Хантер-Киллер. Пенталогия (СИ)

— Ну и ты против Молодого выступить хочешь? — спросил я. — Слава его покоя не дает?
— Да я и не пойду на самом деле, — он усмехнулся. — Ты же помнишь, я решил в наемники податься. Но в Легенды, как этот, лезть не собираюсь. Буду держаться посередке, зарабатывать деньги и веселиться. Да я тебе уже все объяснял, о чем тут говорить?
— Понимаю, — кивнул я. — И не понимаю одновременно. Но не мне тебя судить, я теперь вообще сотрудник службы безопасности.
  
— Ты уже контракт подписал что ли?
— Да, — кивнул я. — Так что все, зачислен. Но в офисе еще не был, сказали ждать, пока вызовут. Там, думаю, форму дадут, табельное, документы. Все, что нужно, короче. Но в базах уже числюсь.
— Хорошо хоть платят?
— Да как сказать. Ну на четверть примерно больше, чем в «Клинках». Только работаешь круглый год. Но, а что мне еще делать-то, кроме как работать?
И действительно. Я ведь убийцам семьи уже отомстил, успокоился немного. Мысли о том, чтобы начать войну с преступностью, немного отошли на второй план, даже подзабылись немного. Так что все нормально, живем дальше. Родные могут спать спокойно, уроды, которые все это сделали, отправились в ад.
Я ведь хотел сперва обратно на войну. Туда, где я буду не никому ненужным отморозком-ветераном с напрочь сдвинутым моральным компасом, а вполне себе востребованным специалистом. А тут я это получил, и почему бы и нет, на самом деле? Да и для человека, который родился в Квартале в семье наркомана, стать СБшником крупнейшей корпорации — это охренеть какой карьерный рост.
Имеется, правда, какое-то горькое послевкусие, из-за того, что передать мне это будет некому, потому что живых родственников у меня нет.
— Каждый из нас выбирает свой путь, — вдруг, сам того не ожидая, сказал я. — У нас только начало и конец одни и те же — рождение и смерть. А остальное отличается. От семьи до места и времени, когда каждый из нас сдохнет.
— А ты, оказывается, философ. Не замечал раньше за тобой такого. Ладно, Хантер, пойду я, — Курц залпом допил бокал, после чего протянул мне руку. — Удачи тебе.
— Удачи, Курц, — пожал я ему ладонью.
Оставалось надеяться, что я не увижу его по другую сторону прицела. А ведь такой расклад вполне себе вероятен, если учесть, какую дорогу он решил избрать. Наемники часто лезут в дела корпораций, и эта не исключение.
Я заказал еще кружку пива и стал смотреть трансляцию. Комментариев, естественно, слышно не было, звук на телевизоре оказался выключен, вместо него играла музыка. Но чем дольше я смотрел, тем больше меня удивляло, как такое вообще пустили в эфир. Это было что-то вроде трансляций кровавого спорта, которые, как мне говорили, проходили в даркнете. И речь даже не о каких-нибудь подпольных поединках, в которых я не видел ничего плохого, и даже сам участвовал пару раз. Там реально убивали, там настоящая кровь, дерьмо и выпущенные кишки.
Скоро я понял, что забыл о пиве и залипаю в кровавое зрелище, все-таки оно завораживало. Это надо было кончать. Я залпом допил кружку пива, кивнул барменше, после чего двинул прочь из заведения.
Я вышел на улицу, достал из кармана ту одноразовую электронную сигарету, которую дал мне пиджак, затянулся. Достаточно приятная вещь, даже жаль, что я раньше ими пренебрегал, предпочитая настоящие. Впрочем, пробовал я их, большинство — сладкая дрянь.
В ногах чувствовалась небольшая слабость, в голове чуть кружилось. Ну что ж, вечер проведен хорошо, можно идти домой, благо тут пара кварталов всего. И ждать вызова. Когда позовут, черт его знает, но должны. Не зря же они меня выкупили из полиции.
Размяв шею, я затянулся еще раз и двинул в сторону дома. Надо было дойти до ближайшего перекрестка, потом повернуть и еще два квартала. И все, окажусь в своей берлоге.
Проходя мимо памятного переулка, где я убил троих гопников, я заглянул внутрь. Естественно, все следы были убраны, кровь уже смыли, и ничего там нет. И тут мне вспомнились слова пиджака. Убитых было всего двое, один из них выжил. И, скорее всего, тот самый, которому я пробил башку стеклорезом на обратной стороне рукоятки своего ножа.
По-хорошему, надо бы найти и добить его. Только вот как это сделать? Да через Кровавых. Поговорить с Рикой, она должна быть в курсе, кто это такие, и навести меня на них. Почему бы нет?
Я шел по улице и увидел, как навстречу мне двигается группа парней. Одеты они были как обычная уличная шпана, но оружия у них в руках я не увидел. К тому же шли они по своей стороне тротуара, а я по своей.
За спиной послышалось цоканье каблуков. Обернувшись, я увидел девчонку: платьице, сумочка, туфли на каблуках и пухлые, явно сделанные скулы и накачанные филлером губы.
Кого только не встретишь на улице.
— Эй, подруга! — крикнул один из парней девчонке, когда она обогнала меня на полном ходу, и двинулась дальше. Удивительно быстро она передвигалась на своих каблуках. — Пошли с нами, отдохнем, развлечемся!
Та ничего не ответила, только прибавила ход. Парни проводили ее смешками и свистом. Может быть, я зря напрягся? Обычная шпана на отдыхе, не бандиты.
И когда я прошел мимо них, то краем глаза заметил резкое движение. Сработал ускоритель рефлексов, я в последний момент успел повернуться, выставил руку, чтобы поймать удар на предплечье.
Только вот я не был единственным владельцем ускорителя, и мне прилетело в левую скулу кулаком. Причем не голой рукой, а с металлическим кастетом, ладно хоть без шипов.
Меня качнуло, время вернуло нормальный бег, и по голове снова прилетело, после чего я рухнул на землю. А потом меня стали бить, долго, ногами. И после одного из таких ударов, сознание все-таки покинуло меня.
  
