Обожаемый и осуждаемый (СИ)

— Если с самого утра плохо, зачем приходила? — немного укоряюще заметила Минсо, — Ты же знаешь, я никогда не настаивала на твоем присутствии в офисе…
— Мхом скоро покроюсь дома. Третий «плохой» день подряд. Решила, что сегодня выйду из дома, даже если обратно меня понесут на носилках.
Пять лет назад врачи диагностировали у Анки миастению — аутоиммунное заболевание, вызывающее мышечную слабость. И слабость эта — не просто усталость: иногда становится невозможно ходить, держать в руках любые предметы, а то и поднять голову с подушки. Заболевание заставило Анки оставить успешную карьеру, потому что она не может справляться с дедлайнами — ей с собственным телом-то не справится. Но острый ум и знания никуда не делись. Минсо с удовольствием приняла ее на работу, регулярно давая на разработку несрочные проекты как для музыкантов, так и для телевизионщиков. При миастении бывают «хорошие дни», а иногда и «хорошие недели», когда человек может вести активный образ жизни, вечером ложиться спать просто с усталостью, а не с тревожными мыслями, что во сне перестанет дышать. А бывают «плохие дни», когда после сна сил хватает только на самый минимум заботы о себе.
  
Устроив поудобнее Анки, сели и Минсо с Кахи.
— И что стало причиной вашего совместного визита? Готов полный отчет по фанмитингу? — спросила Минсо.
— Отчет готов, но, вообще-то, я хотела обсудить «золотого мальчика», — буркнула Кахи. — Мне кажется, аналитическому отделу из-за него полагается прибавка к зарплате. Они тайно улетели снимать клипы в Европу, почему о нем до сих пор говорят?
— А о нем говорят? — удивилась Минсо.
Кахи разблокировала экран своего рабочего планшета, показывая фото Хару в аэропорту:
— Несмотря на то, что фото сделано сассен-фанатом, оно завирусилось в сети. Всего за сутки пост с обсуждением стиля Хару выбился в топ новостей в категории «мода».
Минсо задумчиво рассматривала фотографию. На Хару темно-серые брюки, белая футболка, бежево-серый кардиган, на плече — графитового цвета вельветовая сумка на длинном ремне… Черные лоферы…нет, мюли в виде лоферов. Вроде ничего необычного. Ни украшений, ни ярких деталей — обычная мужская одежда. Разве что брюки немного удивляют, современная молодежь как-то больше джинсы любит.
— И что такого невероятного в его внешнем виде? — немного удивилась Минсо. — Простая одежда, нейтральные цвета.
— А ты перелистни, взгляни на следующее фото, — посоветовала Кахи.
Минсо перелистнула и тихо засмеялась. Все остальные в группе — в спортивных штанах, худи или толстовках. У всех спортивные рюкзаки, а не сумки, большинство — в бейсболках, и все, кроме Хару и Тэюна — в медицинских масках на лице.
— Темой обсуждения стало то, что он так выглядит, хотя это не спонсируемая поездка. Фото не от прессы, а от сассена, то есть, Хару нарядился просто так, а не ради рекламных кадров. Теперь вся Корея говорит, что он — очень стильный парень. А я еще помню жалобы стилистов на то, что он вообще ничего не понимает в моде…
Анки тоже улыбалась:
— Мальчик быстро учится. Насколько я знаю, стилисты одобрили всю одежду, которую он покупал себе сам. Этот кардиган…
— С блошиного рынка. Pringle, шотландский кашемир, модель конца восьмидесятых. Хару тогда даже в планах не было! — возмутилась Кахи. — Как он вообще нашел такое старье в таком хорошем состоянии? Я бы ни за что не поверила, что это кардиган времен молодости моей мамы.
Минсо тоже тихо засмеялась, но фото увеличила. Кардиган как кардиган. Она уверена, что Хару тоже не знает, что это какой-то «крутой» бренд.
— Одежда с блошиного рынка добавляет его образу богемности, — заметила Анки. — Так что восторги фанатов понятны — одно дело, когда айдол стильно выглядит благодаря работе профессионалов. Другое — когда он «откопал в навозной куче сокровище» и продолжает стильно выглядеть. Но мне интересно — неужели фанаты определили бренды на всей его одежде? Она достаточно… обычная.
