Не обмани меня (СИ)
Оглядываясь назад, Андрей мог с гордостью сказать, что сделал себя сам. Он переехал в большой город и поступил на вечернее отделение юридического факультета одного из ведущих вузов на юге России. Среди таких же, как он, простых ребят, он с удивлением обнаружил на курсе и тех, кого именовали «мажорами» — модное слово к тому времени уже прочно вошло в оборот. Курс оказался дружным и очень активным. Они участвовали во всех проводимых вузом мероприятиях, начиная от спортивных соревнований и заканчивая научными конференциями.
На третьем курсе Андрея заметил преподаватель по гражданскому процессу, по совместительству адвокат, и предложил стать его помощником. Это положило начало его пути в профессию. Неквалифицированные подработки грузчиком, экспедитором, разнорабочим остались в прошлом.
Юрий Павлович оказался мудрым наставником. Он научил своего помощника всему тому, чему не учат студентов юридических специальностей в вузах. Андрей считал, что именно благодаря Палычу, как его за глаза называли на факультете, он научился неплохо разбираться в людях. От него же Стогов узнал о тонкостях и хитростях профессии, да и чего греха таить, как виртуозно пользоваться пробелами весьма несовершенного на тот момент российского законодательства. После получения диплома об окончании юридического факультета Юрий Павлович помог своему помощнику получить статус адвоката.
Несколько лет назад Палыча не стало. После долгой болезни он умер от рака лёгких. Андрей очень переживал смерть своего наставника, ставшего ему близким человеком. Он до сих пор поддерживал отношения с его женой и всегда отзывался на её редкие просьбы о помощи.
––—––—––—––—–––
* Советский телевизионный многосерийный фильм о создании и истории советской милиции.
К тому моменту, когда произошла его встреча с Ульяной, Андрей был убежденным холостяком и одиночкой. Он много времени посвящал работе, а в качестве отдыха предпочитал уединение.
Его друзья один за другим женились и создавали семьи. У всех он гулял на свадьбе и каждый раз отшучивался от вопросов, когда же, наконец, найдётся та, которая сможет окольцевать и его.
Он крестил их детей — Костик Новицкий был его крёстным сыном. Заводить же своих желанием не горел. Не то чтобы он был против, но ему нравилась его холостая жизнь, его налаженный быт и возможность, вернувшись домой после напряжённого трудового дня, спокойно провести время в одиночестве.
Андрей до сих пор не мог себе объяснить, что именно тогда в кофейне подтолкнуло его к знакомству с забавной девушкой, мысли которой он читал на её лице, как раскрытую книгу. Тогда он впервые нарушил своё незыблемое правило, которое завёл, ещё будучи студентом: не связываться, во избежание последующих проблем, с юными неопытными особами.
Девушка была очень хорошенькая и разглядывала его так, словно он был для неё самым желанным новогодним подарком. И он не стал отказываться от того, что само легко шло в руки.
Его небольшая провокация в момент знакомства удалась лучше, чем он ожидал: на рукопожатие и едва заметную ласку девушка отреагировала непередаваемым букетом эмоций — смущение, смятение, сомнение, восторг, желание светились в её выразительных карих глазах. Его поразили её реакции — такие яркие, живые и непосредственные! И ему захотелось встретиться с ней ещё раз, потом ещё и ещё. Он тогда не задумывался, к чему приведут эти отношения, учитывая большую разницу в возрасте. Но он считал, что был честен с ней, и не давал пустых обещаний.
По мере того, как он узнавал её, она нравилась ему всё больше. С ней приятно было общаться, и, несмотря на её наивность, она оказалась не глупа. У них были общие музыкальные и литературные пристрастия, но что было гораздо важнее — общие моральные ценности. В силу своего возраста и жизненного опыта он чувствовал себя иногда её наставником, и ему льстило, что она прислушивалась к его советам.
Как и любой здоровый мужчина в расцвете лет, он наслаждался молодым и красивым телом девушки. Её неопытность в любовных делах вынуждала его проявлять выдержку и терпение, усмиряя собственную страсть. Но открывать ей мир чувственных утех и ловить её первые восторги стало для него непередаваемым удовольствием.
