Когда случились мы (ЛП)

— Не уверена, — я подавляю зевок. — Кое-какой действительно милый парень покажет мне свой дом.
Генри выключает свет, затем обнимает меня за талию, притягивая ближе к своей груди. Я сильнее прижимаюсь к теплу его обнаженного тела.
Лежать с ним вот так невероятно интимно. Мы не испытываем приятной усталости после секса и не жаждем прикоснуться и доставить удовольствие друг другу прямо перед этим. Это другое. Мы доверяем друг другу, и чувствуем себя в безопасности. Мы так же близки, но это тихо, сладко и нежно.
Слезы щиплют мне глаза, когда Генри находит мою руку и переплетает свои пальцы с моими. Когда он кладет наши переплетенные руки на моё сердце, трепет в груди становится тихим и задумчивым.
Всего несколько мгновений назад всё было легко и игриво. Сейчас, находясь здесь, с ним, в его объятиях, я чувствую, что это так важно, как дышать. Тёплое, уютное чувство, для описания которого не существует слов, наполняет каждую частичку меня. Оно одновременно сильное и спокойное, обжигающее и в то же время успокаивающее.
Это очень похоже на покой, и дом, и…и любовь, шепчет тоненький голосок в глубине моего сознания.
Я отбрасываю эту глупую мысль прочь.
Я не ищу любви. Как и Генри, напоминаю я себе.
Мысль о том, что иногда человек находит именно то, что он не ищет, мелькает у меня в голове, но я отгоняю её.
— Спокойной ночи, — шепчет Генри в изгиб моей шеи, покрывая нежными поцелуями мое ухо.
— Ммм… Спокойной ночи.
Глава 23
ЛУНА
На секунду я забываю, где нахожусь. В комнате слишком светло, чтобы быть моим номером в отеле, и недостаточно темно, чтобы быть моей комнатой дома. Когда Генри что-то бормочет во сне, его теплая и тяжелая рука лежит у меня на животе, я улыбаюсь в подушку.
Я в его доме. В его постели. В его объятиях. Счастливые, сонные чувства, которыми я наслаждаюсь, в сочетании с теплом, исходящим от его тела, снова убаюкивают меня.
— Луна, — шепчет Генри, целуя меня в плечо. Его руки обнимают меня, его тело изгибается позади моего, такое теплое и упругое. — Твой будильник, — шепчет он мне в затылок.
Я так расслаблена, мне так комфортно, но низкий рокот его голоса подобен инъекции мгновенного возбуждения.
— Хорошо, — отвечаю я, не особо задумываясь, прижимаясь к его твердому телу.
Я покачиваю задницей против эрекции, приветствуя новый день. Звук его стона, вырвавшегося у моего плеча, вызывает жар, разливающийся внизу моего живота. Я оборачиваюсь, собираясь дотянуться до него, когда вспоминаю, зачем завела будильник.
— Сегодня понедельник! — я сразу сажусь, и мне тут же напоминают, что холодно, а я голая. — Сегодня чтение сценария.
Генри тянет меня на себя. Одна его рука зарывается в мои волосы, другая обнимает меня за талию. Эти идеальные губы осыпают влажными поцелуями мою шею, ключицу, спускаясь всё ниже и ниже…
— Не похоже на понедельник, — бормочет он мне в грудь.
Большие руки опускаются к моим бедрам. Когда я протягиваю руку между нами, обхватывая пальцами его толстую длину, я чувствую гул, который начинается в его груди и заканчивается рычанием в горле.
— Но если ты права, я не могу опоздать, — хотя он не звучит слишком обеспокоенным.
Пара сильных рук хватает меня за задницу, и мне требуется вся моя решимость, чтобы остановить его.
— Генри, — мои ладони прижаты к его груди, удерживая его. — Ты должен идти.
— Теперь ты выгоняешь меня? — хихикает он.
— Да, — говорю я, отворачиваясь и отбрасывая одеяла в сторону.
Я выскальзываю из его объятий и добираюсь до края матраса, прежде чем Генри хватает меня за талию и тянет обратно на середину кровати.
Вздрогнув от неожиданности, я хлопаю его по плечу, но не могу удержаться от хихиканья, когда он осыпает меня поцелуями. В моем животе вспыхивает пламя.
 
— Генри…
— Луна, — бормочет он где-то рядом с моим пупком.
