Не обмани меня (СИ)

Руки Андрея на моих плечах сжимаются чуть крепче, в глазах вспыхивают победные искорки.
— Андрюх, нам пора! Спасибо за приглашение, всё было на уровне, — высокий худой мужчина перетягивает внимание Стогова на себя, протягивает ему ладонь для рукопожатия. Гости начинают разъезжаться по домам.
Подъехавшая машина с чёрными шашечками увозит Светку и ребят без меня. Наконец, Андрей вызывает такси и нам.
  
Уложив пакеты с подарками в багажник, занимаем с ним вдвоем заднее сиденье автомобиля. Мужчина находит мою руку, переплетает пальцы со своими, и так мы в уютном молчании доезжаем до его многоэтажки.
  
Глава 5. Первый раз у него дома
 
«I can't do everything but I'd do anything for you»
Я не могу всего, но для тебя я бы сделал всё, что угодно.
(«Romeo And Juliet» — «Dire Straits»)
— Проходи! — приглашает Андрей, заходит следом и щёлкает выключателем. Мягкий рассеянный свет потолочной люстры освещает небольшую прихожую, оформленную в серых тонах. Справа от двери черно-белый шкаф-купе. Слева над тумбой для обуви широкое прямоугольное зеркало, в котором ловлю своё отражение. Длинный день не проходит бесследно: утомление сказывается на лице чуть припухшими веками и, пусть едва заметными, темными кругами под глазами.
— Давай курточку, — Стогов помогает мне раздеться и вешает верхнюю одежду в шкаф, пока я, присев на пуф, расшнуровываю и снимаю ботильоны.
— Устала? — мужчина ласково проводит ладонью по моей щеке.
— Немного, — признаюсь я.
— Пойдем, — Андрей провожает меня в гостиную.
— Устраивайся, я сейчас, — кладёт руки мне на плечи и мягко подталкивает в сторону дивана. — Будешь шампанское или вино?
— Лучше чаю, — вспоминаю, на какие глупости толкают меня игристые пузырьки. Пожалуй, хватит с меня на сегодня спиртного.
Андрей усмехается:
— Будет тебе чай.
С интересом оглядываю просторную комнату. Серый тон преобладает и здесь. Минимализм и функциональность, ничего лишнего. Напротив дивана-трансформера, где я удобно устраиваюсь в ожидании хозяина квартиры, большой на всю стену встроенный шкаф с широкой плазмой. Рядом квадратный журнальный столик. На тумбе музыкальный центр и проигрыватель под пластинки. Широкое окно занавешено белым тюлем без рисунка и в тон обоям плотными шторами. На стенах несколько картин с изображением городских пейзажей. Всё строго и лаконично.
— Ну что, освоилась? — Андрей возвращается, открывает дверцу шкафа и достает виниловую пластинку. Через минуту гостиная наполняется звуками лирической мелодии.
— Что это играет?
— «Dire Straits». Английская группа. Не слышала?
— Нет, — качаю головой. — Красивая музыка.
— Да, красивая, — соглашается Стогов, при этом смотрит на меня так, что перехватывает дыхание. Никто и никогда раньше так на меня не смотрел. С такой откровенной страстью и желанием. И сейчас я как никогда остро чувствую, что я наедине со взрослым мужчиной на его территории. С мужчиной, который в полной мере осознает, чего хочет и зачем мы здесь. Я сама на это согласилась, когда поехала с ним.
Пульс грохочет в ушах, когда Андрей, не сводя с меня глаз, подходит ко мне и второй раз за сегодняшний вечер протягивает мне руку в приглашающем жесте:
— Потанцуй со мной.
Едва дышу, когда, немного робея, вкладываю в его ладонь свою.
Мой идеальный мужчина привлекает меня к себе, обнимает за талию и плавно ведёт в такт музыке. Его тёплые губы едва касаются моих, но, как только получают желанный отклик, становятся всё настойчивее. Крепкие руки уверенно скользят по моей спине, пробуждают сладостную дрожь во всём теле. Взгляд наливается тяжестью, заставляет подчиниться, сдаться, потеряться в нём безвозвратно. Ведь я здесь именно для этого.
Я не выдерживаю напряжения и сама со стоном обхватываю ладонями его лицо, возвращаю ему поцелуй, жадно впиваюсь в его рот. Но Андрей осторожно отстраняется, сжимает ладонями мои плечи и заставляет посмотреть в глаза.
— Останови меня, если я зайду далеко, хорошо? — говорит слегка охрипшим голосом и ждёт моего ответа.
Сглотнув, согласно киваю. Я не могу позволить ему сейчас остановиться, мне нужно, чтобы он продолжал.
