Обожаемый и осуждаемый (СИ)
Глава 7
Незадолго до камбека…
Для съемок «одного дня» пришлось кое-что подготовить. Хару заранее написал примерный сценарий, в агентстве его проверили, указали на моменты, где ему будет сложно снимать себя самому, обсудили некоторые нюансы съемок и то, как лучше подавать информацию. Подготовили камеры — одной научили пользоваться Хару, со второй будет работать менеджер Квон.
Благодаря такой тщательной подготовке съемки прошли легко, без каких бы то ни было проблем. Хару снял свою утреннюю рутину, менеджер Квон дополнил съемку кадрами со стороны — ходил с Хару в парк «бегать», снимал его короткую тренировку на площадке, потом — как Хару готовит на всех простой завтрак и как они потом всей группой сидят за столом и сонно жуют. В школе съемки были по минимуму — менеджер снял, как Хару заходит в двери школы, сам Хару внутри снял себя во время обеденного перерыва, следующие кадры — как он выходит из дверей школы. Репетиции в агентстве, планерка со стаффом, вечерние сборы дома. День все же получился не совсем обычным — Хару пришлось собирать чемоданы — но он все равно остался доволен съемкой.
А уже во вторник, в пять часов вечера, Хару снова наблюдал, как аэропорт Инчхон остается позади: они вылетели в Нью-Йорк.
За последние полгода, получается, Хару путешествовал больше, чем за две свои жизни. Нью-Йорк никогда не был в его топе самых желанных городов для туризма, но настроение все равно было хорошим. Он и в Марселе не мечтал побывать, а город оказался таким интересным. На этот раз Хару заранее знал расположение отеля, поэтому примерно прикинул, что может успеть посмотреть. Главное — сбежать из-под надзора, что в этот раз будет чуточку сложнее.
Минсо летела с ними. Из-за этого даже в бизнес-класс менеджеров не брали — «няней» должна была быть она. Впрочем, в самолете все вели себя прилично.
Где-то через час после взлета поужинали, потом Хару немного почитал и решил, что можно и поспать. Он попросил стюардессу в случае чего разбудить его к «arrival meal» — то есть, к завтраку по сеульскому времени (или ужину по времени Нью-Йорка). Он не был уверен, что сможет так долго спать, но ему это без труда удалось.
В Нью-Йорке — вечер. Шумный аэропорт, пассажиры с чемоданами, встречающие с табличками, у главного входа очередь из такси. Хару и остальные погрузились в нанятые минивэны, внутри им сразу раздали воду и предупредили, что дорога может занять много времени, потому что вечерний трафик достаточно насыщенный.
Хару напросился занять переднее сиденье в машине, пил воду и с любопытством таращился, глядя в окно. Минивэны выехали на широкое шоссе, минуя какие-то индустриальные кварталы. Затем начался Куинс. Красно-кирпичные многоквартирные дома выглядели очень по-нью-йоркски, а еще постоянно мелькали баскетбольные площадки — кажется, этот спорт здесь особенно любят.
Хару почему-то казалось, что они заедут на Манхэттен по мосту — такой красивый, кинематографичный кадр. Но их минивэны нырнули в туннель и вынырнули из него уже в самом центре знаменитого острова. Хару даже расстроенно спросил по-английски:
— А где мост?
Шофер расхохотался:
— А мосты в такое время стоят в пробке. Так быстрее.
Хару печально вздохнул: а он-то надеялся…
Они въехали в Мидтаун — практически самое сердце Нью-Йорка. Неоновые вывески, огромные витрины каких-то магазинов и кафе, на улице, по ощущениям, много туристов — вряд ли жители Нью-Йорка ходят так медленно, задрав головы. Вскоре минивэны остановились у дверей отеля и Хару поспешил выйти из машины. Каменные джунгли Нью-Йорка сложно назвать «красивыми», но они впечатляют. Есть в этом что-то атмосферное, притягательное.
Расселились по номерам, Хару «достался» Шэнь. Приняв душ, Хару тут же настойчиво предложил выйти на прогулку и поужинать в городе. Все равно уснуть будет сложно — в Сеуле сейчас раннее утро, да и в полете они спали. Нужно погулять. Минсо, правда, оказалось более строгой, чем менеджеры: уйти без охраны не получилось, с ними «гулять» отправились американские охранники.
