Солотчинский призрак (СИ)

– Хотя, должен отметить, что в жизни все бывает. Не всегда все только материальными интересами определяется, есть еще такие мотивы, как ненависть, месть, ревность. Ладно, поехали в монастырь тело осматривать.
В монастыре отца Сергия положили в ризницу. Убитый лежал на столе, нож уже успели извлечь, он лежал рядом. Испуганные монахи толпились у входа.
Врач осмотрел тело и поведал:
– Удар нанесен сзади, удар был один, достаточно сильный. Нож явно пробил легкое. Он умер от внутреннего кровоизлияния. Некоторое время он еще жил, но недолго. С такими ранениями долго не живут.
– Доктор, это похоже на то, что было в случае с гувернером Ведровым? – уточнил Зазнаев, хотя был почти уверен в ответе.
– Да, очень похоже. Могу предположить, что человек был высоким.
– Могла такой удар нанести женщина? – вопрос был задан на всякий случай, просто чтобы убедиться в собственной правоте. Следователь был уверен, что услышит твердое «нет». Однако ответ медика оказался не таким однозначным:
– Ну, как Вам сказать. Я не могу представить, чтобы удар нанесла худенькая и слабенькая гимназистка, но в деревнях мне встречались бабы, которые не просто могли на плечах перенести два огромных ведра с водой, но даже согнуть в руках кочергу. Как, помните, у поэта: «Есть женщины в русских селеньях!».
– Помню.
– Вот, вот. Поэтому нельзя полностью исключить, что женщина не могла нанести такой удар. Но она должна быть высокой и сильной.
Зазнаев невольно вспомнил записи из дневника Вернова. Те самые странички, которые были посвящены Агафье: «Баба она очень крепкая во всех отношениях. Нервы как у опытного солдата, сама курам голову рубит, даже поросят режет, а тут еще и физическая сила нужна, так ей ее не занимать. Видел сам однажды, как она погнутую ложку выправила. Вот интересно, а может она подкову согнуть? Бывают женщины на Руси!».
– Доктор, а нам бы какую-нибудь наметку на время нападения, – попросил Железманов. – Понятно, что время смерти мы и так знаем, он умер у меня на руках, это было примерно в 10 часов утра. А вот, как Вы думаете, он с таким ранением долго мог жить?
– Рана глубокая, задеты жизненно важные органы, поэтому, мне кажется, что примерно полчаса, ну максимум час, – чуть подумав, ответил медик.
– Значит, нападение имело место между 9 и 9.30, – подытожил Зазнаев.
Выслушав мнение врача, вышли на свежий воздух. Духовная братия продолжала стоять рядом. Следователь обратился к настоятелю:
– У Вас нет никаких предположений, кто мог убить отца Сергия?
– Нет.
– Он ни с кем не ругался, не ссорился в последнее время?
– Нет, он был очень спокойным и кротким человеком.
– А долго он в монастыре?
– Уж года четыре как. А Вы допускаете, что причина убийства из его мирской жизни?
– И этого исключить нельзя. Вчера он ведь выходил из монастыря?
– Да, я его благословил посетить госпожу Сабанееву. Она щедро жертвует монастырю и любит беседы на духовные темы, вот отец Сергей и посещал ее регулярно.
– Сегодня он был убит на тропинке. Скажите, он случайно ничего не упоминал про дела в доме Сабанеевых? Я, конечно, понимаю, что существует тайна исповеди, но может, что-то промелькнуло?
– Вы правы, тайна исповеди не позволяла ему говорить много, к тому же его послушание было не в том, чтобы распространять чужие тайны. Вот только он сокрушался неоднократно, что в доме госпожи Сабанеевой было много ненависти и зависти. А вчера сказал, что ему надо много молиться.
– О чем?
– Он обмолвился, что надо помочь ей избавиться от зла в душе.
– Кому ей?
– Этого он не сказал.
– А Вы уверены, что он имел в виду именно женщину?
– Он сказал дословно именно так: «Я должен много молиться сегодня, только этим я могу помочь ей избавиться от зла в душе». Нехорошо это, когда в душе зло, – сокрушенно покачал головой настоятель.
