Хантер-Киллер. Пенталогия (СИ)

Я продолжил ставить на цвет. Два раза выиграл, но больше не удваивал, два раза проиграл. Мне удалось подняться до двух тысяч, но потом четыре раза выпало красное вместо черного, и я остался ни с чем. Поднялся и двинулся дальше.
Скоро я подошел к среднему входу, остановился возле столов. Нужно искать варианты. Устроить конфликт так, чтобы самому оказаться в стороне, или подлить масла в огонь. Но надолго тут оставаться тоже нельзя, могут заинтересоваться.
  
— Снимай! — крикнул вдруг один из сидевших вокруг ближнего стола мужиков, и дернул меня за руку. — Снимай, как я разорю это казино!
Он был одет в костюм то ли из кожи, то ли из очень хорошей ее имитации, я не мог разобраться, а на голове у него была шляпа. Приложив браслет к считывающему устройству, он кликнул по экрану, подтвердив ставку, после чего крикнул:
— Двести тысяч на среднее поле!
Человек, который мог вот так вот по щелчку рискнуть годовым бюджетом не самой бедной в Новой Москве семьи, не мог не вызвать у меня отвращения. Люди месяцами жрут дерьмо ради этого, а он просто берет и по щелчку ставит это на поле.
— Ставки сделаны, ставок больше нет, — проговорил крупье, раскрутил рулетку и бросил шарик.
Он с треском покатился по ячейкам, а через несколько секунд он остановился на ячейке четырнадцать. Остальным не так повезло: один поставил на черное, а второй — на первое поле.
— Ставка сыграла, — проговорил крупье. — Ваш выигрыш утраивается.
— Шестьсот тысяч на второе поле, — продолжил мужчина в шляпе, повернулся и помахал рукой в окуляр. — Завтра я вернусь в Татарстан и выкуплю весь родной Мензелинск.
Больше никто ничего ставить не стал. Прошло еще примерно полминуты, и крупье сказал:
— Ставки сделаны, ставок больше нет, — и запустил шарик.
Полетело время. Вокруг собрался народ, все напряженно ждали. Выпало шестнадцать.
— Ваш выигрыш составил миллион двести, — проговорил крупье.
— Вот видишь? — повернулся ко мне «счастливчик». — Видишь, как надо играть?
— Выходи из игры и забирай деньги, дурак! — сказал ему мужик с длинными седыми усами. Было видно, что седина настоящая, а сам он — уже совсем пожилой. Да и совет давал дельный, с такими деньгами дальше рисковать не было смысла, больше потеряешь.
— Я пришел сюда за большим, — ответил он, схватил с подноса бокал, выпил залпом и сказал. — Миллион двести на среднее поле.
Кто-то присвистнул. Желающих сделать ставки снова не нашлось. Снова запустили рулетку, и шарик поскакал по ячейкам.
Двадцать два, двадцать три, двадцать четыре…
Шарик перевалил через ячейку и остановился на номере двадцать пять. Со всех сторон послышался синхронный разочарованный вздох. Уж очень всем, очевидно, хотелось посмотреть, как казино опустят на бабки.
— Это все ты! — повернулся «кожаный» к деду и толкнул его рукой. — Это ты под руку говорил! Это ты виноват!
— Да пошел ты! — ответил ему усатый. — Проиграл? Вали из-за стола и не мешай другим!
— Да я тебя! — воскликнул тот, что был в шляпе, и схватил деда за голову, после чего попытался ударить ей о стол, но тут же словил прямой в челюсть и опрокинулся на стол.
Дед оказался не промах, отскочил на шаг и встал в бойцовскую стойку. Люди вокруг разошлись кругом, я тоже отошел. «Кожаный» медленно поднялся, держась за челюсть, покачал головой и сплюнул на пол кровью.
— Конец тебе! — сказал он.
Охранники от прохода тут же подскочили к нам. Я же вскинул камеру, наводя на дерущихся, но один из охранников вскинул руку, закрывая ее, чуть оттолкнул меня.
— Не снимать! — сказал он. — Выключи камеру.
Ну да, одно дело — снимать выигрывающих, а совсем другое — дерущихся. Я послушно сложил камеру, и он тут же потерял ко мне интерес.
«Кожаного» схватили за руки, а дед, воспользовавшись этим, вылетел вперед и ударил его в ухо. Все больше людей смотрели за дракой. Я же, чем она закончилась, не увидел, потому что воспользовался тем, что охрана отвлеклась, и юркнул в проход.
  
