Хантер-Киллер. Пенталогия (СИ)
Несколько минут у меня есть, но так как сопротивления им никто не окажет, скоро они рассредоточатся, а потом поднимутся сюда. И придется стрелять. А если учесть, что это спецназ, то чтобы выжить придется убивать. А мне этого не хотелось.
– Есть, – проговорил хакер. – Через подсобные помещения есть возможность выйти. Сзади к зданию прилегает гараж, нужно спуститься на его крышу. Там тоже оцепление, но стоят обычные полицейские, и их немного.
– Принял, скидывай маршрут.
Секунду спустя на миникарте появилась зеленая полоска, прямо как на навигаторе. Я побежал прямо по ней, нужно было спешить как можно быстрее. Тем более, если учитывать, что противников в здании, скорее всего, не осталось.
Пробежавшись по коридору, я вернулся в предыдущий, с кабинетами, добрался до лестницы, и сразу свернул. На ней уже были слышны тихие шаги, так что я еще сильнее прибавил скорости. Хрен с ним, с шумом, главное, чтобы не догнали.
С разных сторон послышался звон разбитых стекол, громкий, как будто выбили одновременно все в здании. Не исключено, что именно так оно и было. Ему последовало характерное шипение. Похоже, что те, что вошли, оценили степень опасности, и решили использовать газ. Что ж, у меня назальные фильтры, так что для меня он не опасен. Только рта открывать теперь нельзя, иначе все, конец.
Полоска интерфейса привела меня в кабинет. Пожалуй, это был самый захудалый из всех, потому что вел он во двор, никакого красивого вида тут не было. Подскочив к окну, я увидел, что внизу крыша гаража, дальше – служебная стоянка. Спущусь, спрыгну вниз, угоню тачку, благо, устройства для этого у меня есть, а потом свалю.
Спалят? Наверняка. Погоня тоже будет. Будет непросто. Но какие еще у меня варианты, в самом деле? Да никаких, не сдаваться же. Спецназ не берет пленных и не арестовывает, они работают наверняка и валят всех, кого встретят. А уж тем более вооруженных людей.
А если даже и сдаться. С учетом того, что начнется в городе в ближайшее время, вариантов нет. Нужно выбираться как можно скорее, желательно прыгнуть в машину и гнать прочь, не только из самого Бологого, но и из пригородов, которые со стопроцентной вероятностью присоединены к той же сети.
Я схватился за ручку окна, повернул его и потянул на себя. Сделал то же самое со вторым. Воздух снаружи, пусть он и был загажен выбросами и выхлопом автомобилей, показался мне упоительно свежим. После вони крови и пороха, это – самое то.
Перебравшись через подоконник, я выбрался на крышу, пригнулся, чтобы меня заметили не сразу. Второй этаж, да крыша, плюс здание само по себе высокое, так что прыгать слишком опасно. Сломаю ногу, и тогда все, конец.
Есть протезы, которые позволяют спрыгивать и с гораздо большей высоты, особенно с учетом того, что для них необходим укрепленный позвоночник. Но только вот я такими не обзавелся. Так уж получилось, мои ноги меня всегда устраивали. Но в последнее время мне слишком часто приходилось покидать помещения вот так, через окно или балкон, так что, наверное, стоило бы.
Хотя, знал бы где падать, соломку бы подстелил, верно?
С крыши вела пожарная лестница. Добежав до нее, я посмотрел вниз, и увидел полицейский кордон. Выезд был перегорожен двумя машинами, и если их при желании можно было протаранить, то полтора десятка легавых мне в любом случае не избежать. Придется стрелять.
Ладно.
Схватившись за лестницу рукой, я перебросил свое тело наружу и соскользнул вниз. Едва ноги коснулись твердой земли, схватился за рукоятки автомата, вскинулся, целясь в ближайшего из полицейских.
– Бросай оружие! – послышался громкий крик.
Еще чего. Неужели они реально ожидают, что террористы их послушали бы? Ага, конечно.
Я навел ствол автомата ему в бедро и нажал на спуск.
Огнестрельное ранение бедра. Нарушение подвижности конечности.
