Искренне, твоя неудобная жена (ЛП)

— Ты ела?
— Мм-хм. — Ее глаза метнулись в сторону, а руки стиснули бедра.
— Это было да?
— Да, Лука. Я ела.
— С Майлзом...?
Она фыркнула, отворачиваясь от меня.
— Да. Мы с Майлзом оба поели. На самом деле он, вероятно, задается вопросом, почему я не вернулась на работу. Мне нужно идти.
Я поймал ее прежде, чем она успела соскользнуть с моих колен, прижимая ее к своей груди.
  
— Все в порядке?
— Конечно, в порядке. Хотя я хотела зайти только на минутку. Мне нужно вернуться на работу. — Ее губы прижались к моему горлу, и она уткнулась в меня носом. — Увидимся вечером.
Она хотела уйти, и я позволил ей. Но она вызвала во мне тревогу. Я знал свою жену. Она была ужасной лгуньей, и сейчас я был почти уверен, что она о чем-то солгала.
Подойдя к Сирше сзади, я заключил ее в объятия. Ее голова со вздохом упала мне на плечо.
— Что ты делаешь, красотка?
Я вернулся домой, меня приветствовала Клементина и запах чеснока и специй. Погладив кошку, я последовал за своим носом на кухню, где у плиты стояла Сирша. Она не была домашней богиней, но хорошо готовила, и моя мама научила ее нескольким моим любимым блюдам из детства.
Я не жаловался и считал, что мне повезло.
— Лосось и спаржа. — Она наклонила голову набок, чтобы встретиться со мной взглядом. — Я не была уверена, что ты успеешь прийти домой, чтобы поужинать со мной.
— Ты рада, что я успел?
— Всегда.
Наклонившись, я поцеловал ее в губы.
— Я умираю с голоду. Ты голодна?
— Мм-хм. Дай мне несколько минут, и я тебя накормлю.
Я скользнул рукой вниз к ее нижней части живота, широко расставив пальцы.
— Что ты ела на обед?
Ее дыхание сбилось. Это было быстро, и если бы я не держал ее, я бы и не заметил. Но я заметил и снова насторожился.
— Ужасный сэндвич с курицей и карри в кафе недалеко от «Росси». Мне придется проверить название, чтобы ты никогда не ел там.
Обогнув ее, я выключил плиту. Сирша вскрикнула, когда я развернул ее лицом к себе.
— Это чушь.
Ее рот открылся.
— Что? Я не...
Я коснулся ее губ.
— Ты не лжешь. У тебя это очень плохо получается. Теперь ты лжешь мне, и я хочу знать, почему. — Она попыталась повернуть голову, но я поймал ее за подбородок, удерживая на месте, и она зажала рот. — Ты действительно собираешься это сделать? Я стою перед тобой и говорю тебе: я знаю, что ты что-то скрываешь от меня, и ты...
— Я обещала Кларе, — отрезала она. — Хорошо? Я обещала ей, что ничего не скажу.
Взяв ее руку в свою, я вытащил ее из кухни и потащил за собой в кабинет. Здесь ей было комфортно. Тут она расслаблялась.
Если бы она собиралась нарушить свое обещание (а она так и сделает), то это произойдет здесь, где все было мягко, вдали от горячей плиты и острых ножей на кухне.
— Лука, я не могу этого сделать. Поговори с Кларой. Я собираюсь закончить ужин.
Она начала подниматься, но я потянул ее обратно вниз, держа обе ее руки в своих.
— Нет. Мне плевать на ужин. Кларе не следовало ставить тебя в такое положение, и она это знает. Ты тоже это знаешь. Я не знаю, почему ты согласилась солгать ради нее...
— Она твоя сестра. — Сирша вырвала свои руки из моих и скрестила их на груди. Моя красотка была в ярости, но она должна была знать, что до этого дойдет.
И все же я смягчился ее доводами. Сирша понимала важность семьи так же, как и я. Ее готовность сделать все возможное, чтобы помочь Кларе просто потому, что она была моей сестрой, повлияла на меня на интуитивном уровне. Мне захотелось взять эту женщину на руки, обнять ее и сказать ей, чтобы она ни о чем не беспокоилась. Что она могла хранить свои секреты и продолжать лгать без объяснения причин.
Но этого никогда не произойдет.
Я мог многое упустить из виду, но ложь не входила в их число.
