Обожаемый и осуждаемый (СИ)

  
Глава 22
 
Туманное будущее
 
Исторически мудан — это шаманки. И главная их задача — проведение обрядов. Обычно сельскохозяйственных: на приплод скота, богатый улов в море, хорошую погоду в поле. Но еще мудан в старину были кем-то вроде… ведуний. К ним ходили и погадать, и больную пятку вылечить, и сглаз снять, и с умершей бабушкой пообщаться. Важно, что главной их обязанностью все же были обряды, процесс общения с духами.
  
Мудан в историческом понимании в Корее мало. Все они — поюджа, то есть те самые «обладательницы наследия». Они часто выступают на праздниках, проводя старинные обряды для развлечения гостей. При условии, что крупные обряды обычно похожи на танец — это даже зрелищно.
А есть современные мудан. Их максимум в плане обрядов — это очистка от скверны. В остальном они ближе к гадалкам: занимаются нумерологией, раскладами таро и хиромантией. Почему-то Хару казалось, что они едут именно к такой женщине.
Но нет — нужная им мудан была вовсе не гадалкой в корейском колорите, о чем свидетельствовала табличка поюджа у ворот. Это значит, что мудан проводит обряды на праздники, являясь знатоком особенностей региона близ реки Хан.
Жила мудан на окраине Сеула, где было построено что-то вроде элитного поселка. Не настолько элитного, чтобы там жили исключительно чеболи, но на домик в таком месте хватит денег далеко не у каждой работающей семьи. Большая часть строений — типовые, средние по размеру и с гаражом на две машины. Все красиво, аккуратно, зелено. Но вскоре одинаковые дома закончились, появились отличия и у заборов, и у фасадов. Поплутав по узким улочкам, автомобили выехали к воротам в корейском стиле — высоким, с «азиатской» крышей на деревянных столбах — но с современным видеодомофоном.
Звонить не пришлось. Их ждали, поэтому ворота оказались открыты настежь (возможно, их вообще закрывали только на ночь — мудан же живет). Большой двор-парковка прилегал к вытянутому дому, скорее даже, галерее с большим количеством окон. Это — приемная часть. В старых корейских домах место для разговоров с гостями тоже часто выносили к воротам, дальше гости не проходили.
Встречала их молодая девушка, не старше тридцати. Она была в брючном костюме, который можно принять за униформу медсестры или работницы спа-салона, только явно из недешевой ткани: коричневые брюки и туника красивого зеленого оттенка.
— Пожалуйста, располагайтесь в домике для ожидающих, можете ходить по всей его территории, в том конце дома — ванные комнаты, в противоположном — мини-кухня, там есть питьевая вода, чайник и корейские сладости.
— Подождите, нам нужно настроить технику, — обратился к девушке кто-то из операторов.
— Потом, — строго сказал она, — До включения камер я хочу объяснить вам правила. Если нужно — часть повторю на запись.
Хару задумчиво подошел к одной из колонн. Дерево. Кажется, весь дом — полностью деревянный. Окна напротив входа смотрели во внутренний двор, на сад в азиатском стиле — с кривыми соснами, зарослями можжевельника и яркими вкраплениями цветов. Это уже не совсем про традиции. Сад слишком… китайский. Панорамные окна — тоже не то, что было в старых домах. Но выглядит красиво.
— Госпожа Ан согласилась на съемки только из-за безграничного уважения к господину Со, — продолжила девушка спокойным тоном. — Взаимодействие с мудан — процесс интимный, демонстрировать его на камеру было бы неэтично. Поэтому наши условия достаточно просты: сначала госпожа Ан говорит с каждым из гостей наедине, просители получают ее ответы, а потом решают, какую часть.предсказания хотят сохранить в секрете. Запись будет позже. Кроме того, мне нужно записать даты рождения и задать несколько вопросам всем, кто идет за предсказанием. Это нужно, чтобы провести расчеты заранее. Во внутренний сад вам выходить нельзя. Когда все будет готово, я провожу сначала молодых людей, по одному, а потом покажу всё съемочной группе. Пока — располагайтесь.
