Искренне, твоя неудобная жена (ЛП)

Я, конечно, никогда там не была, но судье Эрнандесу не обязательно было это знать.
Лука снова поправил галстук.
— Я встречу тебя там. — Затем он развернулся и исчез на кухне.
Я улыбнулась судье. Его добрая, почти сочувственная улыбка в ответ поразила меня. Один взгляд на нас, и он явно заподозрил, что это не брак по любви.
Или, может быть, я слишком много значения придала выражению его лица.
  
Мы подошли к балконной двери, но поскольку я никогда ее не открывала, то не знала, как это сделать.
— Мне жаль. Лука всегда открывает мне дверь, — объяснила я, как безмозглая содержанка.
— Все в порядке, мисс Келли. Вы позволите мне? — Еще больше сочувствия от судьи Эрнандеса. Он одним движением открыл дверь и позволил мне выйти на улицу первой.
Через несколько секунд появился Лука с компактным букетом красных роз, который он протянул мне.
— Твои цветы, Bella.
— Ой. Как глупо с моей стороны было забыть, когда они такие красивые. — Я взяла их у него и поднесла к носу, чтобы понюхать. — Я люблю розы.
Уголки его рта дернулись.
— Я знаю.
— Знаешь?
Его голова слегка склонилась, когда я снова почувствовала запах цветов. Я безмолвно произнесла «Спасибо», и он кивнул, повернувшись к судье.
— Мы готовы начать.
Церемония была короткой и по делу. Мы оба сказали «да», и когда пришло время обмениваться кольцами, Лука достал простое платиновое кольцо, которое идеально подошло моему пальцу. Затем настала моя очередь. Я сняла серебряное кольцо, которое держала на большом пальце, и его брови взлетели вверх.
Я улыбнулась ему.
— Ты правда думал, что я забуду подарить тебе кольцо?
— Тебе не обязательно было это делать, — произнес он.
— Ну, я хотела. — Я взяла его левую руку в свою и плотно надела чеканное белое золото на его палец. Это было сурово, но сдержанно. Не просто. Простая полоса Луке не подошла бы. Мне потребовалось некоторое время, чтобы выбрать его, и я была довольна тем, что нашла.
Его пальцы сжались в ладони. Он даже не взглянул на свое кольцо. Мой желудок сжался от разочарования. Мне очень хотелось, чтобы ему понравилось.
— Теперь вы муж и жена. — У судьи Эрнандеса, вероятно, была великолепная улыбка. Я могла представить, как он тусуется со своей семьей, как его глаза морщатся, когда его дети делают что-то смешное, как он смотрит на свою жену, танцующую на кухне, пока она готовит. Но я могла только представить это, потому что это не было будущим для Луки и меня.
— Вы можете поцеловаться, — быстро добавил он.
Я подошла ближе к Луке, и мне даже не пришлось поднимать подбородок, чтобы поставить нас на один уровень. Его взгляд был прикован к моему лицу, переходя от глаз ко рту. Я сделала еще шаг, прижимая ладонь к его груди. Его палец приблизился к моему подбородку, едва коснувшись меня, притягивая меня к себе.
Его теплое дыхание коснулось моих губ всего на мгновение раньше, чем его рот. На несколько громких ударов моего сердца мы слились вместе, затем его губы разошлись, делая наш союз немного глубже.
Мои пальцы обхватили его лацкан, и Лука оторвал свои губы от моих, выпрямляясь в полный рост. Мне потребовалось больше времени, чтобы вырваться из жара его поцелуя. Когда я это сделала, я улыбнулась Луке.
— Мы женаты.
Он кивнул один раз.
— Мы должны подписать бумаги.
— О верно. Конечно.
Судья прочистил горло.
— Хотите, я сфотографирую вас двоих?
Лука сказал «нет», в то время как я сказала «да».
Я прижалась к его груди.
— Мы должны. Наши родители, наверное, захотят увидеть нас нарядными, когда мы скажем им, что поженились, ты так не думаешь?
Его ноздри раздулись, когда он глубоко вдохнул.
— Возможно, ты права. — Он обратился к судье. — Спасибо. Нам бы хотелось несколько фотографий.
С закатом в стороне и видом на горы вдалеке фон не мог быть более красивым. Лука притянул меня к себе, обхватив мое бедро своей ладонью. Судья использовал телефон Луки, чтобы запечатлеть нас в нескольких позах, и я могла сказать, что это был не первый раз, когда он фотографировал молодоженов. Это было бы мило и весело, если бы Лука все это время не был таким чертовски напряженным.
Я похлопала его по талии и прижалась губами к его уху.
— Расслабься, Лука. Я не собираюсь тебя кусать, и это мои единственные свадебные фотографии. Постарайся выглядеть так, будто ты рад быть здесь.
Он вернулся ко мне и прошептал около моего лица.
— Спасибо, что ты здесь, Сирша.
— Конечно. Ты мой муж.
Его следующий вздох был резким, и он крепко схватил меня.
— Ты бы сделала все для своего мужа?
— Я не буду прятать тело, но испытай меня, Лука. Я сказала на это да. Я, вероятно, скажу «да» большинству вещей.
Его рот изогнулся в почти улыбке.
— Хорошо, я сделал около сотни фотографий. Нам пора идти, — заявил судья Эрнандес. Лука ослабил хватку и отступил от меня. — Давайте сделаем это официально.
Мы вошли внутрь, чтобы подписать лицензию, что заняло всего минуту, после чего судья удалился. Вероятно, ему не терпелось вырваться из этого романа без любви.
А может, он просто был голоден. Судья Эрнандес навсегда останется для меня загадкой.
Лука развернулся, когда дверь закрылась, потер правой рукой место возле брови, а левая все еще была сжата в кулак. Я была почти уверена, что он ни разу не взглянул на свое кольцо.
— Я собираюсь переодеться, — объявил он, едва глядя на меня. — Тебе тоже следует.
Он поднялся наверх, не сказав больше ни слова.
Мы были женаты пятнадцать минут, и я уже задавалась вопросом, не совершила ли я огромную ошибку.
  
