Фолиант смерти
Значит, ценность книги в другом…
Вот только в чем?
По идее, меньше знаешь – крепче спишь… Но все-таки жутко интересно, за что же ему заплатили авансом две сотни дугов и пообещали в четыре раза больше по завершении операции?
Вор прикрыл глаза, глубоко вздохнул. Выдохнул. Снова потянулся к кружке.
Нет, это невыносимо! Необходимо как следует отдохнуть, а потом уже со всем разобраться… Или нет?
Нет, конечно, прежде всего нужно доставить заказ.
Взгляд его упал на лестницу, ведущую на второй этаж.
Так что, заказ?
И снова – нет.
Прежде всего нужно заглянуть именно туда.
Он вспомнил их последний раз с Мартой и во что он вылился: сломанная кровать и лишние двадцать дугов в карман хапуги Хью.
Но, черт побери, ночь с этой девкой того стоила!
Залпом выпив остатки пива, Змей грохнул кружкой о стойку, вытащил из кармана горстку дугов и бросил их трактирщику.
Тот ловко поймал монеты и, прищурившись, осведомился:
– Пошел, значит?
– Угу, – бросил вор, залпом допил пиво и поднялся с табурета.
– Ну-ну, привет Марте! – хохотнул Хью.
– Угу…
«Комната для гостей», так ее называл трактирщик. Второй этаж, первая дверь направо.
Не заперто.
Ка-а-акой сюрприз…
Марта лежала на кровати, подперев голову рукой. Из одежды на ней была одна только полупрозрачная блузка.
Заслышав скрип дверных петель, она встрепенулась.
– Это ты, мой герой… – улыбнулась она, когда Змей переступил порог.
– Да, да, он самый, – пробормотал Гэт, походя расстегивая куртку.
Марта ухмыльнулась, медленно села, через голову стянула блузку и бросила ее на пол.
– Возьми меня! – воскликнула она страстно. – Возьми меня, герой!
Змей слабо улыбнулся.
Он неожиданно почувствовал странную слабость. Закружилась голова, мысли стали путаться, руки и ноги словно обратились в вату.
Он покачнулся, едва не упал, благо, вовремя успел схватиться за спинку кровати.
– Что с тобой? – испуганно спросила Марта.
– Все… в порядке… – промямлил Гэт.
Язык с трудом шевелился во рту.
Что с ним такое?
Ноги подкосились, и вор упал на пол, прочесал щекой по дорогому трагскому ковру и замер.
– Гэт? – осторожно позвала парня девушка.
Змей лежал без движения. Изо рта его на ковер капала слюна. Глаза были закрыты.
– Гэт! – заорала Марта. – Гэт!!!
В комнату вбежал Хью с двумя вышибалами – Джебом и Бартом.
Девушка вскочила с кровати и, отчаянно жестикулируя, затараторила:
– Дядя Хью, он зашел, я лежу, а он пошел, а я… а потом…
Трактирщик некоторое время стоял, хмуро глядя на испуганную официантку, а потом влепил ей звонкую пощечину.
Девушка упала рядом со Змеем. Подняв полные ужаса и удивления глаза на Хью, Марта прошептала:
– За… за… что, дядя?..
По ее щекам бежали крупные слезы.
– Джеб! Барт! – воскликнул трактирщик, не обращая внимания на плачущую официантку.
– А? – отозвался светловолосый Барт, быстро переключив внимание с Марты на дядю.
– Хватит на сиськи пялиться! – рявкнул Хью. – Вы что, не видите – она клиента убила!
Лица верзил вытянулись, а Марта так и замерла с открытым ртом.
– Что опять непонятно?! – Трактирщик в негодовании топнул ногой. – Я что, шепелявый?!
Джеб и Барт виновато опустили головы.
– Нет, дядя, – пробормотал Барт. – Мы поняли. Она убила клиента.
Джеб согласно кивнул, встряхнув темной гривой.
Хью обратил взгляд к потолку, глубоко вдохнул, выдохнул. Сказал, уже тише:
– Сучку – на задний двор, заройте там, но чтоб никто не видел! – Он поднял вверх указательный палец правой руки и грозно сдвинул брови. – А то и так о нашем трактире всякое говорят, не хватало еще, чтобы до Ордена об этом жмуре слух дошел.
– Но, дядя… – попыталась вклиниться в разговор бледная Марта.
– Заткнись! – рявкнул трактирщик.
– А клиента? – спросил Барт.
