Мой (СИ)

На этот раз я не подавилась. Нет. Наоборот. Едва ли не залпом выпила кружку пива в поллитра.
В голове царил раздрай. Словно небо и земля местами поменялись.
Что он вообще сказал?
Его девушка? Его? Серьёзно? А может, мне просто привиделось?
Наверное, последнее куда вернее, ибо не мог Артём сказать чего-то подобного. Никак не мог. Не после того, как столько раз отшивал меня.
Или я чего-то просто не понимаю?
— Девушка, можно мне повторить, — попросила нервно пробегающую мимо официантку, что обслуживала наш столик.
Та в ответ кивнула и убежала дальше по своим делам.
— Хорошенькая, — между тем оценивали меня друзья Акимова.
Я же хотела сбежать, уйти, накричать на своего "парня". Сделать, что угодно, лишь бы эти чувства непонимания, неприятия и надежды не душили меня так сильно. И в то же время, уходить не хотелось. Вдруг, как только мы уйдём от его друзей, всё это закончится? Банальная игра?
"Брось, Добровольская, ты прекрасно знаешь, что Артём таким бы никогда не стал шутить", — прошептало вредное сознание.
То есть не пошутил…
Кажется, моя личная внутренняя Вселенная только что получила разрыв материи. Так как мне всё равно не верилось. И вообще…
Что за игру затеял этот… физрук?!
Издевается он так, что ли?
Сперва гонит. Потом привечает. Потом снова гонит. А теперь…
Ещё бы предложение руки и сердца сделал!
И вот зря я об этом подумала…
Очень-очень зря…
— Неужто жениться надумал? — поинтересовался Александр, с весельем глядя на меня.
Пришлось приложить немало усилий, чтобы удержать лицо.
Нет, они надо мной сегодня все издеваются!
Сперва Тимур, затем сам Артём, после родители и теперь вот друзья Акимова.
Определённо, близится конец света.
— Всё может быть, — ушёл от прямого ответа тем временем мой спутник.
И вот с одной стороны я порадовалась ответу, а с другой… сознание затопило разочарование. Нет, к настолько серьёзному шагу я готова точно не была, но при этом мне до безумия хотелось привязать Артёма к себе, как можно крепче. В общем, растерялась я от собственной неопределённости.
В отличие от меня, спутники приняли ответ, как нечто само собой разумеющееся. Более того, ещё и пить принялись за наше здоровье. Я слушала вполуха. Мне всё это казалось чем-то отдалённым и ненастоящим. А вот воображение принялось рисовать ту самую пресловутую свадьбу. Мою и Артёма.
Кажется, грань моего окончательного помешательства близка как никогда.
— Ты чего какая тихая? — поинтересовался Артём на ухо.
От его горячего дыхания по телу побежали мурашки. Даже зажмурилась от удовольствия, в желании продлить эти ощущения.
— Лина, — понизил голос мужчина, прижав меня ближе к себе. — Испугалась напора этих балбесов? Не обращай внимания на них.
А у меня в голове на повторе продолжал звучать его хриплый голос. И это его "Лина"… Моё имя никто и никогда так не сокращал. И мне это, надо сказать, понравилось. Тем более, в исполнении Акимова это прозвучало настолько ласково и соблазнительно, что я едва не позабыла, о чём речь. Вот и поспешила продолжить разговор:
— То есть свадьбы не будет?
Сперва ляпнула свой вопрос и только потом поняла, что именно. Но не забирать же свои слова обратно?
— А ты уже замуж за меня собралась? — парировал со смешком тот.
Вот теперь я не растерялась, а смутилась. И покраснела. И лицо опустила, пряча пунцовые щёки за завесой волос.
Вот не мог промолчать!
— Нет, — отозвалась поспешно и громче положенного, чем привлекла внимание друзей Акимова и отдыхающих за соседним столом.
Разом стало не просто не по себе а захотелось слезть с колен Артёма. Да только свободного стула нигде не наблюдалось.
— Что — нет? — тут же полюбопытствовал Семён.
— Ничего, — пробурчала я, снова краснея.