ГЛАВА 12
 
Лука
 
Я нашел Сиршу в кабинете час спустя. Свернувшись калачиком на диване, поджав под себя ноги, она казалась уязвимой. Меньше. Не на своем месте. Меня охватила небольшая волна вины за то, что я оставил ее на произвол судьбы, но мне нужно было это время, чтобы снова прийти в себя. В противном случае я мог бы быть еще большим засранцем, чем был раньше.
— Мы отправляемся в семь.
Она отвернулась от телевизора и подняла на меня брови.
— Семь?
— Мы встречаемся со всеми, чтобы выпить сегодня вечером. У Элизы и Уэста что-то случилось, и они не смогут завтра пообедать. — Я сел рядом с ней, запустив пальцы в волосы. — Так лучше. Мы покончим с этим быстрее.
Сегодня вечером начнется наш анонс-тур. Мы планировали сообщить эту новость нашим друзьям завтра за бранчем, чтобы у нас было время свыкнуться с реальностью, но планы изменились.
Сирша сглотнула, ее рука метнулась к волосам, а затем к футболке.
— Я не думаю, что я готова.
— Готова. Все будет хорошо.
— У них будут вопросы, Лука. Мы даже еще не говорили о том, что собираемся сказать.
— Давай поговорим об этом сейчас. У нас есть время.
Она зажмурила глаза.
— Я не думаю, что ты понимаешь, насколько плохо я умею лгать. Это будет дерьмовое шоу.
Вид, как она испугалась, успокоил меня. По крайней мере, я был не единственным, кто был обеспокоен тем, что мы сделали сегодня, хотя Сирша, похоже, не возражала против замужества. Камнем преткновения для нее была необходимость рассказать об этом другим людям.
Впрочем, брак для нее ничего не значил.
— Ты открывала пуфик? — спросил я.
Ее глаза распахнулись.
— Что...? О чем ты говоришь?
Я кивнул в сторону пуфика перед диваном.
— Открой, и я объясню.
Она раздвинула свои длинные ноги и вытянула руку, открывая откидную крышку. Ее рот открылся, когда она заглянула внутрь.
— Одеяла! — Она вытащила одно из них и прижала к груди. — Они всегда были здесь, и я искала их?
  
Я покачал головой.
— Неа. Кто-то сказал мне, что мне нужно купить несколько, что я и сделал.
Ее брови нахмурились.
— Но какое это имеет отношение к нашей истории?
— Самое прямое. Мы собираемся рассказать правду.