Хантер-Киллер. Пенталогия (СИ)

— Вот как? — спросил он. — Мне показалось, вы делали это специально. Может быть, для того, чтобы напугать кого-то?
— Страх — это тоже оружие, — пожал я плечами. — Вы не представляете, что мы делали в Африке с лидерами боевиков для того, чтобы подать остальным пример. Нет, вы не хотите этого знать.
— Пожалуй, вы правы, не хочу, — кивнул он.
— Вы бы не смогли спать, — кивнул я, затянулся и выпустил струю дыма под потолок.
  
— Мне очень дорог мой сон, — он кивнул. — Ладно, хватит об этом. Мы выяснили главное: вы — очень одаренный боец, при этом умеете действовать, как в настоящих джунглях, так и в каменных. А с учетом того, что вы сейчас свободны…
Я поднял бровь. Нет, ну меня расковали, конечно, но я все еще в полицейском участке. И мои импланты заблокированы, как и возможность связаться с кем-то. Так что свободным меня назвать можно только с очень большими ограничениями. Как-то даже странно звучит, «свобода с ограничениями».
— Нам пригодился бы такой сотрудник, — продолжил он, не обратив внимания на выражение моего лица. — Точнее, нашей службе безопасности пригодился бы такой сотрудник. А учитывая то, что вы оказались в щекотливой ситуации.
— Если точнее сказать, то я в дерьме, — ответил я. — Вы насчитали почти три десятка трупов. Полиция знает об одном. Но даже этого хватит, чтобы упечь меня далеко, и очень надолго.
— А что если я скажу вам, что если вы сейчас поставите подпись в трудовом договоре, то тут же сможете покинуть участок? То, что все события последних дней попросту забудутся и все.
— Ага, — кивнул я. — Все убитые бандиты воскреснут, у полицейских раны заживут. Так вы это себе представляете?
— Нет, но вас последствия касаться уже не будут.
— И что же это будет? Поддельное алиби, настолько железобетонное, что его проверять не надо? Легавые получат по крупной сумме и решат, что их ранил совсем другой человек. Записи с камер попросту исчезнут.
— Не надо так, Хантер, — он покачал головой. — Наши методы не должны волновать вас. Главное — что вы снова окажетесь чисты перед законом, понимаете?
— А в обмен? Я не люблю быть должен, это для кармы вредно.
Если бы я верил в карму, то давно должен был бы надеть вериги и отправиться пешком в паломничество через весь мир. Скажем, в Тибет, за который между собой воевали Индия и Китай, в результате чего он превратился в необитаемую помойку, загаженную вирусами, боевыми отравляющими веществами, и радиацией.
— Вам никто не даст остаться должным, — он покачал головой. — Вы будете работать на нас, станете сотрудником службы безопасности. И получать вы будете очень даже неплохие деньги. Скорее всего, процентов на двадцать больше того, чем в частной…
— Чем я должен буду заниматься? — прервал я его.
— Тем же, чем и раньше, — ответил он.
— Бегать по джунглям, искать партизан и резаться с вражескими ЧВКшниками? — спросил я.
— Почти, — ему явно не понравился мой тон. — Вместо джунглей будут другие локации. Чаще всего, здесь, в России, хотя иногда, разумеется, придется отправляться и за границу. А вместо вражеских ЧВК будут местные бандиты. Наемники. Иногда — службы безопасности других компаний. Сами ведь понимаете, промышленный шпионаж — это настоящий бич наших времен.
Ага, еще бы я об этом не знал. Да любой, кто хоть немного читает СМИ и интересуется новостями, об этом знает. И это при том, что официально все корпорации сообща работают на благо России. Но нет, на самом деле это тот еще клубок змей, единственное, что их сдерживает от открытых войн — это наличие внешнего врага. Ну и правительство, естественно. Красавцев такого не потерпит, он больше всего ценит порядок. Определенную власть он корпорациям передал, но в случае чего быстро даст им укорот.
— Короче, еще одна теневая война, так? — спросил я. — Только уже здесь, на Родине.
— Вы можете ознакомиться с контрактом, — он вытащил из кармана плоскую коробочку и нажал на кнопку. Она тут же разложилась и спроецировала голографический экран. — Там расписаны все ваши права и обязанности, и наши обязательства, как вашего нанимателя.
