Позвонок (СИ)

— И кто крыса?
Браун тоже его изучал. С превеликим недоверием.
— Как ты и сказал, — пожал плечами тот. — Доверенное лицо, звено, скрепляющее клан Диюри и Луккезе.
Франк начал мрачнеть, понимая, что в подробности его, скорее всего, посвящать не собираются. Значит, и ему следует вести себя более закрыто.
— Бухгалтер, — потешился его реакцией Фрик. — Но что тебе с того?
  
— Ничего. Это не мое дело. Мое дело — это истребление «Дьявольских костей». Мы ведь поэтому встретились, верно?
— Да. Генри мне рассказал обобщенную версию твоей истории. Месть за брата, — парень с татуировками одобряюще закивал. — Достойно. Уважаю. Но я бы послушал подробнее, если не возражаешь. Понимаю, рассказывать о горе снова и снова неприятно. Но это важно для нашей скромной операции.
Одним большим глотком Франк Браун допил эспрессо. От фрика перед ним зависело отмщение «костям», поэтому подросток был готов пересказывать одно и то же столько, сколько потребуется.
Он поведал и о Якове, и об Армасе, и о том, в каком состоянии находилось тело Роберта Брауна во время обнаружения. Поведал о том, что случилось с семьей после похорон…
— Мне искренне жаль твоего мальца, — сказал Фрик после изложенной истории. — В «Восьмерке» ты проделал половину работы. С баллонами придумал хорошо, но пиздец отчаянно. — Он призадумался ненадолго, сложив руки кончиками пальцев. Веки больших глаз прекратили моргать, они раскрылись шире. Теперь Фрик смотрел на Франка жутковато и мертво. — За семью всегда нужно мстить.
— Поэтому я хочу отправиться в офис «костей» вместе с тобой, — уверенно заявил Браун. — Я буду полезен и смогу лично прикончить тех подонков. Отомщу им сполна.
Фрик моргнул, наконец, и откинулся на спинку пластикового стула.
— М-м-м, нет, — ответил он. — С офисом дела обстоят сложнее, чем с «Восьмеркой», приятель. Я уже был там, да. Погулял, осмотрел территорию. Вооруженные охранники натасканные, как псы, — парень положил кисть с черными ногтями себе на грудь. — Позволь мастеру сделать свое дело, ладно? Уверяю, я тебя не разочарую.
— Но мне нужно убить Якова, — Франк позволил себе встать, возвысившись над безмятежно сидящим Фриком. Взгляд его воспылал. — Я должен его убить, понимаешь? Он должен пострадать от руки Брауна!
— Окей. Если получится, я предоставлю тебе возможность убить этого Якова собственноручно. Повяжу бантик ему на лоб и тебе подарю. Но ты все равно не полезешь в офис. Не хочу ни в коем случае оскорбить твои навыки, однако ты можешь стать помехой в моем методе. Я привык работать один, поэтому прости, друг.
— Но…
— Я дам тебе планшет.
— Что? — Браун удивился. Ему показалось, будто он ослышался.
— Я дам тебе планшет, — повторил Фрик. Он снова дружелюбно улыбнулся юноше, будучи абсолютно расслабленным.
— Какой еще к хренам планшет? — не понял старшеклассник.
Неформал тоже поднялся с места и ткнул пальцем ему в грудь.
— Плоский.
Выждав еще несколько секунд, пока терпение Брауна кипело и коптило сосуд самоконтроля, он устало вздохнул.
— У меня будет камера, у тебя — планшет, — пояснил Фрик. — Чистая ярость, — добавил он после и, вновь не моргая, как завороженный, вперился в Франка. — Думаю, потом я смогу это изобразить. Это будет твоя картина, мой друг. Твой шедевр моими кистями.
Все страннее и страннее казался Брауну этот тип. Понимать его становилось непросто и это сердило. Но идея с камерой показалась весьма заманчивой.
Франк согласился.
  