— Брюки идентификации не поддались, — хихикнула Кахи, — На футболке есть маленькие инициалы — CK, туфли вычислили по какой-то особой пряжке… Сумка тоже какого-то местного бренда, но нашел он ее, кажется, на распродаже — такие давно вышли из моды.
— Теперь снова вернутся, — улыбнулась Минсо. — Что? У него талант делать модными странные вещи.
Она перелистнула общее фото и увидела фанатский коллаж — фото Хару из аэропорта, стрелочками указаны предметы его одежды, по бокам — эти же комплекты в лучшем освещении, название бренда и предполагаемая цена. Минсо расхохоталась в голос, увидев трусы от Calvin Klein — их точно не могли рассмотреть в аэропорту, но рядом с их изображением значилась приписка «Мы все знаем, что временно он носит только это нижнее белье». Она показала эту картинку Анки, та тоже прочитала и начала хихикать. Все же тот стрим еще долго будет напоминать о себе.
— Вы смеетесь? Но это еще не самое невероятное. Давайте сюда, я найду следующую новость. Все же в курсе, что Хару не испытывает проблем с джетлагом? Он поспал четыре часа и пошел гулять по Парижу, когда даже менеджеры еще спали. Но… вы знаете, с кем он гулял?
Минсо тяжело вздохнула: она уже успела понервничать, когда поняла, что «золотой ребенок» умудрился в девять утра по парижскому времени сбежать из отеля в полной уверенности, что он ничего такого не сделал — просто пошел побродить по городу. Менеджеры уже получили выговор за то, что не объяснили парню, почему так делать нельзя.
Кахи протянула Минсо планшет с другой фотографией. Хару был все в том же кардигане и с той же сумкой, даже футболка вроде похожа, но Минсо была уверена, что это уже другая — этот чистюля ходит в душ по несколько раз на дню, он бы ни за что не пошел гулять в футболке, в которой спал в самолете.
— А тут-то что не так? — удивилась Минсо, — Примерно та же одежда…
— Мужчину рядом с ним не узнаете?
Минсо нахмурилась. Он казался ей знакомым, но она никак не могла его вспомнить.
— Кто-то знаменитый? — спросила она.
— Это Жильбер Дерош, новый креативный директор бренда «Bouchard», — ответила Анки.
— Они сотрудничали с Хару во время съемок шоу «Книжная симфония». Потом планировалось новое сотрудничество, но та ненормальная ведущая все испортила. Бренд после того случая молчал, никаких больше предложений не делал, — заговорила Кахи. — И тут я вижу на фото Хару с главным дизайнером этого бренда. Сейчас в Париже ночь и я даже не могу спросить — как давно Хару с ним знаком, как они договорились о встрече и почему вообще все это прошло мимо нас.
— Где это вообще? — уточнила Минсо.
— Я уже не помню, как это место называется, — ответила Кахи, — улица с винтажными магазинчиками в Париже.
Минсо удивленно покачала головой. Но тут в разговор вступила Анки:
— Жильбер Дерош — большой любитель винтажной одежды, несмотря на то, что является дизайнером. А еще он считается самым многообещающим среди молодых креативных директоров, ему пророчат великое будущее. Многие были удивлены, что он пошел в маленький «Bouchard», а не какой-нибудь богатый модный дом. Он вполне потянул бы Chanel, но, по слухам, отказался от места креативного директора там. Хотя… последнее, возможно, из-за отсутствия мужской линейки — Дерош стажировался на Сэвил-Роу, он любит мужские костюмы.
Минсо кивнула: Анки всегда любила моду. Причем, скорее как индустрию, чем как одежду — она не особо стремится модно одеваться, но смотрит почти все показы парижской недели моды, знает креативных директоров и дизайнеров по именам, разбирается в аксессуарах. Минсо вроде любит моду и одежду, да и этого Жильбера Дероша, получается, где-то видела, но без подсказки ни за что не поняла, кто это такой.
  
— У них подъем где-то через час-полтора, — заметила Минсо, — так что скоро узнаешь, где и как Хару познакомился с дизайнером. Но что там с отчетом по фанмитингу?
Кахи снова взяла в руки планшет:
— Полный отчет выслала вам на почту, сейчас печатают уже, наверное. Если тезисно. Первое — самые лучшие решения придумали сами парни.