Не обмани меня (СИ)

— «У русалки чарующий взгляд,
У русалки печальные очи», * — голос Оксаны мягко вклинивается в мои мысли.
— Что? — спрашиваю рассеянно.
— Ты мне скажи: что? Что с тобой происходит? Ты, кстати, уже полчаса тупо пялишься в одну страницу. Чай будешь? Я наливаю! — соседка ставит на стол две чашки и кладет два чайных пакетика.
Я недоуменно смотрю на лежащий у меня на коленях учебник.
  
— Оксан, а бывает так, что первый раз с мужчиной — и нет никаких следов?
— Вообще, бывает иногда, — пожимает плечами.
— А мужчины об этом знают?
— Теоретически, знают, конечно. Но на практике вряд ли кто-то из них поверит в таком случае, что он первый.
Я грустно вздыхаю. Оксана окидывает меня внимательным взглядом и едва заметно сощуривается, поглаживая костяшками пальцев подбородок:
— Слушай, твой Андрей — он не из тех, кто связывается с девственницами. Я вообще удивилась, что он стал с тобой встречаться. Так что, возможно, ты у него первая такая. И если всё так, как ты говоришь — я думаю, он не поверит, извини.
— Нужно было не говорить ему, — бормочу удрученно. — Если бы знать заранее!
— Ну, бывает, — замечает философски соседка. — Не у всех первый опыт удачный. Иди за стол.
— Бывает… — снова вздыхаю, сползаю с кровати и присоединяюсь к ней.
— Вы что, разбежались? Из-за этого? — догадывается Оксана. — Да и забей! С такой разницей в возрасте вряд ли бы у вас что-то вышло. Просто опыт. Встретишь нормального парня. Тем более, ты теперь женщина искушённая, — поддевает с ухмылкой.
Но «забить» не получается. День за днем прокручиваю в голове то злосчастное утро. Пытаюсь понять поведение Андрея, мучаюсь вопросами, на которые не нахожу ответа.
Почему мой первый мужчина, первый, кому я по-настоящему доверилась, кто несколько месяцев терпеливо добивался близости со мной, решил так просто отказаться от меня?
Потому что я его интересовала только как девственница, а доказательств этому он не получил? Или потому, что он считает меня обманщицей? Восьмой круг Дантова ада, вспоминаю я. Предпоследний из смертных грехов. Но у меня не было других мужчин. Почему он этого не понял? Или понял, а это просто повод от меня избавиться? Но я же видела тепло, восхищение в его глазах! Его поступки говорили, что я ему небезразлична. Тогда почему? Неужели всё должно на этом закончиться?
В конце концов, окончательно измучив себя мыслями о случившемся, я решаю, что мне нужно с ним поговорить. Если между нами всё — пусть объяснит и скажет прямо, чтобы поставить точку. Мне нужно это услышать от него, чтобы я больше ничего не ждала и ни на что не надеялась.
На следующий день я несколько раз безуспешно пытаюсь ему дозвониться. В обед Андрей перезванивает сам.
— Ульяна, у меня твои пропущенные вызовы, — слышу его бархатный голос, и моё дыхание сбивается, глупое сердечко ускоряет ритм, а рука с мобильником начинает предательски подрагивать.
— Привет, — выдаю сдавленно.
— Привет, — пауза. Он ждёт.
Собираюсь с мыслями:
— Мне нужно поговорить с тобой. Ты не мог бы подъехать сегодня к общежитию?
Новая пауза, хотя и длится всего несколько секунд, наотмашь бьёт по натянутым нервам. «А вдруг он сейчас откажет?» — проносится в голове.
— Я подъеду, — соглашается Стогов. — В восемь вечера нормально?
— Да, в восемь. Спасибо.
Всё оставшееся до встречи время я как на иголках. Пытаюсь подобрать слова, думаю, что я ему скажу. Смотрю в зеркало на своё бледное лицо. Не хочу, чтобы он видел меня такой, чтобы понял, насколько меня задело его отношение и как тяжело для меня прошли эти дни без него. Замазываю тональным кремом темные круги под глазами, подвожу стрелки и подкрашиваю ресницы, даже накладываю немного румян.
Вечером накидываю куртку и с бьющимся сердцем спускаюсь во двор. Нахожу глазами припаркованную серую тойоту со знакомыми номерами и направляюсь к ней. Тело охватывает лёгкая дрожь то ли от пробирающего мороза, то ли от осознания того, что, возможно, это наша с Андреем последняя встреча.
