Как выжить в усадьбе мисс Ин-Лоу (СИ)

Как сейчас помню, мой муж стоял чуть в стороне, когда ко мне с поклоном и шкатулкой полной украшений подобрался мужчина. Уж как он меня расхваливал, какие слова говорил! М-м-м! Слушать можно было – не переставая, а потом под нос стал совать украшения.
– Ваши украшения не стоят ничего, – поведал он, – этот браслет непрезентабелен! Лучше возьмите мои украшения, они украсят любую женщину.
– В каком смысле – непрезентабелен? – удивилась, рассматривая брачный браслет. – Мне его муж подарил!
Вот я, как верная только одному, была до глубины души обижена.
– А кто ваш муж? – но я уже не слушала.
– Норманн! – заорала на всю улицу, так как мы стояли недалеко от дома этого корыстного человека. – Он меня обидел!
К слову, я даже пальцем в обидчика ткнула и губы поджала, слезы профессионально и по велению воли хозяйки, собрались в уголках глаз, а одна даже скатилась по щеке. Ох! Нужно было идти в театральный! Вот как у меня отлично выходить пугать всех вокруг – одного до полусмерти, даже шкатулка из рук выпала, второго до тревоги в глазах.
– Чем? – муж оказался рядом, взял за руки.
– Он сказал, что мой брачный браслет непрезентабельный! А он такой хо-ро-ший! – с подвыванием заявила я, косясь в сторону обидчика. – И меня подкупить желал, вот этими побрякушками. Так и запиши в личное дело!
Естественно последнюю фразу я проговорила нормальный тоном, чем довела любимого нага до смеха, а мужичка до нервной икоты.
  
Глава 16
 
Норманн
Нам ужасно повезло с Яниной, которая спокойно и хладнокровно показывала на всех, кто не достоин жить в городе, да и вообще жить. Таких оказалось немного, но все наги и маги имели высокий статус и огромные «заслуги» за спиной. Именно в этот момент, когда передо мной встала сложная дилемма – что же делать с этими тварями, прибыл правитель.
Я его никто ранее не видел, но даже моя сущность впечатлилась, когда перед нами появился сильнейший наг, небывалой величины и силы. Он не спрашивал много, он просто проник в мою память и аккуратно, я бы даже сказал – бережно, считывал всю информацию. Хмурился, кривил губы, кивал своим мыслям и переводил взгляд на Янину, что стояла поодаль меня и ножкой что-то рисовала на земле.
За эти дни она сильно устала, глазки поникли, и моя ведьма все чаще и чаще зевала и с тоской смотрела в сторону дома. Его, конечно, тут видно не было, но я ощущал, как Янина скучает по саду, как хочет увидеть Алику и Синара, как ей необходимо прикоснуться к стенам дома.
– Я принимаю твою кандидатуру на роль управляющего, – пробасил наг, – и даю вам сутки на отдых, а потом возвращайся в город. Тут нужно навести порядок. И ведьму свою береги, пусть дома сидит да детьми занимается. Нечего ей тут делать.
Я согласно кивнул и подошел к Янине, которая уже внимательно разглядывала удаляющуюся фигуру правителя.
– Можно домой, а? – заканючила она. – Не могу я тут больше!
– Нужно, – подхватил на руки, – извини, что приходится тебя с собой таскать. Но теперь ты будешь отдыхать и силы восстанавливать.
– Угу, – пробормотала недовольно, – и тебя совсем не видеть. Быть управляющим – это здорово, но хоть дома ты появляться будешь?
– Теперь мне есть к кому и куда идти!
Весь вечер Янина наслаждается тишиной и покоем, часто замечаю, как она стоит, прижавшись щекой к стене дома, с блаженной улыбкой на лице. Уж не знаю, зачем она так делает, но видно удовольствие получает безграничное. И пока моя любимая женщина приходила в себя, я договорился с лесным чудовищем о том, чтобы оно помогло мне организовать новое свидание. На деле, я попросил найти тихое место, где ведьма будет не только отдыхать, но и силой подпитываться. И ведь было такое месте!
Когда я, подхватив приготовленную Алфёрой корзину, предложил Янине прогуляться, она даже и предположить не могла, в какое удивительное место совсем скоро ее приведу. Правда, девушка почти сразу догадалась, что прогулка будет не совсем простой, но терпеливо молчала, лишь счастливо улыбалась и крепко держалась за мою руку.
 
