Наши уже не придут (СИ)
Генерал-майор Алексеев договорился с «соседями» из 10-й армии, что они начнут имитацию подготовки наступления на северном направлении, причём очень достоверно, с подвозом большого количества боеприпасов. Правда, эти боеприпасы нужны не на сегодня, на послезавтра — 10-я армия предпримет наступление, если окажется, что Алексеев потерпел провал.
Реально атаковать сегодня ночью будет только 9-й ударный корпус, а если у него получится пробить брешь в обороне противника, то дальше сапёры наладят гать и в тыл к противнику ворвётся кавалерия. А дальше всё будет зависеть от скорости и решительности кавалеристов.
— Ваше высокоблагородие, — подошёл вестовой из штаба. — Разрешите обратиться?
— Разрешаю, — кивнул Аркадий.
— Вас к телефону его превосходительство, — сообщил вестовой.
Немиров пошёл вслед за ним и они быстро дошли до пункта связи, размещённого в углубленном блиндаже.
— Капитан Немиров у аппарата, ваше превосходительство, — взял он трубку.
— Немиров? — спросил генерал-майор Алексеев. — Слушай, я договорился с генералом от кавалерии Литвиновым — нам дадут всю доступную артиллерию. Поступил приказ от Верховного главнокомандования — отложить наступление на двое суток и дождаться готовности 10-й армии. Как раз, за это время, привезут всю артиллерию.
— Ваше превосходительство, но это сведёт на нет все наши усилия по маскировке, — ответил на это Аркадий.
Царю всё равно — он решил, что будет удачной идеей провести одновременное наступление с применением сразу двух стратегий штурма. Вероятно, хочет сравнить их результативность или…
«… или у него с головой что-то не в порядке», — предположил Аркадий.
— Приказы обсуждать не желаю, — вздохнул Николай Николаевич. — Мы должны, а значит — будем исполнять.
Немиров относился к такому философски. Может ли он спасти тысячи жизней, которые скоро будут погублены совершенно безрезультатно? Нет. Стоит ли корить и винить себя за это? Нет.
— Сколько у нас времени до начала отправки артиллерии? — уточнил он.
— Часов двенадцать, — ответил Алексеев.
— Возможно ли задержать отправку ещё на пять-шесть часов? — задал Аркадий следующий вопрос.
— Это не проблема, — ответил генерал-майор. — Хочешь попытаться успеть оборудовать маскировку?
— Так точно, ваше превосходительство, — подтвердил Немиров.
— Тогда приступай немедленно, — приказал Алексеев.
Столь стремительного взлёта из подполковников в генерал-майоры ему никто не забудет и не простит, поэтому единственная верная тактика — оставаться результативным.
Теперь за результатами будет следить лично Николай II со всеми своими генералами. От исхода зависит положение при дворе великого князя Сергея Михайловича — возможно, это он насоветовал царю сравнить две стратегии.
Аркадий хорошо помнил последствия действий некоторых великих князей. Великий князь Николай Николаевич был назначен Верховным главнокомандующим 20 июля 1914 года, а 23 августа 1915 года его сняли — он показал настолько выдающуюся некомпетентность, за которую любого генерала бы отправили на каторгу. А великий князь отделался отстранением.
Зато его политический противник, генерал от кавалерии Владимир Александрович Сухомлинов, стал самым крайним в разбирательстве по теме снарядного голода. Впрочем, из-за высоты чина и заседания в Государственном совете, дело пытались замять, но общественность, в кои-то веки, разбушевалась, поэтому началось следствие.
Сейчас следствие ещё ведётся, но газетчики пишут, что осталось недолго. У Немирова есть неофициальные сведения от генерал-майора Алексеева, что дело до сих пор пытаются замять и смягчить, в том числе это пытается сделать сам император — ему, в условиях не очень хорошо проходящей войны, не нужны лишние скандалы.
«Подумаешь — воровство, подлоги, превышение власти и, по сути, государственная измена», — Аркадий вышел из блиндажа связи и последовал в расположение батальона. — «Главное — чтобы не подрывались устои».
