Хантер-Киллер. Пенталогия (СИ)

Теперь нужно остановить кровь. Не операцию в таких условиях самому себе делать, естественно, а просто «Густотин» вколоть. И обезболивающее, без него тоже никуда. Морщаясь от боли, открыл подсумок, вытащил из него два шприца, один за другим вколол себе в шею. Мне сразу стало легче, но ноющая боль в мышцах все равно осталась. Я посмотрел в сторону валяющихся на полу инъекторов со стимулятором, один из них я себе вколол.
  
А потом убил тварь. Нет, не голыми руками, естественно, ножом, но само по себе это уже невероятно. Да уж, если эту дрянь доведут до ума, то из обученного солдата она будет делать настоящего боевого монстра. Завалить эту тушу одним ножом… Это дорогого стоит.
У нее глаза были выбиты, сустав пробит, несколько разрезов на теле, да еще и нож торчит из этого вместилища для мозга.
Ладно еще нужна трубка. Вогнав в себе в шею два шприца один за другим, я поднялся и пошел в сторону одного из анализаторов. Наклонился, увидел достаточно тонкую трубку, обрезал ее, после чего принялся шипя и матерясь пихать в проделанную между ребрами дыру. Кровь текла вниз по груди, заливая грудь и живот, но теперь воздух больше не скапливался у меня в легком, а свободно выходил через трубку при выдохе.
К рвачу надо, чтобы прооперировал. Может так получиться, что легкое вообще придется на синтетическое заменить. Но нет, какое‑то время так похожу, сколько‑то продержусь, пусть и торопиться нужно будет. Сперва Исупов. Да, Исупов, эту тему с разработкой боевого наркотика пора закрывать.
Ладно, теперь нужно взять какое‑никакое оружие, да валить, пока еще больше безопасников сюда не приехало. О помощи наверняка ведь запросили, и они сюда уже едут.
Но сперва клинок заберу. Я без него никуда.
Я подошел к убитой туше, наклонился, рванул на себя рукоять, но она не поддавалось. Ее зажало в кости намертво. И как только сил хватило его так глубоко всадить? Не сломать бы, кизлярский нож пусть и надежный и прочный, но все равно… Да и дорог он мне, как память. Не об отце, от которого в наследство достался, его бы я как раз проклял и забыть хотел бы, а обо всем, что я с ним сделал.
Упершись ногой в тело твари, я все‑таки высвободил оружие, вытер его от крови о штанину и внимательно осмотрел. Усмехнулся. Нет, кизлярские мастера не подвели, целый, пусть кончик и затупился. Но это и подправить можно при желании.
Теперь бронежилет собрать и приладить так, чтобы он воздуху через трубку выходить не мешал. Я так и сделал, закрепил на месте петли быстросброса, натянул на себя, застегнул. Накинул сверху куртку, она тоже вся в крови, конечно, но пусть будет. Огляделся и увидел пистолет, забрал и его. А потом пошел на выход.
Тела, куча мертвых тел, десятка четыре наверное, вот только убил не всех из них я. Можно прекрасно разглядеть, где поработали твари: рваные раны, отрубленные конечности, местами куски вырванной плоти, это они подкрепялись на ходу. А у тех, что я завалил, пулевые ранения, естественно. Ну и убитые тварями в белых халатах, ученые.
Да уж, будут тут разбираться СБшники, точнее их кураторы: что произошло. Половину люди убили, вторую половину монстры. Загадку я им подкинул, ничего не скажешь. И записей с камер не посмотришь, потому что не установили тут их.
А, скорее всего, чтобы лишних следов не оставлять, записей экспериментов. Тут ведь жуткие вещи происходили.
Наклонившись над одним из убитых СБшников, я подобрал с него АЕК. Вытащил магазин, пощелкал затвором, нажал на спусковой крючок. Все с виду хорошо, да и стрелял ведь он по мне, значит, ствол работает.
Выкинул магазины от «Винтореза» из подсумка, поменял их стандартными АКшными. Хотя как, они эргономичные, да еще и с прозрачным пластиком сбоку, чтобы было видно, сколько патронов осталось. Пять полных магазинов, этого достаточно. Потом двинулся к выходу, прошел через зал, перешагивая через убитых. Твари убивали для забавы, мяса им столько не нужно было, стухло бы все. Ну и черт с ним.