Глава 33
 
День обещал быть ясным и безветренным. Иначе говоря, душным до невыносимости. Просто идеальный для того, чтобы обгореть и сбросить кожу, как ящерица. Но пока еще было утро и солнце только разогревалось, позволяя лесу насладиться накопленной за ночь влагой.
Стивен Вест и Сэнди Старрет проснулись рано. Свой выходной полицейский собирался провести в глубине «старой земли», охотясь на местную живность. У него не было особенных предпочтений — мужчина получал удовольствие от самого процесса охоты. Плевать, кто станет трофеем, пусть даже белки.
Однажды, пока Стив поливал помидоры в теплице из мутного стекла, дядя Захарии стоял рядом, наблюдал, попивая пиво, и рассказывал про меченного оленя, которого ему хотелось бы повстречать когда-нибудь. И, конечно же, застрелить. Этот олень являлся чем-то вроде легенды среди охотников.
Ходила молва, будто в далеком прошлом, когда первые поселенцы активно противостояли язычникам, живущим в лесу, один из жрецов привел к каменному алтарю Великой Богини молодого оленя с серебристой шерстью. У животного вытащили сердце, а вместо него вложили сердце добровольца-язычника. Серебристый круп жрец пометил собственной кровью, нарисовав символ: луну, почти заслонившей солнечный диск с тремя лучами. Племя так завывало в ритуале, что молодое поселение, будущий Город-1, не спало до самого рассвета, скованное страхом непонимания.
По благословению Великой Богини зверь преобразился: вытянулся в копытах, глаза его стянулись к переносице, став белыми, а в пасти прорезались зубы, характерные для хищников. Таинственный символ въелся в его шкуру, будто рубиновый шрам. С тех пор странное создание обреклось патрулировать окрестности поселения, а теперь уже и города, пожирая охотников. А те, в свою очередь, по сей день мечтают столкнуться с тварью, ибо видят в том вызов. Считается, что убийцу чудовища постигнет небывалая благодать.
Естественно, все эти россказни всерьез никем не воспринимались. По крайней мере, большинством. Ведь на каждую городскую легенду найдется кучка одержимых фанатиков, которые будут организовывать чуть ли не экспедиции, охотясь за призраками чужой фантазии.
Сэнди тоже не верил до конца, но некая надежда в нем все же обитала. За все время, проведенное на ферме, Стивен понял: полицейский либо настолько устал от обыденности, что хочет верить во всевозможную мистику, либо знает что-то такое, чего не знают другие. В последнем школьник сильно сомневался, несмотря на все странности, которые с ним случались. Тем более, что странностями он их не считал.
Вспоминая убитых бездомных, Вест обозначил этот случай, как «просто сорвался». И он собирался «сорваться» еще…
— Вот, держи. — Мистер Старрет вручил парню тот самый полуавтоматический карабин, что висел над камином. — Это мой Везунчик. Первая винтовка для охоты, которую я купил. Она точно принесет тебе удачу, парень.
— В прошлый раз из нее стрелял Зак, — едко ухмыльнулся Стив, вспомнив прошлую совместную охоту. — И все мимо.
Сэнди махнул рукой и громко закряхтел, изобразив смешок:
— Так проблема не в оружии, а в чьих-то корявых конечностях. Везунчик — замечательный охотник, Стивен. Были бы у него ноги, он бы тебе столько добычи набил!
Сам же мужчина взял вторую охотничью винтовку с продольно-скользящим затвором, так как считал себя более опытным. Он нес ее через плечо, чтобы периодически поглядывать в бинокль. Местность была ему знакома уже очень давно, и Старрет чувствовал себя уверенно. Облаченный в камуфляжную одежду, он настолько вписывался в окружающую природу, что запросто мог бы в мгновение ока превратиться в куст или лесную подстилку, просто замерев сидя или лежа.
Одеяние Веста было менее удобным. Оказалось, что со времен прошлой охоты парень здорово подрос и расширился в плечах. Теперь швы рукавов на куртке угрожающе трещали при каждом высоком подъеме плеча.
— Вот выкормишь себе такого приятеля, — сказал на это Сэнди, схватив себя за пивное брюшко через плотную ткань и потрепав. — И я тебе подарю свой старый камуфляжный костюм.
Юноша не отреагировал на шутку. Понятное дело, такой «приятель» ему был нужен, как глаз на заднице. Но полицейский не обиделся. Казалось, ему вообще все равно, оценивают его шутки или нет. Он сам шутил и сам смеялся. Этого было вполне достаточно.
Чаща густела. Кора старых древесных стволов все проворнее поглощалась мхом, из-за чего во влажном стоячем воздухе, пахнущем листвой и желудями, чувствовались землистые нотки.