– Что клиента? – не понял Хью. – А! Ну и его туда же. Только по-тихому! Иначе будете до конца жизни на меня за хлебную корку работать!
Вышибалы испуганно закивали, подхватили официантку и потащили ее к дверям. Девушка не сопротивлялась; словно кукла, повисла она в руках своих палачей, низко опустив голову.
Только слезы двумя крохотными ручейками струились вниз по лицу.
Но Хью было абсолютно наплевать, что чувствовала девушка в тот момент. Он даже не глянул в ее сторону – все стоял и смотрел на тело Змея. Стоял до тех пор, покуда не остался в комнате один.
Когда шаги на лестнице стихли, трактирщик, словно степной падальщик, метнулся к убитому и принялся искать.
Что он искал?
Конечно же, книгу.
Поиски не заняли много времени: сверток вор непредусмотрительно носил во внутреннем кармане куртки. Хью пролистал увесистый томик, дабы убедиться, что он тот самый, после чего зачем-то огляделся по сторонам, будто опасался слежки, и, вновь завернув книгу в бумагу, встал.
Заказчик ждал внизу.
Трактирщик оглядел комнату, глянул в зеркало и подмигнул своему отражению – мол, все отлично, лучше и быть не могло.
После чего Хью взялся за дверную ручку и потянул ее на себя.
Что случилось дальше, старый прохвост помнил плохо.
Стоило двери открыться, как что-то ударило его в висок, и трактирщик потерял сознание.
* * *Клячи все-таки сдюжили, и к ночи кибитка въехала в Сартон.
Не мудрствуя лукаво, художник и гоблин решили поселиться в трактире «Пьяный шут» – цены на жилье тут были вполне приемлемыми, а за ужин с них взяли всего пару монет.
По окончании трапезы спутники не стали задерживаться в общем зале. Джейсон устал с дороги и собирался лечь спать пораньше. Гоблин, разумеется, возражать не стал и отправился следом.
Комнаты в трактире были вполне приличные. К примеру, в этой даже имелся ковер на полу и пара картин на стенах.
– Ну и мазня, – хмыкнул Джейсон, разглядывая пейзаж, изображающий лес.
– Ты будто ждал, что хозяин развесит тут картины настоящих мастеров, – рассмеялся Ларри. – Да пусть хоть что-то висит, все лучше серых стен!
– Твоя правда, – кивнул художник и, бросив последний взгляд на картину, прыгнул на кровать.
Мебель жалобно скрипнула, как бы предупреждая, что Джейсону стоит быть поаккуратней, а то спать придется прямо на полу.
– Боже, какое блаженство… – пробормотал художник, прикрыв глаза. – Мягкая перина после холодной и твердой земли – настоящий подарок судьбы! Мне кажется, если я засну, просплю целую неделю!
– Не проспишь, – покачал головой Ларри. – Хозяин не даст – придет завтра и либо выгонит, либо еще денег сдерет.
Художник резко сел.
– А денег у нас и нет… – сказал он грустно. – Хватит, чтоб еще пару дней с голоду не помереть… и то – если мы с завтрашнего дня будем спать в подворотне, а не здесь.
– Я попробую завтра устроиться куда-нибудь, – заметил гоблин. – Не думай об этом! Главное – рисуй…
Джейсон сморщился, будто от зубной боли.
– Ларри, друг, никогда не говори так больше, – попросил он. – Художник не рисует, он пишет.
– Хорошо, не буду. Я не знал просто.
– Понимаю… Поэтому не сержусь, просто прошу запомнить.
– Договорились.
Джейсон снова лег.
– Вот какой он, Сартон… – с придыханием молвил он. – Большой, живой город. Самое подходящее место для человека, который хочет достичь в этой жизни все, что душе угодно!
Гоблин молча кивнул.
– Слушай, Ларри. – Художник повернулся на бок и посмотрел на спутника. – А у тебя есть мечта?
– Мечта? – растерялся коротышка.
– Ну да, мечта. Настоящая, чистая… Твоя мечта.
– Я даже не знаю… Наверное, нет. Я слишком мало прожил – всего семь лет. Конечно, гоблины к этому времени уже достигают зрелости… но чтобы мечтать о чем-то, думаю, нужно гораздо больше.
– Мечта вряд ли зависит от возраста, – возразил Джейсон.
– Может, и так… Но я слишком мало видел, поэтому и не знаю, наверное, чего хочу больше всего на свете. Да и не задумывался еще совсем о чем-то глобальном.