Сажусь к нему в машину, и меня тут же мягко окутывает будоражащий аромат его туалетной воды, смешанный с его родным запахом. Смотрю на моего первого мужчину и понимаю, что влюблена в него по уши, что до боли хочу оказаться в его тёплых объятиях и что если сейчас конец, то это ударит по мне гораздо сильнее, чем я себе представляла.
— Поедем в кафе? — предлагает Стогов. По его бесстрастному выражению лица невозможно понять, о чём он думает.
— Нет, не надо. Давай здесь. Я не задержу надолго, — отвожу глаза и опускаю вниз, на свои сцепленные в крепкий замок пальцы рук.
Всё, что я репетировала про себя, что и как я ему скажу, вылетает у меня из головы, и я начинаю сбивчиво объяснять, зачем его позвала.
— Мы тогда так расстались с тобой… и ты больше не звонил и не приезжал… Я просто хочу понять… Ну… то есть… если это всё, между нами… всё закончилось… то я бы хотела услышать это от тебя прямо, — договариваю уже увереннее и поворачиваю голову, чтобы взглянуть на него. И замираю. Потому что он смотрит на меня, смотрит с усталой улыбкой и с такой щемящей нежностью.
— Ничего между нами не закончилось, — мягко произносит мужчина, — Я был не прав. Я не должен был так оставлять тебя.
— Но ты же пропал, не звонил, — возражаю с обидой. — Я подумала, что ты решил отказаться от меня. Из — за того, что…
— Это неважно, — тихо прерывает меня Андрей. — Всё, что было у тебя до меня — всё это неважно. Важно только то, что между нами сейчас. И что ты сейчас со мной. Понимаешь?
— Да, — шепчу внезапно пересохшими губами.
— Иди ко мне, — он притягивает меня к себе, обнимает, целует в висок. И словно железная цепь, все эти дни сковывающая и мешающая свободно дышать, вдруг лопается и позволяет мне вздохнуть полной грудью, легко и свободно. Наконец-то я там, где мне так необходимо было оказаться. Я утыкаюсь в его шею, и мне так хорошо, и спокойно, и правильно.
Андрей зарывается ладонью в мои волосы.
— Ты знаешь, — произносит задумчиво, — я же всё время думаю о тебе, всё время.
Признание мужчины звучит так, словно он и сам поражён сказанным. Его слова согревают меня, растекаются теплом по венам.
Стогов отстраняется и смотрит мне в глаза.
— Завтра у меня суд в другом городе. Я хотел приехать к тебе в субботу. Но раз ты здесь, поедем ко мне сейчас?
Я соглашаюсь. Мне так его не хватало! Мне важно, чтобы он знал, что он первый, и я всё же надеюсь, что, в конце концов, он это поймет. Но всё это потом. Сейчас я просто хочу быть с ним. Я изголодалась по нему. Поразительно! Когда я успела так увязнуть в нём?
Андрей.
Рабочие будни после новогодних праздников выдались у него насыщенными и суматошными. Первый день он провёл в судебном заседании, а вечером уже летел в Питер. Там на таможне застрял груз фирмы, которая находилась у Андрея на адвокатском обслуживании. Задержка груза стоимостью в несколько десятков миллионов рублей грозила срывами контрактов и выплатой большой неустойки. Чтобы разобраться с таможенниками, пришлось провозиться в северной столице почти две недели.
Единственным приятным моментом от этой длительной командировки стала встреча на выходных с его однокурсником Павлом Литвиновым, старшим братом Влада, за которым присматривал Андрей. Павел прижился в городе белых ночей, женился, взял квартиру в ипотеку, завёл двоих детей и имел довольно успешную адвокатскую практику.
Пропустив в баре по рюмочке коньяка, они с другом вспомнили студенческие годы и душевно поговорили «за жизнь», а после тот настоял, чтобы Стогов заехал к нему.
Дома у Литвиновых Андрея встретила немного растрёпанная и усталая жена Павла и оглушающий детский визг с хохотом и топотом маленьких ног — женщина загоняла детей купаться и спать. Несмотря на некоторый беспорядок и разбросанные по квартире игрушки, супруги выглядели счастливыми. Павел нежно обнял жену, когда она, уложив малышей, пришла к ним в кухню и присоединилась к чаепитию.