Забить гол (ЛП)

— Я знаю, что задолжал тебе объяснения, — сказал он как раз перед тем, как обхватить меня за талию. Он стащил меня со стойки, и я потянулась, схватив его за плечи, чтобы не упасть. Наши тела были вровень к тому времени, когда я снова опустила ноги на пол.
— Не здесь, — сказала я, осознавая, что вокруг нас люди.
— Тогда позволь мне украсть тебя.
Он обхватил мою руку своей, прежде чем я смогла ответить.
— Куда ты ее ведешь?! — крикнула Кинсли, пока меня проталкивали сквозь толпу.
Он махнул через плечо.
— Я верну ее через несколько минут!
У меня упало сердце. Я не хотела, чтобы он «вернул меня» через несколько минут. Я уже достаточно отпраздновала со своей командой, и все равно на следующий день увижу Кинсли и Бекку рано утром. Я хотела провести остаток ночи с Фредди. Я хотела, чтобы его рука как можно дольше крепко сжимала мою, но я не знала, что он планирует делать с людьми, которые могут увидеть нас вместе.
Он толкнул входную дверь бара и повел меня к обочине. Там стояла вишнево-красная Веспа.
— Это для нас? — спросила я со смехом.
Он кивнул и потянулся за одним из шлемов, закрепленных сбоку. Я стояла и терпеливо ждала, пока он наденет его мне на голову. Он наклонился вперед и затянул ремешок у меня под подбородком. Он был так близко ко мне, его губы были в нескольких дюймах, и прошло три дня с тех пор, как он в последний раз целовал меня. Я с трудом могла вспомнить, на что были похожи его губы; ему нужно было напомнить мне об этом.
— Я солгал, — сказал он, делая шаг назад и опуская темный козырек, чтобы закрыть мое лицо.
Я нахмурилась.
— По поводу чего?
— Я не позволю тебе вернуться через минуту. — Его темные глаза заблестели. — Теперь, когда никто не знает, что это мы, я собираюсь задержать тебя до конца ночи.
  
Глава 48
 
Энди
Впервые я по-настоящему увидела Рио на этой вишнево-красной Веспе. Мы петляли по Оушн-Бульварс, и я закрыла глаза, позволяя ветру хлестать меня. Я почувствовала соленый привкус в воздухе, когда Фредди съехал на обочину и припарковался на Авенида-Атлантика. Солнце клонилось к югу, и сумерки были в полном разгаре. Закат окрасил океанские волны в оранжевые тона, и с минуту я стояла как загипнотизированная.
На пляже и на улице гуляли тысячи людей. Это была оживленная улица с шестью полосами движения, сигналящими машинами и уверенными пешеходами. Продавцы выстроились вдоль берега, продавая все, от жареной кукурузы до шлепанцев. На другой стороне улицы были отели и кондоминиумы — все коричневые и оштукатуренные, с большими окнами.
В Олимпийской деревне было легко не заметить, как далеко я была от дома последние несколько недель, но на Авенида-Атлантика это было невозможно не ощутить. Густая влажность, соленый воздух и высокие горы на заднем плане — все это было незнакомо, ново и волнующе.
Фредди взял меня за руку и повел по дорожке. Мы прошли магазины с плетеными браслетами дружбы и разноцветными керамическими безделушками, пока не наткнулись на магазин немного больше остальных. Он был установлен вдоль пляжа, окруженный с четырех сторон тонким белым брезентом, который развевался на ветру, когда мы вошли внутрь. Всю стену палатки занимали саронги. Маленькие, дешевые, детские лежали впереди, но я потянулась за одним на самом верху. Он был мягким и фиолетовым, с крошечными кисточками по краям.
— Неплох, — сказал Фредди, подходя ко мне сзади.
Я улыбнулась.
— Для тебя.
— Что? — я проигнорировала восхитительный шок на его лице и указала обратно на саронг.
— Ты не можешь быть серьезной, — продолжил он.
Я кивнула.
— Я буду выглядеть как задница.
Я обогнула его, чтобы найти владельца магазина. Он был невысокого роста, сидел за прилавком и листал свой айфон, пока я не подняла фиолетовый саронг прямо перед ним.
— Сколько за это? — спросила я, надеясь, что он говорит по-английски достаточно, чтобы понять мой вопрос.
 