Дышалось пусть и не полной грудью, но легче, пусть меня и раздражал свист выходящего на выдохе через трубку воздуха. Боль прошла, так что я снова мог действовать. По крайней мере, какое‑то время.
Оказавшись во дворе цеха, я понял, что меня так донимало: запах крови и выпущенных кишок, монстры убивали очень некрасиво. И сперва не осознал, потому что привычен, а потом уже дошло. Сделав несколько глотков воздуха, я двинулся в сторону бусика, возле которого убил подопытных с их конвоирами.
Наклонился, почувствовал, как резко закружилась голова, и чуть не упал, вовремя схватился рукой за борт. Несколько раз глубоко вдохнул, потом все‑таки обшарил карманы убитого и достал ключи. Рванул на себя дверь, забрался внутрь, приложил брелок к панели зажигания. Двигатель завелся.
В город я на этом не поеду, а вот до своей Алины добраться можно. А потом отправлюсь до Исупова, пусть Шерлок адрес пробьет. Дело уже к ночи будет, так что, надеюсь, застану его дома.
До это длинный день. Чертовски длинный день. А я не спал уже двое суток, бдил, чтобы того урода не достали. С клонированием они работают, надо же.
Ладно. Вот разберусь с ублюдком, а потом отдохну.
***
Шерлок позвонил мне, едва я оказался на территории Новой Москвы. Только миновал Периметр, да отъехал от него на пару километров, оказавшись в промзоне, как перед глазами появилось окошко входящего вызова.
Я, естественно, принял его, и сразу же услышал обеспокоенный голос:
– Ты куда пропал? По камерам было видно, что нападавших ты перебил. А потом? Что ты в Старой Москве забыл?
Ну да, пусть я и предупредил его не звонить мне, он отследил мое местонахождение. Приятно даже, беспокоится, пусть в синтезированном голосе практически ничего такого и не слышно.
– Лаборатория, – ответил я. Можно говорить прямо, вероятность того, что нас подслушают, крайне мала благодаря его программам. – Я был в лаборатории, разбирался.
– Почему мне не сказал?
– Время было дорого. Да и ты разве не был бы против, чтобы я туда влез?
– Был бы, но… Только не говори, что ты ее разгромил.
– Не специально, – попытался я оправдаться. – Стрельба привлекла тварей. Еле ноги унес. Ученых, если что, я не убивал.
– Да корпоратам насрать, что ты их не убивал. Нужно было тише действовать, и так все узнали бы… Ладно, что выяснил‑то?
– Это Исупов, руководитель проекта. Он натравливал подопытных на своих конкурентов, пиджаки на это сквозь пальцы смотрели.
– Ну да, рациональная конкуренция. Но смотри, у этого могут быть последствия.
– Мне нужен адрес Исупова, – не стал я слушать его аргументацию. – Если я с ним разберусь, то дам им понять, что не нужно вмешивать посторонних в свои проекты. И тем более тестировать стимуляторы в цивилизованной части города. Нужно показать им, дать пример…
– Ты уверен? – спросил он. – Из‑за лаборатории все равно буча поднимется. Да и искать тебя будут.
– А то они меня сейчас не ищут, – ответил я. – Хотя… С этим ты мне можешь помочь. У нас есть данные по стимулятору, свяжись с ними, сообщи, что наша цель – это Исупов, а против остальных мы ничего не имеем. Пообещай обнародовать данные, если что‑то случится, что люди узнают о том, что они используют обывателей в качестве материала для экспериментов. Об этом и так все в курсе, но на том ноутбуке, который я тебе прислал, была огромная куча говна. Лучше если она останется у нас.
– Логично, это вариант, думаю, они сопоставят репутационные потери. Да и думаю, что там Исупов много кому поперек горло, так что тоже спишут на рациональную конкуренцию.
  
– Еще можешь сказать, что если они продолжат нас искать, то я пойду за их боссами.
– Ну уж нет, – в голосе прорвалось возмущение даже сквозь синтезированную речь. – Такого они точно никому не простят, так что нас обоих закопают. Но ладно, я попытаюсь уладить конфликт, думаю, у меня получится. Ты реально ученых не убивал?