Стогов больше не медлит. Его руки тянут вниз по спине застежку платья, и оно безвольно опадает к моим ногам.
— Моя красавица, — его страстный шёпот и горячие мужские ладони на моем обнажённом теле окончательно отключают всё разумное, оставляя только инстинкты. Тянусь к пуговицам его рубашки и начинаю расстёгивать подрагивающими то ли от волнения, то ли от возбуждения пальцами, жадно разглядываю его обнажающуюся кожу. Попроси меня сейчас Андрей о чём угодно — я соглашусь на всё.
Я не помню, как оказываюсь лежащей на диване, оставшись в одних кружевных трусиках. Гляжу в блестящие в полумраке приглушенного света глаза моего чуткого любовника. Упиваюсь крепостью его обнаженных плеч под моими ладонями, в то время как его пальцы ласково играют с моей грудью, а затем спускаются ниже и медленно гладят поверх ставшего неприлично мокрым единственного оставшегося на мне предмета одежды. Отодвигают тонкое кружево и пробираются внутрь.
И это внезапно возвращает меня в реальность. В голове загорается красная лампочка и подвывает сирена, перекрывая негромкое звучание музыки. Слишком откровенно, слишком интимно, запретно, недопустимо! Как потом смотреть в глаза родителям? Я напрягаюсь и сжимаю бедра. Возникший во время нашего танца порыв согласиться на всё бесследно исчезает, и теперь меня охватывает единственное желание — немедленно прекратить, одеться, вернуться к исходной точке.
Андрей тут же останавливается. Его горячая ладонь возвращается и накрывает мой живот.
— Это всего лишь ласка, — тихо шепчет он. — Разве девушки так себя не ласкают? Я просто хочу, чтобы тебе было хорошо.
Он терпеливо ждёт. Лёгкими, успокаивающими касаниями проходится по моему телу, пока я медленно расслабляюсь — и да, позволяю ему ласкать меня там. Первый раз в жизни я захожу так далеко. Первый раз я безумно этого хочу. И всё же чувствую себя уязвимо.
Но Андрей ободряюще улыбается и вовлекает меня в долгий упоительный поцелуй, пока его пальцы дарят мне интимное наслаждение. Неизведанные ранее ощущения переполняют меня, побуждают забыть обо всём, кроме того, что происходит здесь и сейчас. Весь мир для меня сейчас сосредоточен только в этих умелых неторопливых руках, в мягких губах, в искрящихся серых омутах, в самом красивом и желанном для меня мужчине.
— А-а-а-ах!
Мои пальцы впиваются в его плечи, тело выгибается в судорогах, сладкие волны одна за другой накрывают меня с головой, срывают с губ долгие протяжные стоны, и, откатившись, оставляют парить в невесомости.
— Вот так… да… умница… — слышу сквозь морок тихий ласковый голос моего любовника. В его глазах столько довольства, словно он только что выиграл крупный приз. Сквозь брюки, которые он так и не снял, я чувствую, насколько он возбуждён. Но мужчина, переждав мою агонию, укладывается на спину и просто прижимает меня к себе, лениво гладит по плечам.
— Андрей, — шёпотом зову я. Отголоски наслаждения всё ещё бродят в моей крови. И мне очень хочется подарить ему в ответ не меньше, хочется, чтобы он тоже вот так, до умопомрачения.
— Ммммм? — его глаза закрыты, а сам он словно поглощён звучащей из проигрывателя мелодией.
— Можно я тоже тебя поласкаю? Только я раньше никогда… — смущенно осекаюсь.
Стогов открывает глаза, приподнимает голову и внимательно смотрит.
— Никогда не была с мужчиной? — тихо продолжает за меня.
— Да. Покажи мне, как.
Он берет мою руку в свою, прижимает ладонью к своей щеке, целует, потом кладет себе на грудь и медленно ведёт вниз. Расстегивает и приспускает брюки вместе с боксерами, накрывает моей ладонью твёрдую плоть. Так я получаю свой первый урок искусства любви. Любопытство смешивается с упоением, когда я ловлю рваное дыхание, вглядываюсь в напряженное лицо Андрея. Его голова запрокинута, глаза снова закрыты, бёдра слегка приподнимаются и опускаются в такт моим движениям, руки беспорядочно бродят по моему телу. Вдруг он подминает меня под себя, и я ощущаю, как сильно сокращаются его мышцы, а мужчина, шумно и прерывисто дыша, упирается лбом в мой.