Глава 22
 
На ходу я стащил с руки браслет, который вполне мог оказаться следящим устройством, бросил его на пол и побежал вперед. До комнаты безопасности было совсем недалеко, она была буквально за углом. И там уже должны были увидеть по камерам, что я иду. Впрочем, это было в моих интересах, пусть сами откроют мне дверь.
Я повернул направо, и побежал уже изо всех сил. Одновременно с этим развязал галстук, который давил мне на шею и расстегнул две верхние пуговицы. По-хорошему, вообще нужно было избавиться от пиджака, но мне пока что не хотелось оставлять лишних следов.
Снова повернув, я оказался у самой комнаты охраны. Двери к моему удивлению еще не были открыты. Обернувшись, я посмотрел на камеру, что была установлена над самой моей головой и мигала диодом, то есть работала.
Я не нашел ничего лучше, кроме как постучать в дверь кулаком, после чего повернулся к камерам и, не зная зачем, «кинул джамбо» — сложил пальцами известный в африканских странах знак наемников.
Прошла секунда, другая, дверь открылась, и из нее высунулся человек, высокий голубоглазый блондин, с настолько киношной внешностью, что ему не в охране бы сидеть, а играть в фильмах про Вторую Мировую, которых до сих пор снималась целая куча, солдат СС.
Его рот раскрылся, а я тут же схватил его за голову и, что было сил, впечатал лицом в дверной косяк. Что-то отчетливо хрустнуло, то ли лицо парня, то ли пластик покрытия.
Перелом носа. Сотрясение мозга. Потеря сознания.
Я осторожно уронил его на пол, вошел в комнату, и понял, что попал не в просто место, где смотрели в камеры, а что-то вроде дежурной комнаты. Здесь было еще трое парней, один из которых сидел за мониторами, а двое лежали на диванчиках.
— Ты кто такой? — спросил один из них, чуть приподнявшись.
— Да так, мимо проходил, — ответил я. — Ложитесь на пол лицом вниз.
— Иначе что? — спросил второй, резко поднимаясь на ноги.
— Иначе я вас буду бить, — я пожал плечами. — И очень больно.
Они бросились на меня с разных сторон. Я успел отступить чуть в сторону и правый кулак одного из них пролетел мимо моей головы. Ударил в ответ, в солнечное сплетение, услышав, как со свистом вышел воздух из легких парня. Попытался добавить левой в челюсть, привычной связкой, но наткнулся на жесткий блок. Охранник вскрикнул: он не ожидал, что ему отсушит руку.
Мне тут же прилетело в лицо, но от следующего удара я уклонился. Повезло, не поплыл.
И тут же поймал охранника за руку. Резко вывернул ее, надавил на локоть, а потом схватил за шею и, что было сил, толкнул в стену. Послышался хруст, и он упал.
Сотрясение мозга. Потеря сознания.
Второй бросился на меня, ударил один раз, второй, третий, но я привычно уходил от ударов. А потом резко выкинул вперед обе руки и свел их вместе, долбанув его по ушам. Даже с искусственным вестибулярным аппаратом такое без последствий не проходит.
Схватив парня за грудки обеими руками, я рванул его в сторону, одновременно подставив бедро, и уронил на пол. И тут же добавил ногой по голове. Не так, чтобы убить, но тоже ощутимо, так что мало ему не показалось.
Сотрясение мозга. Потеря сознания.
Тот, что был у мониторов, резко рванулся ко мне, пытаясь пройти в ноги. Я же в ответ наоборот подался вперед, подняв колено. С глухим хрустом он впечатался в мою ногу лицом, после чего свалился, и больше не шевелился.
Перелом носа. Ушиб головного мозга. Потеря сознания.
Я огляделся, все лежали, никто не дергался. Но все живы. Убивать невиновных мне не хотелось, а они ведь просто делали свою работу. Это их боссы позволили неведомым террористам проводить на территории отеля сделку, а они — просто охранники.
  
Первым делом я рванулся к металлическому шкафчику, попытался открыть его, но он оказался заперт. Просунув пальцы под дверцу, я рванул ее на себя, и через несколько секунд борьбы она распахнулась. Внутри были спецсредства: наручники, тазеры, шокеры, резиновые дубинки. Все для нелетального устранения. Ну что ж, раз уж мне не достанется нормального оружия, то и это сойдет.