Такой большой группой они пешком прошлись до Таймс-сквер, прикупили себе немного уличной еды, посидели на ступенях, слушая выступления уличного музыканта. Прошли мимо студии, где совсем скоро будут выступать — «Good morning America» снимают в офисе на Таймс-сквер. А потом Хару потащил всех… в корейский квартал — это небольшое пространство совсем неподалеку, где очень много ресторанов корейской кухни. Почему-то казалось особенно забавным пойти ужинать в корейский ресторанчик в Нью-Йорке.
В мае в Нью-Йорке было прохладнее, чем в Сеуле. Хару в кожаной куртке жарко не было. Здесь тоже достаточно влажно, так что даже при местных +18 было немного зябко.
В отель вернулись уже после полуночи. Хару уснул сразу же, как принял душ, а проснулся так, будто не было тринадцатичасового перелета, который обычно дарит людям «незабываемое» ощущение джетлага: в семь утра. Шэнь сонно признался, что едва смог вздремнуть пару часов и очень переживал, что свет от его электронной книги мог помешать Хару спать.
— Предлагаю совершить небольшое преступление, — драматическим шепотом сказал Хару. — Что думаешь насчет утренней пробежки в Центральном парке? От нашего отеля туда около пятнадцати минут пешком, но зато…
— Пошел искать кроссовки, — расплылся в широкой улыбке Шэнь.
Они оба понимали, что Минсо потом будет читать им долгую нотацию о том, что нельзя за границей сбегать из отеля без сопровождения… но кто ходит бегать в парк с охраной? Поэтому они быстро выскочили из номера, Хару предупредил администратора о том, куда они ушли, а еще взял с собой «кругляш» с навигатором, который так и не вернул менеджеру Пён после Японии. Он и в Марселе с ним гулял, поэтому был уверен, что умный менеджер поймет, как отслеживать положение Хару.
До парка добирались больше пятнадцати минут, но оно того стоило. Неспешная пробежка по парку подарила заметный заряд бодрости, даже Шэнь перестал сонно зевать. На улице было достаточно прохладно, они не вспотели даже во время пробежки, так что решили позавтракать в кафе рядом с парком. Порция английского завтрака оказалась настолько огромной, что они пожалели, что не взяли одну на двоих. А еще свежих овощей, на взгляд Хару, могли бы и побольше положить. Ни Хару, ни Шэнь доесть завтрак не смогли.
Обратно в отель шли лениво. Солнце встало, становилось все теплее, а людей на улицах — все больше. Пока это не туристы, а обычные работяги — сплошной поток людей, среди которых особенно много тех, кто носит костюмы. В какой-то момент времени идти медленным шагом стало просто неприлично — поток спешащих людей диктовал свои правила.
После возвращения в отель пошли к Минсо. Ожидали разборок, лекции о правилах поведения, но она просто около минуты печально их рассматривала.
— Что толку вам что-то говорить? И сами все знаете. Но лучше бы предупредили о подобном с вечера.
— Тогда вы заставили бы охранника с нами бегать, — резонно заметил Хару.
Минсо снова тяжело вздохнула.
— Ладно… Идите, отдыхайте. На репетиции выезжаем уже после обеда… не уходите гулять без охраны, здесь далеко не так безопасно, как в Сеуле. И не стоит думать, что вас в США никто не знает, сумасшедшие фанатки могут быть и здесь.
* * *Блог «Музыка утренней свежести»:
О том, почему вам стоит следить за группой Black Thorn
Готовьтесь, это будет лонгрид.
Все мы знаем, какие настроения ходят в к-поп сообществе последние годы: упаднические. Группы четвертого поколения нацелены на максимально юную аудиторию, на подростков. Тексты песен о взрослении, о первой любви, о желании не быть такими, как все. Агентства больше не хотят рисковать, концепты подбирают безопасные, чтобы никого не обидеть. Из-за этого и появилось ощущение, что стало дебютировать много детей. Нет, четырнадцатилетних айдолов не стало больше в процентном соотношении, просто раньше сами группы выглядели взрослее, сейчас даже совершеннолетних участников стараются продать на аудиторию четырнадцатилетних девочек.