— Она отказалась за меня выходить, парни, — удручённо вздохнул Акимов. — Вот так всегда, только найдёшь ту единственную, а оказывается…
— Галина, ну что ж вы так категорично? — "расстроились" его друзья. — Артём у нас не так плох, как может показаться. Даже наоборот. Мастер спорта международного класса, между прочим.
 
Моё смущение тут же отошло на второй план, сменившись изумлением.
— Серьёзно? — обернулась к своему спутнику.
И впервые увидела, как тот смущается. На мой вопрос он просто пожал плечами и продолжил с увлечением пить пиво, осматривая зал бара.
— Правда-правда, — покивал Мстислав.
— Это было давно и неправда, — наконец, прокомментировал это сам Артём. — И закончилось травмой.
— И вторым местом, — как бы между прочим отметил Семён. — С закрытым переломом продолжил участвовать в соревнованиях. Никто даже не знал, пока не закончился турнир. Это было круто! Попроси своего парня показать тебе запись. У него есть, — сдал друга.
Конечно же, я тут же захотела посмотреть обсуждаемое.
— Не стоит, — неожиданно грубо отозвался Акимов.
Поднялся на ноги вместе со мной, усадил меня обратно на стул уже один, а сам направился к выходу.
— Я сейчас вернусь, — только и сказал он мне едва слышно на ухо.
— Хорошо, — произнесла растерянно ему вслед.
Я никогда не пойму его, наверное. Вот да.
— Его специально скосили. Сербы. Если б не удар по ноге, Тёмыч бы занял первое место. Впрочем, второе место всё равно осталось за ним.
— Зря вы напомнили ему, — подал голос молчавший до этого Александр. — Тёмыч не любит вспоминать о том своём провале.
— Провале? Все бы так проваливались, — хмыкнул Мстислав, поднимаясь со своего места. — Пойду, тоже прогуляюсь.
Я осталась с двумя друзьями Артёма, который почему-то не спешил возвращаться.
Вот я и тоже поспешила отойти. А то уж слишком много любопытства читалось на лицах этих двоих. Ну их.
Мне повезло, в туалете никого не оказалось. Или не очень повезло. Тут с какой стороны посмотреть. Просто на выходе из уборной я заметила выходящего на улицу Акимова в сопровождении Александра. Чуть подумав, поспешила за ними. Правда, у двери пришлось замереть. Разговор шёл обо мне.
Знаю, что подслушивать нехорошо, но мне просто жизненно необходимо было узнать, что происходит. Уж слишком резкая перемена со стороны Артёма. И я не знала, как на это всё реагировать. Тем более, дверь открывалась бесшумно, что грех было не воспользоваться подвернувшейся возможностью.
— Ученица? Шутишь? — шокированным голосом уточнил Александр, стоя спиной ко входу. — И сколько ей?
— Десятый класс, — безэмоционально ответил на это Артём, которого мне не было видно.
Воцарилось продолжительное молчание. Я же за это время едва себя не выдала, когда до меня донёсся запах табака. Пришлось дышать ртом, чтобы не задохнуться и не сбежать отсюда.
— Мужик, я, конечно, понимаю, девочка хорошенькая, молоденькая, но, млин…
Кажется, друг Артёма был против моей персоны в качестве девушки того.
— Сань, ты так говоришь, будто я с ней собрался в любовь играть, — укорил его Акимов.
Сердце полоснуло болью. Такой привычной, что я уже даже почти не обратила на неё внимания.
— А нет? Или думаешь, мы все такие дебилы и не поняли, что ты влип с этой куклой малолетней, которая только сама недавно в тех самых кукол перестала играть? Тебе ровесниц мало?
Учитывая, что иной раз они не по одной к нему приходят, по-видимому, мало…
— Да нет у меня с ней никаких отношений, — устало вздохнул Артём. — Ты верно заметил: малолетка она. Хотя честно сказать слабо представляю себе её играющей в куклы. Скорее, с пультом от вертолёта.
В голосе Акимова послышалась нежность, а у меня сердце на этот раз радостный кульбит сделало, услышав такую интонацию.
— М-да… — протянул Александр. — И что? Серьёзно собрался строить с ней отношения?
— Не знаю. Но и быть вдали от неё не получается. Чем больше увеличиваю дистанцию между нами, тем глубже увязаю во всей этой хрени, — устало вздохнул Акимов.