Лес встретил чистым и свежим воздухом, пением птиц, и извилистой тропинкой под ногами, которая привела к широкому и невысокому дереву.
– Ты посмотри! – воскликнула Янина. – Там домик!
И действительно, на дереве имелся маленький домик и площадка, на которую мы совсем скоро взобрались. Разложив скатерть и выставив на нее продукты, я прижал к себе девушку и ощутил исходящую от нее волну благодарности и любви. Да! Именно любовь это было! Бескорыстная, чистая, вперемешку с восхищением.
– Мне так хорошо с тобой, – поделилась Янина.
Ее слова окрыляли, делали из меня не просто нага, а самого счастливого мага во всей вселенной.
– Мне отдали мой старый дом, – поделился я с Яниной, – только сегодня письмо получил.
– И? – девушка повернулась в моих руках и внимательно посмотрела в глаза.
– Хочу забрать вещи родителей, если они остались…
Ведьма согласно кивнула, а я понял, что жить в городе не смогу, да и не хочу. Дом этот – моим больше не был. Пусть когда-то там жил, но теперь он и то, что со мной было – в прошлом. У нас новое будущее, новая жизнь.
– Там правитель что-то говорил про то, чтоб я дома сидела и детьми занималась, – совсем неожиданно прервала мои размышления эта невыносимая женщина.
– Да, было такое, – напрягся весь, словно перед броском.
– Так вот, – продолжила свою мысль Янина. – Я уже отдохнула, дом у меня есть. Пора детей заводить.
Второй раз мне намекать не пришлось, я понял, в какую сторону клонит ведьма и широко улыбнулась. И за что мне это счастье, а?
***
Когда-то двухэтажный дом в хорошем районе города радовал глаз, сейчас же смотря на кирпичное строение я не испытывал былого восторга. Дом – как дом, точно такой же среди десятка других. Отличается, пожалуй, тем, что выглядит заброшенным.
Сняв тяжелый замок с ворот, распахнул их и медленно прошел внутрь заросшего сада. Некогда красивые деревья были в некоторых местах переломаны, от клумб с цветами совсем ничего не осталось – только вытоптанная земля, да пожелтевшие и примятые сорняки.
Стало неприятно от того, что сад подвергся таким издевательствам, правда ситуация в доме была еще хуже. Вся мебель перевернута и поломана, все шкафы и комоды раскрыты, а содержимое лежало прямо на полу, покрывшись слоем пыли.
Не трудно догадаться, что часть ценных вещей кто-то добросовестно вынес, оставляя самое ненужное.
Прикрыл глаза, пытаясь справиться с собой. Смотреть на разруху оказалось неприятно и больно. Сколько в этот дом я вкладывал сил и энергии?
Идя по полу и наступая на разбитые вазы и посуду, я твердой походкой добрался до лестницы и стал подниматься на второй этаж. Заставил себя не обращать ни на что внимания, двигаться к цели – тайнику в дальней комнате.
Я уже не был уверен, что что-то смогу найти, но хоть небольшой портрет родителей должен был сохраниться?
В свою комнату даже заглядывать не стал, лишь брезгливо поджал губы и добрался до кабинета.
О! Тут искали тщательнее, правда я так и не понял, что пытались найти. Никаких темных дел никогда не вел. Взятки не брал, в ссорах не участвовал. Полки с многочисленными учебниками были пусты, а книги пролистаны кем-то очень внимательно. Но… как я и говорил, ничего найти на меня не удалось.
Тайник, который остался так и не замеченным, открылся с трудом, зато из него я смог достать и маленький портрет родителей и последнее письмо отца, то самого, в котором говорится о выборе, где он целиком и полностью решил посвятить свою жизнь жене. Насколько ее хватит…
 
Перечитав эти строки, я просто сжег послание.
Уже давно неизвестно жива ли мать, жив ли отец. Выбор – выбором, но нас – детей, необходимо было держать в курсе событий. Хотя бы меня. Но, видимо, боль и горечь настолько сильно охватили мать с отцом, что они просто не додумались представить, какого будет их детям жить в неведении.