А потом он стал замечать, как согретое её трогательной девичьей искренностью и теплом, что-то стало оттаивать в глубине его души. Что-то, давно задвинутое им на самые задворки сознания и там забытое. Оттаивало с болью, похожей на ту, которую он испытал в детстве, когда его, свалившегося зимой в овраг, отыскали и принесли в тёплое помещение, и когда стали гореть его задубевшие на морозе пальцы. Но, оттаяв, заставляло его жить и чувствовать с такой силой, что этот уже привычный и знакомый ему мир вдруг заиграл всем спектром своих ярких красок.
Он наслаждался их отношениями и старался гнать от себя мрачные мысли о том, что это первые сильные чувства Ульяны, и она ещё не успела повзрослеть, чтобы принять осознанное решение остаться с ним. И что однажды она предпочтёт ему парня ближе ей по возрасту. В то время как к Андрею приходило понимание, насколько эта девушка стала ему необходима. Он понял это с неимоверной ясностью, когда она сбежала от него, и он месяц топил в работе свою тоску по ней.
Несмотря на их интенсивную интимную жизнь, новость о беременности стала для него неожиданной. Конечно, Стогов понимал, что рано или поздно между ним и Ульяной возникнет вопрос о создании семьи и о ребенке. Но этот момент казался ему призрачным и далёким. Во всяком случае, он считал, что у него есть ещё несколько лет, пока она закончит учиться.
В первое мгновение ему захотелось, чтобы это была ошибка, а когда подтвердилось, что Ульяна беременна — вернуть, отыграть всё назад, чтобы следовать намеченному плану.
Сейчас, когда она ушла, бросив ему в лицо обвинение, что он не сдержал своего обещания и обидел её, он снова и снова мысленно возвращался к их последнему разговору.
Он со стыдом вспоминал, как обвинил её в неверности. Но он успел достаточно хорошо узнать её, чтобы понять: она тоже переживала их разрыв и была не из тех, кто при первой же возможности скачет по чужим постелям.
«Я же знаю, что это мой ребёнок, — размышлял он снова и снова. — Тогда почему? Что вызвало во мне этот иррациональный всплеск негативных эмоций?»
Он мог бы списать этот всплеск на давнюю психологическую травму, связанную с тем, что его в юности обманула любимая девушка. Мог бы объяснить это тем, что не готов довериться снова. Но он никогда не лгал самому себе.
Неприглядная же правда была в том, что его мотивы были сугубо эгоистичны. Было легко и приятно любить молодую девушку, наслаждаться её юным телом, её ласками и восхищённым вниманием, заботиться о ней — и вместе с тем не быть обременённым обязательствами. Будучи взрослым мужчиной, он вполне отдавал себе отчёт, что их комфорт и удовольствие закончатся с появлением между ними третьего — маленького человека, который потребует ответственности, заботы и внимания. Перспективы семьи, которые он обрисовал Ульяне, не устраивали не её, а его. Андрей не хотел менять свой привычный и комфортный для него образ жизни и хотел продлить его как можно дольше.
Ульяна тоже это поняла. Не поверила в его красивые и такие, вроде бы, правильные слова, продиктованные якобы его заботой о ней. В его памяти снова и снова всплывали её полные разочарования глаза. Он подвёл её, и в этом тоже была неприглядная правда.
Она же отказалась жертвовать собой и их ребёнком в угоду его, Андрея, комфорту. Малыш для неё оказался важнее всех удовольствий и беззаботного существования.
Одолеваемый в очередной раз такими раздумьями, он заехал к Новицким забрать необходимые ему документы.
— О, Стогов! Привет! — позвала его лениво покачивающаяся в тени на садовых качелях Лариса, едва он зашёл к ним во двор. Рядом в коляске мирно посапывала юная наследница Новицких. — Я тут недавно встретила Ульяну. Она сказала, вы с ней расстались.
— Лара! — предостерегающий окрик Игоря раздался одновременно с резким ответом Андрея: