Когда случились мы (ЛП)
— Я знаю, что ты отвечала на мой вопрос, но я могу понять, почему Хейзел ведет себя так глупо.
— Да, я была прямо там, — я пожимаю плечами, делая вид, что это не имеет большого значения. — Для протокола, я не трахалась с каким-то парнем, — заявляю я со всей серьёзностью. — Но это не значит, что я не пыталась.
От этого Хейзел хихикает, и даже Майя.
— Луна, ты меня удивляешь! — Хейзел ухмыляется. — Итак, кто этот парень?
— Он твой парень? — Майя спрашивает более тактично.
Перед моим мысленным взором вспыхивает прекрасное лицо Генри.
— Боже мой, ты вздохнула! — Хейзел давится.
— О, это мило, — Майя краснеет нежно-розовым оттенком, игнорируя звуки рвоты Хейзел. — Это серьёзно?
Я качаю головой. Возможно, мне не стоило упоминать об этом. Хотя, честно говоря, мне действительно приятно рассказать кому-нибудь о том, что произошло. Я проигнорировала сообщения своей сестры, когда она спрашивала.
— Я встретила его в самолете.
Обе пары глаз устремлены на меня. Я вообще не упоминаю Оклахома-Сити, но чувствую, как мои щеки заливаются краской. Майя улыбается, и Хейзел с отвращением откидывает голову назад. Я говорю им, что он спросил, не хочу ли я поужинать в городе.
— Итак, что произошло?
Он поцеловал меня на Таймс-Сквер, а я поцеловала его возле Нью-Йоркского университета. Мы выпили кофе и сделали селфи посреди Манхэттена, а потом нас выгнали из парка Вашингтон-сквер, потому что оказалось, что он был актером со своим собственным телешоу, от которого я фактически сбежала, потому что он мне нравился.
— Не очень много, — вру я. — Ничего не вышло, поэтому я вернулась в аэропорт. О, но я правда проходила через Нью-Йоркский университет.
Хейзел обхватывает голову руками.
— Итак, позволь мне прояснить. Этот парень заставил тебя сойти с самолета…
— Он не заставлял меня.
— Ты не успела на рейс? — недоверчиво спрашивает Хейзел.
— Нет!
— Но ты потеряла свой багаж? — обвиняет Майя, довольно быстро складывая два и два.
— Я не думаю, что произошло именно это…
— И этот маленький засранец даже не пригласил тебя на ужин?
— Не было времени.
— Не защищай его! — рявкает Хейзел.
Я понимаю, почему может показаться, что это вина Генри, но это не так.
Хейзел качает головой.
— Звучит как придурок. Ты давала ему денег?
— Что? Нет, — я хмурюсь.
— Мне так жаль, Луна, — легкая извиняющаяся улыбка, которой одаривает меня Майя, бьет не в ту сторону, и я чувствую слёзы на глазах.
— Бро, ты ведь не плачешь?! — Хейзел практически кричит, пугая других посетителей.
Смущение заглушает любую временную сердечную боль.
— Чувиха, прекрати орать, — бормочу я сквозь стиснутые зубы, пытаясь игнорировать взгляды, которые, как я чувствую, сверлят мне спину.
— Тогда не плачь из-за какого-то идиота, который не заслуживает твоих слёз!
— Нам нужно идти, — шепчет Майя себе под нос.
Уже разделив счет, мы встаем и выходим. Мы с Майей выходим первыми, в то время как Хейзел бормочет непристойности позади нас.
Глава 11
ЛУНА
Снимать фильм намного сложнее, чем я когда-либо представляла. Насколько я знаю, кто-то пишет сценарий, приходят актеры, чтобы сделать свое дело, и — бац! — вот и фильм.
Нет.
Всё даже близко не так.
Доктор Харрис и её съемочная группа работали над этим в течение нескольких месяцев. Есть бюджетирование, составление графика, написание сценариев, набор персонала и талантов. Основные съемки начнутся только через две недели. Это означает, что настоящие съемки не начнутся до тех пор, но на этот фильм уже потрачено так много времени и энергии.
Но самое классное, что это фильм по моей книге «De East LA», моему первому опубликованному роману! Когда я останавливаюсь, чтобы подумать об этом, я всё ещё схожу с ума. В настоящее время я работаю над продолжением, но всё идет не очень. Я надеялась найти вдохновение в этой поездке.