— Я ценю, что ты пытаешься защитить Клару и помочь ей, но она была не в праве просить тебя скрыть что-то от меня. Ты не встаешь между мужем и женой. Клара ошибалась, поступая так. Мне нужно, чтобы ты поговорила со мной, Сирша. Больше никакой лжи.
На секунду я подумал, что она мне не скажет. Ее зубы крепко стиснули нижнюю губу, а взгляд переместился в сторону, к потолку, к моим сложенным рукам, пока, наконец, не остановился на мне.
— Клара попросила меня поговорить с Миллером. Я обедала с ним сегодня. Я действительно съела ужасный сэндвич с курицей и карри.
Закрыв глаза, я медленно выдохнул, чтобы не позволить гневу взять верх, прежде чем решить, насколько мне надо злиться и куда его направить.
— Почему ты обедала с Миллером?
Пальцы на ее руках сжались.
— Она боится, что он ей изменяет, но ты, конечно, это знаешь. Но произошло нечто другое. Миллер открыл секретную кредитную карту на имя своей помощницы и использовал ее, чтобы отправить цветы и книгу этой женщине в Теннесси. Клара не хотела, чтобы ты знал. Она боялась, что ты убьешь его.
— Он трахает кого-то в Теннесси?
Я бы убил его. Я бы обязательно это сделал. Если не голыми руками, то я воспользуюсь одним из темных контактов Эллиота. Я не знал наверняка, что он знал киллеров, но был бы удивлен, если бы он не знал, как их нанять.
И Миллер умрет, если причинит вред Кларе. Если он ей изменил, то проснулся бы со своим сморщенным членом во рту. Ему следовало знать, что лучше не связываться с Росси. Клара, возможно, хотела мира и ненасильственного решения проблемы, но в этом отношении мы были разными.
Сирша быстро покачала головой.
— Нет. Я не верю, что он изменяет. Я думаю... — Она глубоко вздохнула. — Очевидно, я не специалист в области психического здоровья, но после обеда у меня сложилось впечатление, что Миллер находится в стрессе до такой степени, что ему плохо. И я действительно не знаю, как определить, почему я так думаю, но что-то было не так. Больше, чем его беспокойство по поводу того, что Клара ушла от него.
Я скрежетал зубами, сжимая челюсти. Сейчас не время говорить всю грязь, которая крутится у меня в голове. У Сирши было нежное сердце. Она беспокоилась о его психическом здоровье. Все, что меня волновало, это моя семья, и, насколько я понимаю, с этого момента Миллер в неё не входит.
— У тебя есть имя женщины из Теннесси?
Она кивнула.
— Я боюсь давать его тебе. Я знаю, ты хочешь сжечь все дотла, но ты не можешь.
Я знал, что она права. Все фантазии о том, чтобы нанять киллера и пролить кровь Миллера, были всего лишь фантазиями. Слишком многое было поставлено на карту. Мои руки были связаны обязанностями.
То, что я не мог его убить, не означало, что я не мог уничтожить его другими способами.
— Назови мне имя, и я отправлю его своему детективу. — Разжав ее скрещенные руки, я потянул ее к себе. Остальное расстояние она преодолела сама, свернувшись у меня на коленях.
— Не трогай его, — прошептала она.
— Единственное, что я могу обещать — это не трогать его, пока не получу все факты. — Я провел костяшкой пальца по ее щеке и убрал прядь волос с ее лица. — Я собираюсь позаботиться об этом. Это больше не твоя проблема.
Ее ладонь была теплой и мягкой на моей челюсти.
— Я хотела быть той, кто позаботится об этом. Я думала, что смогу.
— Ты молодец, красотка. — Я чмокнул ее в лоб. — Ты помогла моей сестре и сделала все, что смогла. Я благодарен за это. Но ты должна понимать, что больше не сможешь этого делать. Мы не лжем друг другу. Меня раздражает мысль, что ты на это способна.
  
— Я явно на это не способна. — Ее нос сморщился, как всегда, когда ей было некомфортно... или она лгала. — Ты сразу меня раскусил.
Я коснулся ее губ кончиком пальца.
— Однако это было твое намерение. Должен признать, это больно.
Она начала двигаться, обвила меня руками и уткнулась лицом в мою шею. Ее губы скользнули по моей коже.