Хрустальная принцесса и дракон (СИ)
Наверное, мне послышался тихий смех. Но вот то, что он крепче прижал меня к себе, а рука сильно сжала мою ягодицу, уж точно мне не почудилось.
- Я не ошибся – ты делаешь мне предложение?
И в тот же миг перевернул меня на спину. Когда это мы успели оказаться на берегу? Он что же, плыл, пока я на нем спала?
- Пф-ф-ф-ф, вот еще!
Но его губы уже накрыли мои. Пальцы бесцеремонно ласкали мою грудь, даря мне такие новые и сладостные ощущения. Поддавшись древнему, как мир инстинкту, я обвила ногами его талию.
Выгнулась навстречу ему, словно кошка, ощутив, как рука его стягивает с меня трусишки.
А, будь, что будет! Чем бы этот день ни закончился, я ни о чем жалеть не буду! Я, повторяя за ним, потянула вниз резинку его плавок. Правда, отсутствие опыта в этом деле чуть все не испортило. Особенно когда, не удержав ту самую резинку, я отпустила ее. И она с громким шлепком опустилась на его кожу.
Он изумленно оторвался от моих губ. Палец, поглаживавший меня там, внизу, вдруг замер.
- Прости, детка. Ты права. Еще рано.
Пока он, со стоном опустившись на меня и буквально расплющив на мокром песке, приходил в себя, при этом громко сопя мне в ухо, я возмущенно смотрела поверх его плеча.
Я же случайно! И ничего такого ввиду не имела! И вовсе я не против потерять с ним свою девственность. Вот ни капельки не против!
Совершенно разочаровав, Артон скатился с меня. Не глядя на меня и не оборачиваясь, пошел в глубь острова.
А я осталась лежать на берегу, подставив заходящему ласковому солнцу свое разгоряченное обнаженное тело. Ну, пипец! Вот расскажи кому, ведь засмеют!
Неловко встав, обнаружила свои трусики и бюстгальтер лежащими на сухом песке. Скажит-т-те пожалуйста, какая забота!
Слезы обиды обожгли мои глаза. Не желая позориться перед ним еще больше, я поспешно зашла в воду и смыла с себя налипший песок. Шаловливые волны, будто дразнясь, щекотали неудовлетворенное лоно и возбужденную грудь.
Оглянувшись по сторонам и убедившись, что мужчина еще не вернулся, я вышла из воды. Оделась и села на влажном песке, опустив в воду ступни.
Мне казалось, что просидела так целую вечность. Как посмотреть ему в глаза, когда он появится? Все, жду еще две минутки и отправляюсь вплавь домой. В смысле, к замку.
Но прошло целых пять минут, а я все так же, обняв руками колени, сидела и ждала его.
И дождалась.
Усевшись за моей спиной, подтянул меня к себе. Опершись спиной на его грудь, положив руки на его бедра, сидела, прислонившись к нему, будто в кресле.
Он молча протянул мне очищенный фрукт. Так же молча, не зная, что сказать, я взяла его и откусила кусочек.
Горький комок подкатил к самому моему горлу. Я часто моргала, пытаясь удержать слезы обиды.
Громко чмокнув меня в макушку, мужчина сказал:
- Передай каждому, кто посмеет приблизиться к тебе: убью. Ты – моя. Только моя!
Слезы тотчас высохли. Губы сами растянулись в улыбке. А в душе расцветал цветок.
Артон. Какое же, все таки, красивое у него имя!
***
Путь к замку занял у меня намного меньше времени. А все потому, что проделала я его на спине у дракона.
Змеище опустил меня прямо на берегу, там, где я оставила свои вещи. А сам улетел к огромной темной горе, вершиной исчезавшей в облаках.
Все дело в том, что пролетая мимо нее, мы услышали далекий рев, отдаленно напоминавший раскатистый гром. А затем с вершины скалы с рокотом сорвались огромные каменные глыбы. Даже представить себе было страшно, что было бы, если бы в это время мы плыли мимо этой самой горы.
Мой дракон явно обеспокоился. Сначала он замер, пристально вглядываясь в облака и прислушиваясь к шуму, доносившемуся сквозь неприветливый камень. По всему было видно, что ему очень хотелось устремиться к вершине и посмотреть лично, что же там происходит.