"Untold Story Pictures" — продюсерская компания доктора Харрис. В зависимости от нескольких реализованных проектов, включая «De East LA», эти временные офисы могут стать постоянными. Прямо сейчас они наполовину пусты.
Кто-то из съемочной группы подхватил страшный штамм гриппа, и в итоге заболели почти все, включая режиссера фильма Аву Нозаву. Я знакомлюсь с двумя счастливчиками, которых это не коснулось. Наталья Кастро, художник по костюмам, и Руби Патель, парикмахер.
Руби и Наталья неразлучны. Они тоже познакомились на ужине у доктора Харрис. Руби показывает мне фотографии, на которых Наталья сопровождала её в Индию на семейную свадьбу несколько недель назад. Они прекрасно смотрятся в шелковых кандживарам-сари.
— Мы отлично провели время, — говорит мне Руби.
Несмотря на то, что она самый милый человек в Лондоне, Наталья немного капризничает, постоянно жалуется мне и дразнит меня с тех пор, как узнала, что я тоже говорю по-испански.
— Está malparida (с исп. Этот ублюдок/Эта сучка) сказала, что это было зеленое платье от Версаче.
Она имеет в виду свадебное платье Вивианы из книги. Наталья свирепо смотрит на меня, собирая свои густые короткие локоны в самый симпатичный пышный хвост на макушке.
Я ничего не могу с собой поделать; я смеюсь. Я помню, как писала эту главу. Недавно я увидела фотографию Дженнифер Лопес в культовом зеленом платье от Versace и захотела, чтобы Вивиана надела похожее. На ней также блестящий фиолетовый комбинезон, похожий на тот, который прославила Селена Кинтанилья.
В «De East LA» Вивиане нравится всё, что касается Селены и Джей Ло, так что это показалось подходящей данью уважения двум прекрасным латиноамериканкам. Когда я впервые увидела поющую Селену и Джей Ло в фильме, я подумала, что они похожи на нас, на меня, на Сол и моих родственников! Я подумала, что они чертовски охуенные.
Когда я писала эти сцены, я и представить себе не могла, что однажды всё это станет реальностью.
— Прости, но мне не жаль, — я искренне улыбаюсь.
Наталья закатывает глаза, но ухмыляется.
— Девочка, все в порядке. Я всё сделала, во всяком случае, большинства нарядов, всё было в рамках бюджета.
Тогда почему она продолжает жаловаться? Когда я спрашиваю её, она бросает в мою сторону столько оскорблений, что я пропускаю половину из них.
День четверга затягивается, поэтому мы с Руби выходим выпить кофе. Когда мы возвращаемся, там небольшая суматоха. Может быть, у нас встреча, о которой я забыла. Мы сталкиваемся с Майей в холле.
Я замечаю Тадаши, который сворачивает за угол в нашу сторону. Тадаши Йошида. Он личный ассистент Авы и что-то вроде помощника продюсера в одном лице. Он мне нравится. И это не просто потому, что он из Лос-Анджелеса или потому что он милый. Он ладит со всеми, веселый и всегда, всегда носит свою синюю кепку «Доджерс». Как он может мне не нравиться?
Кроме того, он был на той же игре Мировой серии, на которую я ходила со своими братьями. Он согласен, что эти места были чертовски дорогими, но оно того стоило. Излишне говорить, что он, безусловно, один из моих любимых людей здесь, в Лондоне.
Сегодня его бейсболка «Доджерс» надета задом наперед, что означает, что Авы здесь нет. Прежде чем я спрашиваю о ней, последний человек, которого я ожидаю увидеть с ним, или где-либо еще, тоже заворачивает за угол.
— Генри.
— Что? — спрашивает Руби.
Я качаю головой, смотря на неё, затем пару раз моргаю. Я моргаю два раза. Три.
Это действительно он.
Что за чёрт? Почему?! Почему здесь? Почему сейчас? Прошлой ночью я впервые в Лондоне не занималась с ним сексом во сне. И теперь он здесь?
Он идет рядом с Тадаши, разговаривает, улыбается и смеется. У Генри такие же выразительные руки и такая же уверенная походка, о которых я постоянно мечтаю. Потому что, да, я думаю о нём и в течение дня.