Грызня группировок во власти, происходящая в самый разгар мировой войны, не помогала стабильности государства и служила дополнительным фактором, предопределяющим скорое падение.
Сейчас, в июле 1916 года, уже видны признаки того, что что-то идёт не так. Да, организуются наступления, но снарядов не хватает, а трофейные винтовки начали отнимать и отправлять в центральные склады. Ну и Аркадий уже получал в свой батальон винтовки системы Арисаки.
Приоритетное снабжение ударных корпусов позволяет смягчить ситуацию, но даже если им иногда выдают покупное оружие — это же что-то значит?
Аркадий решал проблему с оружием так же, как и все. Специальные отряды, в самые безлунные ночи, выбираются на «ничью землю» и ищут там оружие.
Сломанные винтовки тоже забирают, так как их почти всегда можно использовать для ремонта уже имеющихся или попыток сбора новых.
Попытки сбора новых винтовок почти всегда получаются с Мосинками, потому что в Туле и Ижевске достигли очень высокого производственного уровня, поэтому взаимозаменяемость деталей почти полная. Иногда надо подбирать личинку затвора, но это вообще ерунда — в ЗИП есть наборы личинок разной длины.
Немецкие Маузеры тоже показывают себя отлично по взаимозаменяемости, но вот японские Арисаки и австрийские Манлихеры…
У Аркадия сложилось впечатление, что японцы доводят винтовки до работоспособности напильниками, а у австрийцев производством занимаются противоборствующие фирмы, у которых какие-то свои технологии производства. Даже если удаётся собрать из разных деталей работоспособную винтовку, то не факт, что она будет стрелять, а если и будет, то не факт, что точно.
«Возможно, у нас просто нет точного понимания, как их правильно подгонять…» — пришла ему в голову мысль.
Так или иначе, но проблему с винтовками они решали. Это плохо, что держава до сих пор не может насытить свои войска винтовками, несмотря на все прилагаемые усилия. Немиров предполагал, что всё дело либо в коррупции, либо в неправильном планировании. Либо выделяемые на расширение мощностей заводов средства разворовываются, либо всё очень плохо запланировано.
«И не исключено, что тут всё сразу», — подумал Аркадий, разворачивая на столе самую актуальную схему траншей.
Теперь ему нужно было спланировать размещение дополнительной артиллерии — маскировочные сети производятся в тылу, имеющегося запаса достаточно, чтобы замаскировать хоть сотню пушек, но с этим всё не так просто.
Нужно спланировать размещение орудий с артиллеристами, а также надеяться, что у немцев не запланирована авиаразведка в ближайшее время.
Артиллерийские позиции и так плотно обтянуты маскировочной сетью, но теперь пушек станет сильно больше — работы предстоит много…
* * *— Да как же они задолбали… — тихо пробурчал Аркадий.
Видимо, вражеское командование сделало какие-то выводы из перемещения стрелковых полков с позиций 9-го ударного. Они же не поняли, что всё это было обманным манёвром, предназначенным для усыпления бдительности, поэтому подумали, что наступление 10-й армии будет всерьёз. А оно и стало всерьёз, после решения императора.
«НАТОвские эксперты и командиры неоднократно называли нас, российских командиров, мастерами обмана», — подумал Немиров, глядя на то, как вражеские войска разворачиваются в стрелковые цепи. — «Но тут мы перехитрили сами себя».
«Ослабление» фронта на целых шесть полков было сочтено немцами как стратегический просчёт и приглашение к атаке. И если бы штурм начался в ту ночь, как они и запланировали, немцы бы просто не успели отреагировать на это «приглашение», но вот, на второй день, они подготовились и решились.
— Подтащите миномёты! — приказал Аркадий. — Распределите пулемёты по огневым точкам! Поскорее!
Сидящие в лесу полки уже оповещены и выдвинулись к оборонительным позициям. Время ещё есть, ведь немцам ещё предстоит правильно выстроить своих солдат в специализированные цепи, чтобы вся эта система потом работала в соответствии с задумкой создателей.