Хару даже не увидел — спиной почувствовал недовольство съемочной бригады. Они хотели бы получить возможность снимать настоящие эмоции, наверняка многим было банально любопытно послушать предсказания в неотредактированном виде…а теперь, получается, сидеть им без работы еще как минимум час.
Пока операторы ворчали, а девушка опрашивала других парней, Хару прошел на «кухню». Ни плиты, ни микроволновки, что ожидаемо, но есть чайник, кулер с водой, холодильник-витрина все с той же водой. И что-то вроде стенда с чаем, пакетированным. Ничего интересного. Неудивительно: это что-то вроде холла ожидания для клиентов, развлекать их здесь не обязаны.
Хару назвал девушке дату и приблизительное время своего рождения, в каком районе Сеула он появился на свет, а также даты рождения родителей, уже без точного времени. Вдобавок ему задали несколько довольно неожиданных вопросов: любит ли он сладкое и острое, есть ли проблемы со сном, умеет ли свистеть и приятен ли ему запах ладана. Крайне неожиданная подборка вопросов, даже фанаты его так не удивляли. Еще девушка сказала, что ему нужно выпить антигистаминное, если у него есть поллиноз — аллергия на пыльцу растений.
Хару спросил у девушки — могут ли они снимать развлекательные видео на улице. Можно. Так что следующие сорок минут, пока мудан что-то там высчитывала, они веселились во дворе. Для большинства из них традиционные наряды — это что-то новенькое, так что парни практически проверяли их на прочность. Ханбок создавался для достаточно активного образа жизни, исторически корейцы много и часто ездили на лошадях. Даже женский наряд, в оригинальном исполнении, позволяет ездить верхом, сидя по-мужски. Костюмы парней были сшиты из качественной ткани, так что достойно перенесли испытание. Парней семеро, они выехали на свежий воздух, молодые, засидевшиеся в четырех стенах… так что они бегали по двору, снимали смешные видео, а Хару заставил серьезных операторов снимать всё на телефон.
В результаие сняли на будущее челлендж со «Splash». Хару с Тэюном снял «киношный» тикток, как будто они дерутся на фоне ворот — смеялись всем составом. Чанмин приседал, держа Сухёна на руках — проверяли, сколько он выдержит с утяжелением в шестьдесят килограмм. Шэнь и Юнбин танцевали хип-хоп. Потом Хару пытался научить Ноа петь в определенном стиле, характерном для старой корейской эстрады. В стороне менеджер Квон болезненно морщился каждый раз, когда они начинали носиться: он очень переживал, что их дорогостоящие наряды не доживут до чайной церемонии.
Внутрь их начали приглашать по старшинству. Когда ушел Чанмин, Хару задумался: а как господин Со отреагирует на то, что в видео будет, возможно, неполное «предсказание»? Или он знал об этом заранее? Скорее всего, информацию по дате рождения он и так потом может спросить — это делают многие мудан. Теоретически, «двух успешных сыновей» по дате рождения нагадать нельзя. Наверное. По крайней мере, в сети писали, что обычно мудан говорят о характере, сильных и слабых сторонах, предсказывают успех человека в обществе, раскрывают, каким будет его финансовое положение в будущем. События дней минувших становились все более странными. Мудан, получается, не увидела финансового положения отца сейчас. Хару-то это не удивляет, он в предсказание не верит, «два сына» могут быть просто совпадением. Но почему тогда господин Со продолжал верить мудан, если она не сказала про финансовые проблемы? Или господину Со было неважно, что потенциальный супруг его дочери может иметь проблемы с деньгами?
Хару тряхнул головой — эти странности ему не разгадать.
  
Чанмин просидел у мудан где-то минут двадцать, вернулся почему-то расстроенным, коротко рассказал о том, что будет, потом ушел в уголок, развернул какой-то лист и начал читать. Мудан дает распечатку своих же предсказаний? Современно.
Шэнь и Ноа выходили заметно растерянными, на вопросы отвечали коротко. После них настала очередь Хару. Девушка провела его через сад к небольшому домику. Это не беседка и не чайный домик, а добротное строение: каменный фундамент, деревянные стены, раздвижные двери. Просто размером с одну комнату.