милой.
— Он в вашем лабораторном кабинете. Простите, — тихо проблеяла помощница.
Как же хорошо, что я прочитала заклинание до ее слов, а не после. Теперь же я стояла и как рыба, выброшенная на сушу, открывала и закрывала рот в немом отупении.
В мою лабораторию без меня никто никогда не входил, и дело было даже не в том, что я пресекала любые попытки, дело было в охранных и защитных заклинаниях, навешанных на мое детище, взломать которые мог только маг более высокого уровня, чем я.
Только не паниковать! Собралась и думай.
— Сколько он уже там?
— Почти сорок минут.
— Почему мне сразу не позвонили? — тут же осеклась я и махнула рукой. — Что с вас толку. На, — скинула ей в руки свою шубу и, выудив из сумки ключи, отцепила один-единственный и протянула Людмиле, — отнеси в мой кабинет шубу и повесь в шкаф, только аккуратней, Люда.
Стоило женщине скрыться в одном из коридоров, я вдохнула побольше воздуха и, расправив плечи, направилась к лифту.
Нужно все выяснить! Что-что, а сбегать я не намерена.
Лаборатория встретила меня тишиной. Осторожно ступив за порог, я отметила, что мое заклинание распечатали, не нарушив ни единого плетения. Это говорило о том, что наш таинственный спонсор — маг огня, более сильный и способный, нежели я.
В волнении провела ладонями по бокам, разглаживая несуществующие складки на сапфировом платье, идеально оттеняющем мои глаза, и сделала еще пару шагов вперед.
 
Мужчина сидел за столом с документацией и, по нос зарывшись в бумагах, внимательно изучал написанное. Широкоплечий брюнет с коротким хвостиком, на который была наложена иллюзия. Я чувствовала её, но не могла под нее пробраться. Да и нужды особой в этом не было, понятно, что мужчина прятал длинные волосы.