Он играет нечестно. Меня это устраивает.
— Ты опоздаешь. Я тоже.
Хотя, на самом деле, не имеет значения, опоздаю ли я. Но вот он…
Его язык кружит вокруг моей правой тазовой кости, дразня чувствительную кожу, в то время как его руки ласкают и сжимают мою задницу. Ещё одна волна желания захлестывает меня.
Когда я произношу его имя, я чувствую его улыбку на своей коже.
— Мы быстро, — он усмехается, и я почти сдаюсь.
— Генри… — я беру его лицо обеими руками. Я не буду причиной того, что его работа пострадает. — Нам нужно идти.
— Обещаю, что мы не опоздаем, — он подмигивает, снова забираясь на меня. — Хочешь кое-что попробовать?
Генри выглядит таким взволнованным этой перспективой, что, в свою очередь, приводит в восторг и меня. Я моргаю от его волчьей ухмылки и вынуждена сжать бедра вместе.
— Хорошо.
Улыбаясь, он прижимается губами к моей ключице. Его руки на моей талии, скользят вверх по грудной клетке, пока не обхватывают мою грудь. Жар его рта заставляет меня хныкать, и когда он сосет мои соски, один за другим, я громко ругаюсь.
Не сводя с меня глаз, Генри отстраняется от меня, чтобы лечь обратно на кровать, и я следую за ним. Мне нравится быть на нем верхом, нравится проводить пальцами по его горячей, гладкой коже, нравится ощущать твердые, подтянутые мышцы, которые придают его телосложению такие удивительные очертания. Я собираюсь оседлать его колени, когда он останавливает меня.
— Сюда, Л.
Я не — о. Я вижу, о чем он думает, и снова начинаю нервничать. Я не уверена, что смогу это сделать.
— Генри, я не…
— Если тебе это не понравится, мы можем остановиться, — просто говорит он, улыбаясь мне.
Мой взгляд путешествует по его телу, сосредотачиваясь на том, насколько он внушителен. Генри сжимает свой член в кулаке, и я невольно хнычу.
— Мы можем сделать и то, и другое.
У меня пересыхает во рту, и я могу только прошептать его имя.
— Иди сюда, — он ухмыляется, и я позволяю ему направлять меня, располагая свое тело так, как он задумал.
Он всё ещё лежит, но теперь я сверху, на четвереньках. Мои колени у его плеч, по обе стороны от его головы. Мои руки лежат у него на бедрах, что на самом деле идеально подходит для того, что я хотела бы сделать.
— Позволь мне попробовать тебя на вкус, Лу.
О…Я…чёрт. Хотела бы я видеть его лицо, когда он это сказал, но, может, и к лучшему, что я не видела. Почему у него такой сексуальный голос и сексуальный акцент, и теперь я нервничаю, потому что я не могу…
Когда будильник на моем телефоне снова звенит, я слезаю с него, чтобы выключить его.
— Давай попробуем что-нибудь ещё? — предлагаю я, боясь задеть его чувства или разозлить, но Генри просто игриво сжимает моё бедро, прежде чем потянуться к верхнему ящику за презервативом.
Затем он оказывается сверху, целует меня, его руки везде, где я хочу, чтобы они были.
— Ты будешь присутствовать на чтении? — спрашивает он, его горячее дыхание на моей шее сводит меня с ума.
Звук, вырвавшийся из моего горла, заставляет его пальцы собственнически сомкнуться на моих бедрах.
— Да, — выдыхаю я.
На выходных доктор Харрис настояла, чтобы я присутствовала.
Он отстраняется, чтобы посмотреть на меня, и я глажу его по лицу.
— Хорошо, — он ухмыляется, целуя меня в последний раз с таким неистовым желанием, что это заставляет меня пошатнуться наилучшим из возможных способов. — Я не смогу сидеть с тобой, но я хочу, чтобы ты думала обо мне и этом, пока ты там.
Прежде чем я успеваю спросить, я снова оказываюсь на четвереньках. На этот раз Генри стоит у меня за спиной и хватает меня за волосы. Он туго натягивает мне волосы, пока я не встречаюсь с его взглядом, отражающимся в зеркале в полный рост, которое я не заметила прошлой ночью.
— Вот так, Лу. Смотри на меня, — на его лице хищная ухмылка.