Глава 15
 
Я открыл глаза, и понял, что нахожусь в какой-то каморке, полностью голый и связанный по рукам и ногам. Воздух был спертым, пахло кровью, мочой, потом и другими человеческими запахами. Голова гудела, чуть подташнивало, да и лужа рвоты возле моего лица, пахнущего кислятиной и алкоголем, говорила сама о себе.
Снаружи слышу музыку, какой-то панк орет. Гитары низкие тяжелые, простейший рифф на четыре ноты. И пение такое, что вокалист явно связки рвет. Думаю, после сессии записи он потом несколько дней хрипел.
Ваше сердце вырву и хлебну вашей крови!
Вы сойдете с ума от мучений и боли!
Вас закрою в подвале и выброшу ключ!
До конца ваших жизней я вас буду мучить!
Тут-то я понял, что именно случилось. Какие-то недоноски напали на меня у бара, избили, а потом притащили сюда. Причем, судя по тому, что у одного из них был ускоритель рефлексов, это не полные лохи, у них есть какие-то выходы на рвачей.
Связать два и два было очень просто. Один из уродов остался в живых. Меня пасли возле бара, может быть, расспросили и узнали, что я там бываю часто. И нашли. И теперь, подозреваю, собираются убить.
Ну уж нет. Теперь я буду контролить каждого, кого встречу. Полагаться на судьбу: суждено кому-то выжить после почти стопроцентно смертельного ранения, или нет, я не буду. Это в Африке можно такое позволить, а тут ни в коем случае, потому что тебя попытаются найти.
Но сперва надо выбираться. А это в общем-то не особо и сложно будет. Да, вместо наручников они использовали эластичную ленту, которая тянется и не рвется, даже если у тебя альтеры. Да только вот режется она очень легко. А у меня «когти» — легальный имплант для самообороны, только не женская версия, которая может на пару сантиметров торчать, а мужская. Кромка у нее миллиметра полтора, а режет она ничуть не хуже.
  
Только вот связаны они у запястий. Ну это ничего, тоже есть варианты.
Я схватился за большой палец левой руки и с хрустом вывернул его из искусственного сустава. Делать так не рекомендуется, не факт, что получится вправить обратно, но у меня сейчас либо это, либо смерть. А покорно ждать ее я не собирался.
Взявшись за висящий на паре проводов палец, я без особых трудов вспорол ленту. Скорее по привычке, чем из надобности, потянул в стороны освобожденные руки, после чего вправил палец на место. Пошевелил. Вроде нормально, но лучше все равно показаться технику. Мало ли, откажет в самый неподходящий момент, а моя левая рука — это такой же инструмент, как и правая.