Пиджак протянул мне девайс, недешевый, кстати, месячное жалование рядового менеджера стоит. А этот, может быть, и подороже даже. И я погрузился в чтение.
Интересно получалось. Они не только возлагали на себя обязанности, они давали и нехилые права. Та же юридическая поддержка. А если учесть, что адвокаты у корпоратов наверняка пользуются грязными методами, то я получаю неприкосновенность. Ну, кроме тех случаев, если начну мочить всех вокруг или взрывать все вокруг.
Да черт, они ведь меня вытащить собираются, после того, как меня с поличным взяли. Значит, у них есть свои методы, свои рычаги давления. И рычаги эти развивают достаточное усилие, чтобы полностью стереть информацию о том, что я сделал.
Нет, естественно, все будет не так радужно. В случае чего, они легко вернут старые папки на место. Да и в целом, я могу ни о чем не волноваться, только пока приношу им пользу. Если же я окажусь бесполезен, или наоборот, стану угрожать чем-то корпорации, то меня очень быстро сольют.
На самом деле, я не имел совершенно ничего против того, чтобы устроиться в корпорацию. Если подумать, чем ЧВК отличается от корпы? Да только тем, что у нас бойцы в пиджаках не ходят, это не офисные крысы. Да и до этого, работая на «Клинков», я большую часть времени работал на корпорации. Уверен, что и от этого самого «Когисофта» мне выполнять заказы тоже приходилось.
Я не был панком или рокером, тем, кто требовал свергнуть корпоратов. Я не боролся с ними. Да, у меня была определенная бытовая неприязнь, как и у любого, кому пришлось выбираться с низов. Но среди них были такие же, они просто выбрали другой путь. Те, кто наверху, да, они родились с золотыми ложками в жопе. Но среди рядовых сотрудников хватает и обычных парней.
Так что сменить одну униформу на другую, возможно, имеет смысл. В любом случае, это лучше, чем отправиться в штрафную роту и с восьмидесятипроцентной вероятностью погибнуть в штурме, забросав своим мясом все окрестности.
Они ведь предлагают мне все блага, доступные им. Медицинская страховка, пенсия, выплаты по больничным и хорошая зарплата. По крайней мере, именно это написано в контракте. А пиджаки любят контракты и договоры, и то, что написано в них, исполняют. Разве что недоговаривают по поводу дополнительных условий.
Понятное дело, что в обязанностях «услуги по обеспечению безопасности» будут иметь очень широкие границы. Ну а консультирование — это и так понятно. Мало кто может построить службу безопасности так же хорошо, как ветеран разведывательной службы. Пусть большую часть времени я и занимался тем, что гонял негров, но понимал я достаточно.
— Хорошо, — сказал я. — Как тут расписаться?
— Держите, — он протянул мне стилус. — Просто поставьте подпись, в любом месте. Данные автоматически уйдут наверх, и все. Вы — наш сотрудник.
У меня не было ощущения, что я подписываю контракт с дьяволом. Скорее наоборот, просто будто устраиваюсь на неплохую, хорошо оплачиваемую работу. В общем-то так оно и было, если не учитывать некоторых нюансов.
Был тут еще один момент, который мне не нравился. Как-то уж слишком гладко складывались события. Будто меня специально заманили в ловушку. Нет, было ясно, что если уж я вступил на путь мести, то рано или поздно попался бы полиции, и они попытались бы меня достать. Но тут.
Хотя, может быть, это всего лишь паранойя, вот и все. Правда, я привык доверять своему чутью. Главное — не расслабляться, и всегда держать ухо востро. Тогда все будет нормально.
  
— Что ж, — поднялся корпорат. — В таком случае, вы можете пройти за мной. Вам будут возвращены ваши вещи, а потом мы отправимся в одну из клиник, принадлежащих нашей компании. Мы заботимся о здоровье наших сотрудников. Вот увидите.
— Нож, — сказал я. — И пистолет.
— Что? — не понял он.
— Мне нужен только нож, с которым я был. И пистолет. Остальное пусть оставят себе или утилизируют. А еще я хочу в туалет. Хотя бы немного затереть кровь, иначе на меня все глазеть будут.