Но имея такую удалую наездницу на спине, я имею ввиду себя, конечно, он передумал. И лишь после того, как я оказалась на берегу, он не тратя даром время на объяснения, отправился назад. Вскоре к нему в воздухе присоединилось еще несколько черных ящеров. Одного из них я тотчас узнала – это был мой дедушка.
Обеспокоенная происходящим, я припустила по ступеням.
У края террасы, облокотившись на перила, стояли три женщины.
В отличии от растрепанных Лизы и Ирьяты, Сюзанна была идеально причесана и одета.
- Странные у тебя родственнички, - тихо, так, чтобы не слышали Ирьята и Сюзанна, прошептала Лиза.
- Почему это? – так же тихо спросила я, в глубине души полностью с ней соглашаясь.
Семья у меня и правда не совсем обычная.
- Нет, чтобы переживать, что тебя может камнем приложить, - она показала в направлении воронки, все еще крутившейся в океане в том месте, куда упал осколок скалы, - так они переживают, цел ли остался какой-то там вход.
И правда, странно. Вот это как раз на моего деда было не похоже. Он обязательно озаботился бы судьбой своей любимой внучки. Или может, он знал, что я "купалась" не одна.
Хорошо, что все были заняты, пристально наблюдая за исчезающими в облаках драконами. А то мне пришлось бы объяснять причину внезапно залившего мое лицо, шею, грудь румянца. Мне казалось, что от смущения даже кончики пальцев на руках и ногах закололо.
Немного помолчав и успокоившись, я спросила Лизу:
- Как полетала? Учитель понравился?
- Мугу. Старый пердун. Еле догнал меня.
- Зато как вовремя догнал, - язвительно заметила Сюзанна, - а то пришлось бы нашему Артону новую башню возводить.
Ирьята лишь улыбнулась на это замечание. А вот Лиза невозмутимо снизала плечами:
- Я просто хотела срезать путь. И залететь прямо в комнату.
- Ага, все так и подумали. Правда, комнату со смотровой башней спутала. А так, все именно так и было…
Желчь сочилась из каждого Сюзаниного слова. Мне было совершенно очевидно, что Лизу она невзлюбила с первого взгляда.
Желая перевести разговор в другое русло и радуясь, что о моих приключениях, кажется, никто не узнал, я спросила, обращаясь к Ирьяте:
- Почему они так встревожились? Там что, может вулкан проснуться?
- Хуже, детка, хуже. Возможно, это просто кусок скалы откололся. А возможно, и проклятый дракон проснулся.
- Какой еще проклятый дракон?
- Есть такая легенда.
- Много тысячелетий тому назад, когда еще был жив древний прародитель драконов, когда драконы были размером и мощью раза в два больше ныне живущих, случилась такая история. Один из древних драконов покусился на честь истинной одного из сыновей прародителя. Он заточил ее в этой скале, и сам поселился там вместе с нею.
Ирьята показала рукой на скалу, все еще сотрясаемую от рокота, зародившегося внутри нее.
- Гора была столь высокой и неприступной, а камень таким прочным и несокрушимым, что никому так и не удалось ни вызволить несчастную, ни наказать обидчика. Впавший в отчаяние сын прародителя, потерявший свою истинную и каждую ночь слышавший ее плачь и стоны, не выдержал. От горя он превратился в камень. Слезы, пролитые этим окаменевшим драконом, затопили часть прекрасной равнины и превратили ее в океан, на берегу которого мы сейчас и стоим. И тогда прародитель драконов проклял обидчика и все его потомство. В тот момент, когда юный дракон достигал своего совершеннолетия, он превращался в камень. Точно так же, как и сын прародителя. А укравший чужую невесту дракон видел, как каменеют его дети и страдал так же, как и разгневанный горем прародитель.
И вот, когда превратился в камень двенадцатый юный дракон, обидчик со слезами и покаянием приполз к прародителю. Он умолял пощадить его детей и подарить им жизнь.
Прародитель драконов был беспощаден. Но все же смилостивился. В обмен на жизнь обидчика и свободу заточенной в скале женщины, он подарил двенадцати юным драконам шанс на жизнь.