Хантер-Киллер. Пенталогия (СИ)
Я выстрелил ему в грудь, а потом в голову.
Огнестрельное ранение груди. Огнестрельное ранение головы. Повреждение мозга. Мгновенная смерть.
Парень свалился возле моих ног, а мне на плечи тут же легла тяжесть. Резко согнувшись, я перебросил через себя врага, и увидел того самого парня с окровавленным лицом. Выхватив нож из ножен, я вогнал лезвие ему между ключицей и шеей.
Колотая рана груди. Повреждение легкого. Нарушение дыхания. Смерть в течение двух минут.
Изо рта парня алым фонтаном хлынула кровь, я оттолкнул его вперед, развернулся и увидел, что на полу, там, где только что была драка, лежат тела. Уж не знаю, мертвые или бессознательные, но крови на них было совсем немало. Бандиты рвали друг друга в клочья.
А крики слышались уже со всех сторон. Я побежал дальше в сторону атриума, перепрыгнув трупы, выскочил наружу, и услышал автоматную очередь, длинную, на весь магазин. Глянул вниз, и увидел, как здоровенный мужик в штурмовом бронежилете, и с автоматом перезаряжается. У ближайшего к нему выхода лежала куча трупов.
Что тут вообще происходит?
– Шерлок, что за хрень? – спросил я.
– Газ, – ответил хакер.
Впрочем, я и сам догадался через несколько секунд. Действительно, существовали и такие штуки на основе сильнейших наркотиков. Я ни разу не присутствовал при их боевом применении, да и вообще они были строжайше запрещены, потому что вызывали огромные сопутствующие жертвы.
Люди, которым не везло хапнуть этого газа, сходили с ума и начинали бросаться на всех, кого видели. Было там воздействие на какие‑то центры мозга, которое вызывало приступ неконтролируемой агрессии.
Как это работало, черт его знает. Но корпораты, похоже, собрались зачистить всю мегабашню, раз использовали именно это оружие. И, более того, если бы они рискнули провернуть такое где‑то в цивилизованных землях, то уже к вечеру их штаб‑квартиру штурмовали бы «Волки».
Но только вот в Квартале не действуют законы Российской Федерации. Поэтому здесь творили все, что угодно. А минимум десять тысяч трупов только в этой башне не факт, что войдут в статистику преступлений. Тем более, что в официальную переработку эти трупы никто отправлять не будет.
А этот автоматчик, очевидно, он просто назальными фильтрами обзавелся в свое время. Вот газ на него и не подействовал.
Он вскинул автомат и высадил еще одну длинную очередь в тот же коридор, но одновременно с этим повалили люди из соседнего. Через несколько секунд его захлестнула волна, перезарядиться он не успел, а потом в атриуме началась мясорубка.
Когда‑то эта была площадь, теперь на ней расположился стихийный рынок с палатками и даже парой нелегальных кафе. Жители Квартала, как ни крути, такие же люди, правда торговали тут, я подозреваю, краденым, да не самыми легальными вещами.
Одновременно с этим из коридора, откуда я пришел, тоже повалили люди. И тут же из соседнего. Снова вспыхнула драка, крики, хлесткие звуки ударов, рычание, и все остальное слились воедино, определенную окраску этому добавляла продолжавшая визжать сирена и крики диктора о пожарной тревоге, с просьбами всем покинуть помещение.
Я прыгнул вниз, приземлившись на крышу ближайшего ларька, которая жалобно заскрипела, но выдержала. Один из обезумевших людей, с виду обычный цивильный парень, даже немного интеллигентного вида, вдруг задрал голову, а потом прыгнул, схватившись руками за крышу, и стал подтягиваться.
С оттяжкой я долбанул ногой по его пальцам, из‑за чего они разжались, и он упал вниз.
Множественные переломы пальцев. Нарушение подвижности конечности.
Он рухнул вниз, и его тут же накрыло телами. Я же взял короткий разбег, и снова прыгнул, на крышу соседнего ларька. И услышал за спиной звук ломающегося металла. Обернулся, и увидел, что сразу несколько безумцев попытались повторить мой прыжок, из‑за чего крыша ларька не выдержала, и проломилась.