Легавый упал на асфальт, а я тут же, пригнувшись, прицелился в следующего, выстрелил. Тоже в ногу, потому что стрелять в плечи я опасался. Дернется кто‑то, и тогда я всажу ему пулю в башку. И все, конец котенку. А мне очень хотелось избежать жертв среди мирных жителей и служителей порядка.
Огнестрельное ранение бедра. Нарушение подвижности конечности.
Второй упал. Я же метнулся вперед, спрятался за двумя массивными мусорными баками. Там, где люди, там всегда мусор, это касается даже вот таких учреждений. У полицейских должны быть пули с пониженной пробивающей и рикошетирующей способностью, этого потребовали, чтобы избежать лишних жертв среди мирняка во время перестрелок. Так что оставалось надеяться, что‑то, что не остановит бак, сдержит подкожная броня. И бронежилет.
Высунулся, поймал в прицел следующего, нажал на спуск.
Огнестрельное ранение бедра. Нарушение подвижности конечности.
Еще один упал, и уже трое лежали на земле. Я же стал обходить баки слева, пригнувшись. Появился с другой стороны, и меня накрыли огнем сразу с нескольких сторон. Две пули застряли в бронежилете, еще одна отрикошетила от пластины, врезалась в металлическую стенку бака, оставив там большую вмятину. Я выстрелил в ответ, и еще один полицейский, упал.
Огнестрельное ранение бедра. Нарушение подвижности конечности.
А потом в мою сторону полетели гранаты. Я привычно бросился на землю, закрыл глаза и уши, открыл рот. Вряд ли у легавых есть осколочные, но лучше поберечься. Судя по гулкому шуму, одна из гранат угодила прямо в бак. Еще одна упала где‑то сзади и взорвалась.
Вспышка белого света задела мои глаза даже сквозь веки, а интерфейс практически моментально погас. Они решили перестраховаться и бросить сразу несколько: и тех, что отрубали оптику, и просто светошумовых. И если бы я не успел закрыть глаза, то остался бы совсем слепым.
Слуховой имплант отрубился от перегрузки, все звуки пропали. Я вскочил, высунулся из‑за угла, увидел, как сразу несколько полицейских в бронежилете бегут в мою сторону. Прицелился в одного, выстрелил, и тот упал. Я спрятался обратно.
Огнестрельное ранение бедра. Нарушение подвижности конечности.
На бак обрушился настоящий шквал свинца, мне буквально не давали высунуться. Несколько пули пробили его и врезались мне в спину, одна угодила в ногу, но не пробила броню. Несколько раз ошалело мотнув головой, я усилием воли заставил пелену перед глазами рассеяться. Нужно было действовать
Слуховой имплант включился, и я услышал шаги совсем рядом. Причем, людей было много, человек шесть, и они заходили с обеих сторон. Легавые взяли меня в клещи, и если я ничего не сделаю, то попросту расстреляют.
Опустив автомат так, что, но повис на ремне, я выхватил из кобуры пистолет и рванулся направо. Выскочил из‑за бака и столкнулся лицом к лицу сразу с тремя полицейскими.
Зато теперь те, что остались прикрывать, не могли стрелять из риска задеть своих.
Первого я встретил хорошим апперкотом в челюсть с левой руки. Его глаза разъехались в разные стороны, и он рухнул на задницу.
Сотрясение мозга. Потеря сознания.
Второй рванулся ко мне. Я ударил его ногой, разбивая коленный сустав, добавил рукоятью пистолета по голове.
Повреждение коленного сустава. Нарушение подвижности конечности.
Сотрясение мозга. Потеря сознания.
Второй был совсем рядом, и ткнул пистолетом практически мне в лицо. Я успел схватить его за руку своей левой, вздернул вверх, и тут мне прилетело правой в челюсть. Послышался хруст, рот наполнился кровью, мир на секунду погас.
Рука разжалась сама собой, и я рухнул на колени. А когда снова поднял голову, то увидел, что тот самый полицейский стоит совсем рядом и целится мне прямо в голову. А она у меня самая обычная.
Махнув рукой, я отбросил пистолет в сторону, а потом сомкнул пальцы на затылке. Ну что ж, похоже, что пришло время сдаваться.
***