Искренне, твоя неудобная жена (ЛП)
На. Землю.
Он бросил мне небрежное «спасибо», а затем углубился в свой омлет, как голодающий. К счастью, Элиза перевела разговор с его отсутствия реакции на более безопасную тему: Мик, медовый парень.
— Он причина, по которой я немного опоздала. Я помогала ему управлять его киоском.
Эллиот нахмурился.
— Ты просто... прыгнула за стойку?
— Я спросила, прежде чем сделать это, но по сути да.
Он покачал головой, и я ухмыльнулась.
— Он тебе заплатил? — спросил Уэстон.
— Медовыми палочками.
— Я не могу тебе поверить. — Элиза покачала головой почти так же, как ее брат. — Бедный Мик, вероятно, обдумывает, как сделать предложение.
— Почему бедный Мик? Он играет в ту же игру, что и я. Нам весело, детка. Это не должно ничего значить.
— Что это значит? — Лука рявкнул. — В какую игру?
— Они флиртовали и подшучивали все лето, — сообщила Элиза. — Сирша медленно сажает его на крючок.
Глубокая морщина пролегла между бровями Луки.
— Что происходит, когда ты притягиваешь мужчин?
Я подняла плечо.
— Это зависит от мужчины.
— Бросаешь их? — Не унимался он.
— Опять же, зависит от мужчины. — Я старалась отвечать легко, но Лука даже не пытался скрыть свое презрение.
Элиза толкнула Луку в руку.
— Расслабься. Мик взрослый мужчина, и он сразу же начал флиртовать. Плюс сегодня он получил бесплатную рабочую силу. Насколько я понимаю, в этой их маленькой игре он на несколько очков впереди.
После напряженной паузы Лука тяжело вздохнул.
— Мне жаль. Я не выспался на этой неделе, и у меня болит голова. Я веду себя как засранец.
Теперь, когда я действительно смотрела на него, по сравнению с человеком, которого я встретила на прошлой неделе, он казался избитым. Он был безупречно одет и ухожен, но плечи его были слегка опущены, а под тяжелыми веками виднелись фиолетовые пятна.
— Это нормально. — Я одарила его дерзкой ухмылкой. — Я знаю, что, вероятно, создаю впечатление роковой женщины, но уверяю тебя, это иллюзия. Я ни разу не разбивала человеческое сердце и не хочу этого делать.
— Ты можешь сказать то же самое, Лука? — спросила Элиза.
Он медленно, криво улыбнулся ей.
— Я никогда не разбивал мужское сердце, Bella. Я могу тебе это обещать.
Она фыркнула от смеха.
— Заткнись и ешь свою еду. Ты смешон.
После этого бранч продолжился с чуть меньшей враждебностью. Эллиот рассказал нам о недвижимости, в которую его строительная компания подумывала вложиться, а парни принялись обсуждать экономическую сторону вопроса. Хоть я и послушала, добавить мне особо нечего. Не то чтобы у меня не было склонности к бизнесу, но я была скорее человеком идей. Числа были для меня чем-то вроде санскрита.
Элиза наклонилась ко мне, отвлекаясь от их разговора.
— Что ты делаешь завтра?
— У меня запланирован кофе с Марицей, но после этого я свободна. Это будет день стирки и овощей.
— Кто такая Марица?
— Я встретила ее в общежитии в Хорватии, помнишь? Она из Берлина, но переезжает в Боулдер и открывает небольшой садовый бизнес, поэтому мы решили выпить кофе.
— Ты помогаешь ей с ее планами?
Я кивнула.
— Она хочет, чтобы я посмотрела на то, что у нее есть.
Рот Элизы сжался.
— И, зная тебя, ты, вероятно, в конечном итоге потратишь часы на то, чтобы все переделывать.
— Это преувеличение, но да, у меня есть склонность увлекаться идеями.
— Ты не должна тратить свое время и силы бесплатно. Я не знаю, почему я должна продолжать говорить тебе об этом.
— Для меня это просто развлечение.
У меня была склонность находить друзей и знакомых, куда бы я ни пошла. Элиза называла меня Крысоловом среди нуждающихся людей, что, конечно, было преувеличением. Кроме того, мне нравилось помогать людям. В последнее время мои друзья и знакомые приходили ко мне, чтобы обсудить свои бизнес-планы, и я помогала им их доработать.