– Да, это очень нехорошо, но похоже, что его миссия не принесла результатов, кто-то со злом в душе убил его и нам надо этого человека найти, – ответил Зазнаев.
– К сожалению, ничем больше не могу помочь, молодые люди.
 
– А Вы не подскажите, куда он шел так рано? Насколько, я понял, госпожа Сабанеева не принимала гостей так рано, – вопрос был направлен по адресу. Монахи живут по своим правилам, а они достаточно четкие. Ни одна армия мира не может сравниться с монашествующими людьми по исполнительности и дисциплине. Никакая самостоятельность не допустима. На любое дело монах должен испрашивать благословение у настоятеля.
– У него было сегодня послушание съездить в город и купить красок для иконописной мастерской. Он же еще в иконописной мастерской работал у нас. И раз в неделю ездил в город.
– А это обычно было в один день недели?
– Не обычно, а всегда. Монастырь живет своим ритмом, у нас строгий распорядок во всем. Поэтому он всегда ездил в Рязань в один и тот же день недели.
– То есть получается, что многие знали, что отец Сергий сегодня утром пойдет по этой тропике?
– Получается, что да. В монастыре точно все.
– А на чем он ездил? Вы же не выделяли ему лошадь и телегу?
– А зачем? Нет, если ему надо было привести что-то тяжелое и объемное, то телега выделялась, а так он обычно просил какого-нибудь крестьянина подвезти его. Город близко, рядом дорога, по которой в Рязань едут не только из Солотчи, но и из Заборья, из Ласкова, из Рябиновки. А отказывать монаху в такой небольшой просьбе не принято, поэтому нам не было необходимости лишний раз снаряжать лошадь, – пояснил настоятель.
– А что Вы скажите относительно разговоров про призрака, которые ходят уже более полугода? – неожиданно встрял Железманов.
– Христианину не пристало верить в призраков и прочие суеверия, – настоятельно произнес монах.
– И все-таки нельзя отрицать, что в последнее время об этом только и говорят, – напомнил Железманов.
– Призраков не существует, все эти разговоры от невежества и нестойкости веры нашей. Надо много молиться и поститься, тогда не будут являться призраки. Крестьяне так говорят от невежества.
– Но госпожа Сабанеева – образованная дама, но она тоже видела призрака у себя в передней – возразил Петр.
– Госпожа Сабанеева дама очень достойная, но она поддалась всеобщей панике.
– А Вы не в курсе, в истории вашего монастыря не было никаких загадочных гибелей, убийств там? – не унимался кандидат на судебные должности.
– Не надо святотатствовать, молодой человек. Это монастырь, мы люди тихие, Богу молимся, какие тут убийства?
– Тем не менее, я видел в архиве дело об убийстве монаха вашего монастыря.
– Тогда Вы лучше меня должны знать, я про такое убийство ничего не слушал.
– Ну, вообще-то оно имело место в XVIII веке. То есть более ста лет назад.
– Понятно, что я являюсь настоятелем намного меньший срок, ничего я про такое убийство не слышал.
Все, что можно было узнать в монастыре, друзья узнали. Они покинули его, предоставив духовной братии позаботиться об усопшем. По дороге в имение подвели итоги:
– Значит, у нас получается, что вчера тебе отец Сергий намекнул, что он знает, кто творит безобразия в доме. И ваш разговор подслушали, причем сделать это мог только кто-то из постоянных обитателей дома Сабанеевой, ибо никто в дом не приглашался и никто не приходил, – обобщал Зазнаев.
– Да, чужого человека пропустить просто невозможно, – согласился Петр.
– Значит, еще раз повторим, что отец Сергий имел в виду кого-то из дома Сабанеевых.
– Причем женщину.
– Да, он сказал, что надо помочь освободиться от зла в душе ЕЙ, а не ЕМУ.
– И плюс он упомянул какую-то птицу.
– Как ты думаешь, что он увидел? Сороку? Петуха? Тетерева?
– Не знаю. Я вот тебе расскажу, что прочитал в дневнике Вернова.
Зазнаев рассказал другу, что ему удалось узнать накануне.
– Значит, Настя знала про мышьяк, а Агафья может распрямить ложку руками? – переспросил Железманов.
– Да, очень интересно в контексте фразы про женщину, – согласился Иван Васильевич.