Я же продолжал бежать, снова прыгнул, а потом, оттолкнувшись от края крыши, приземлился на пол. И рванул в сторону коридора, заваленного трупами. По моему разумению, там должно быть поменьше людей, и гораздо больше шансов вырваться наружу.
– Я снимаю, – проговорил вдруг Шерлок. – Это – компромат на корпорацию. Опубликуем, и они не отмоются.
Мне оставалось только промолчать, тем более что что‑то вдруг ухватило меня за ногу, и я упал на один из трупов – молодой симпатичной женщины с разорванным горлом.
Оглянувшись, я увидел, как в мою сторону ползет еще одна баба, очень легкомысленно одетая, и расплывающимся по животу кровавым пятном. Выхватив нож, я резким движением всадил его ей в глаз.
Колотая рана глазницы. Повреждение оптического импланта. Повреждение мозга. Мгновенная смерть.
Высвободив ногу, я поднялся и побежал дальше, в сторону лифтовой площадки. Я представлял, какой ад сейчас на ней творился, но у меня не было других вариантов, мне нужно было покинуть башню до того, как корпораты найдут меня.
Однако их решение попросту зачистить башню… Это что‑то с чем‑то. И все это исключительно, чтобы достать меня? И ведь даже людей терять не придется, можно просто дождаться, пока все жители перебьют друг друга, а потом войти на территорию. Главное – взять подступы к башне под контроль и держать их до тех пор, пока не найдут мой труп и данные по вирусу.
Хотя, не удивлюсь, если это очередное испытание, только участвует в нем одна из дочек этой корпы. Кажется, я понемногу начинаю проникаться ненавистью к пиджакам. Только вот сопротивляться им все равно не вижу смысла.
Только вот, какие у меня еще есть варианты, просто лечь и умереть?
Я выбежал в перпендикулярный коридор и остановился. Тут было еще несколько человек, которые замерли в той же позе: с задранными головами и выгнутыми назад спинами. Похоже, что газ действовал на всех по‑разному: кого‑то он вгонял в такое состояние, а у других вызывал ярость.
Впрочем, едва я оказался в коридоре, как ближайший из них, парень в кожанке и золотыми дорожками, загнанными под кожу лица, вдруг бросился на меня. Делать было нечего, и я кинулся на него в ответ, продолжая держать в руках нож.
Он попытался прыгнуть на меня, оттолкнувшись от пола, но я только встретил его ударом ноги, опрокидывая на спину. Подскочил и резким движением впечатал подошву ботинка в лицо. Один раз, второй, и он наконец‑то отключился.
Сотрясение мозга. Потеря сознания.
Только вот остальные безумцы тоже выходили из транса. Я встретился глазами с ближайшим из них. У него, похоже, они были настоящими: может быть, не заработал на оптику, а возможно, попросту больше уважал настоящие органы, как и я. Белки его глаз были полностью красными из‑за полопавшихся сосудов.
Он завопил, и резко бросился на меня.
Пытаться убежать смысла не было, газ, по‑видимому, действовал еще и как психостимулятор, мобилизуя скрытые возможности организма, так что действовал парень очень быстро. Подскочил ко мне, схватил за выставленную в качестве блока руку, рванулся вперед, но я дважды ударил его ножом в грудь, снизу вверх, под солнечное сплетение.
Колотая рана грудной клетки. Повреждение сердца. Мгновенная смерть.
Вытащив нож, я толкнул обмякшее тело и побежал вперед, навстречу бросившимся ко мне безумцам. Встретил первого ударом ноги в колено, которое с хрустом переломилось, воткнул нож ему в шею, глубоко, так, что кромка царапнула по позвоночнику. Оттолкнул от себя, бросился в сторону, проскользнул вдоль стены и тут же поймал удар кулаком в лицо, который бросил меня назад.
Мелькнула лихорадочная мысль о том, что может разбиться окуляр, что чревато не только тем, что осколки попадут мне в глаз, но и тем, что я тоже хапну газа, и превращусь в такое же безумное животное.
Я отмахнулся, и тут же поймал левой рукой летевший в меня кол. Посмотрел в безумные глаза парня, который держал его. Деревянный кол, настоящий, это чувствуется, только вот зачем он ему? На вампиров собирался охотиться?