Как я уже говорила, это было весело. Для меня это своего рода зарядка для ума.
Но в глубине души я подумывала о том, чтобы превратить это в настоящий бизнес. Однако это было только начало мечтаний. Я даже не была уверена, что у меня хватит сил вести собственный бизнес. Если это когда-нибудь и воплотится в жизнь, то ещё очень нескоро.
— Как скажешь. — Элиз вздохнула. — Мне просто не нравится, что тобой пользуются.
— Пока что я останусь на временной работе.
— Говоря об этом... — Элиз постучала по предплечью Луки. — Вы знали, что Сирша — новый сотрудник компании «Росси Моторс»?
Он замер, его взгляд метнулся ко мне.
— Я не знал об этом. Когда ты начала?
— Я в «Росси» уже неделю. Это только временно, — объяснила я.
— В каком отделе?
— Маркетинг.
Он внимательно посмотрел на меня.
— Тебе нравится работать в моей компании?
— Мне нравятся мои коллеги, и работа интересная. Кроме того, в комнате отдыха есть бискотти, что значительно повышает фактор крутости. Да, и Джина каждую пятницу приносит пончики и эклеры.
Его бровь взлетела.
— Джина?
— Мм-хм. Джина — менеджер отдела, и у нее есть связи. Ее дядя владеет пекарней.
— Итак, ты хочешь сказать, что тебе нравится работать на меня исключительно из-за закусок? — Уголки его рта слегка приподнялись от удовольствия.
— Я упоминала, что работа интересная, но даже если бы она была скучнее сухаря, я всё равно с нетерпением ждала бы каждый день, только ради бискотти. Без сомнения, я наберу десять фунтов (прим. ~ примерно 4,5 кг), прежде чем покину «Росси», но оно того стоит.
Взгляд Луки скользнул к Эллиоту.
— Она настоящая?
Эллиот сложил руки на столе и склонил подбородок.
— Добро пожаловать в дикий и чудесный мир Сирши Келли.
Я ахнула.
— Ты думаешь, я чудесная, Леви? Я так польщена.
Эллиот издал кряхтящий звук и снова сосредоточил свое внимание на своей практически пустой тарелке.
— Не дразни моего брата, — предупредила Элиза. — Он не знает, как с этим справиться. Он может взорваться.
— Но это так весело, — прошептала я. — И да, Лука, я настоящая. Перекусы важны на рабочем месте. Я прочитала ваши опросы сотрудников. Могу поспорить, что отдел маркетинга доволен больше всего, и все это благодаря Джине и ее волшебной выпечке.
— Я обязательно рассмотрю этот вопрос, — ответил он без намека на искренность.
— Честно говоря, тебе следовало бы. Удовлетворенность сотрудников жизненно важна для любого бизнеса.
Его ноздри раздулись.
— Не знал, что ты управляла компанией.
Я не собиралась позволять говорить со мной свысока.
— Если ты думаешь, что кто-то должен управлять компанией, чтобы иметь здравый смысл, ты еще больше далек от реальности, чем я предполагала.
Он выпрямился, наклонившись вперед.
— Я не далек от реальности.
Я пожала плечами.
— Хорошо. Как скажешь.
Наши друзья продолжали весело болтать вокруг, пока Лука продолжал сверлить меня мрачным взглядом. Как только счёт был оплачен, он резко вскочил со стула, пробормотал какие-то оправдания и попрощался со всеми, кроме меня. В суматохе его внезапного ухода никто, кажется, не заметил этого пренебрежения. Но я заметила.
И я ненавидела то, как сильно это задело.
ГЛАВА 7
Лука
Впервые за несколько недель я остался один дома. Винсент улетел обратно в Италию, забрав с собой весь свой хаос.
Я провел вечер в блаженной тишине, ел еду, которую приготовил, и никто не разговаривал через мое плечо, и пил скотч, который спрятал от него, чтобы он не вылил его на одну из женщин, которых таскал сюда.
И это вовсе не паранойя. Год назад он открыл бутылку «Макаллана», которую я приберег для особого случая, и выпил ее с тела женщины, которую встретил тем вечером. Большая часть впиталась в матрас моей гостевой спальни, и я чуть не заплакал от этого.
Я также целый год не пускал его обратно в свою квартиру. Единственная причина, по которой я это сделал на этот раз, был сердечный приступ моего отца. Вин обеспечил столь необходимое отвлечение от беспокойства.