— Тридцать восемь, — сказал он с сильным акцентом.
Мои глаза чуть не вылезли из орбит.
— ДОЛЛАРОВ?!
— Реалов (~ 7 долларов).
— Это не так уж много, — сказал Фредди, подходя ко мне сзади с чем-то синим, зажатым в правой руке. Он бросил это на прилавок, поверх саронга, а затем бросил в кучу две пары дешевых черных авиаторов. — Мы возьмем все.
— Что это? — спросила я, берясь за уголок того, что выглядело как синий шнур для тарзанки. Или это был маленький браслет… — БОЖЕ МИЛОСТИВЫЙ.
— Фио дентал. — Продавец засмеялся, указывая на то, что я могла только предположить, было бикини, которое должно было быть под другим, более скромным бикини.
После того, как Фредди расплатился, он взял нашу сумку с неловкими вещами с прилавка и вывел меня из магазина.
— Думаю, что буквальный перевод — зубная нить. — Фредди рассмеялся.
Я бросила на него косой взгляд.
— Ты сумасшедший, если думаешь, что я надену эту штуку.
Он не ответил. Вместо этого полез в сумку, снял бирку с авиаторов и надел их, протянув мне другую пару на случай, если кто-нибудь нас узнает. Было несправедливо, как легко он заставил дешевые солнцезащитные очки хорошо выглядеть.
— Кажется, у нас обоих есть вещи, которые мы предпочли бы не носить, — сказал он, беря меня за руку. — Я думаю, что это называется тупиковой ситуацией.
— Хорошо, давай поменяемся местами. Ты наденешь бикини, а я надену саронг.
Он откинул голову назад и рассмеялся. Это был заразительный звук, который заставил меня улыбнуться, когда он вывел нас из магазина. Надев солнцезащитные очки, мы шли, пока не нашли небольшой пляжный ресторан, из парадной двери которого доносился пьянящий запах. Мы неторопливо поели, радуясь тому факту, что до сих пор никто не узнал ни одного из нас.
— Наверное, пришло время надеть этот саронг, — подмигнула я, поднимая свою кокосовую воду.
Он проигнорировал мои поддразнивания.
— Может, нам немного поплавать после этого?
Я пожала плечами.
— Было бы обидно не зайти в океан хотя бы раз, пока мы здесь.
Он промычал в знак согласия.
— Не уверен, что ты справишься с этим, хотя…
Я рассмеялась.
— Справлюсь с чем?
— Видеть меня в этом бикини.
***
В любом другом месте в мире ношение бикини, которое выбрал Фредди, было бы на 100 % исключено, но в Рио большинство женщин явно придерживались менталитета — меньше значит лучше. Намного, намного меньше. Просто прогуливаясь в тот вечер по Авениде, я увидела достаточно ягодиц, чтобы хватило на всю жизнь. Фредди, к его чести, не поднимал из-за этого шума, но ему и не нужно было этого делать.
— ПОСМОТРИ НА ЭТУ ЗАДНИЦУ! — взволнованно шептала я каждый раз, когда одна из них появлялась в поле зрения, и это были не ягодицы, как у мамы. Если бы я не знала лучше, я бы предположила, что Бразилия производит клоны Ким Кардашьян.
— Ты там в порядке, Энди? — спросил Фредди с другой стороны двери.
Он ждал у туалета ресторана, пока я переодевалась в бикини.
— Отлично! — крикнула я, пытаясь повернуться к зеркалу так, чтобы видеть все части моей кожи, которые бикини не прикрывало. Верх был безнадежен. Синие треугольники прикрывали меня так сильно, как только могли, но мои сиськи были просто… повсюду. Сбоку, посередине, сверху. И если этого казалось недостаточно, реальная проблема оставалась с низом.
— Как продвигается дело?
Я подвинулась, чтобы получше разглядеть себя в зеркале.
— Понятия не имею. Я надела его, но потом оно исчезло.
Он рассмеялся.
— Уверен, что все не так уж плохо.
Он был очень, очень неправ. Я тренировалась большую часть дней в своих футбольных шортах и спортивном лифчике, так что примерно в паре дюймах от колена моя кожа из загорелой перешла в БЛЕДНУЮ. ТАКУЮ БЛЕДНУЮ. Мои ягодицы практически светились в темноте. Под синими треугольниками моего бикини можно было разглядеть идеальный силуэт того места, где обычно находился мой спортивный бюстгальтер.