Позвонок (СИ)

Вспыхнув от несправедливости, Землерой сощурил веки и различил за стеной пристройки знакомый силуэт Франка Брауна.
Тем временем Эндрю всадили несколько пуль в живот. Парень упал на колени, хрипло застонав от боли. Окровавленными руками он старался зажать рану, из которой, то и дело, выталкивалась жизнь.
Темнокожий Джокко начал бить из пистолета-пулемета даже не целясь. От такого залпа двое из пришлых попадали ничком. Один из них шустро пополз к магазину, но град пуль прогладил по его спине, остановив навсегда.
  
Ранивший Эндрю попытался утихомирить Джокко выстрелом в висок, но промахнулся, и в этот же момент сам отхватил пулю в плечо. Это был привет от Бена — мужчины, лет тридцати, который больше напоминал косматого бездомного в легком бронежилете.
— За Генри, сука! — во все горло завопил Бен. Он перезарядил пистолет и выстрелил снова, но не попал — противник Эндрю пригнулся, зажав раненную конечность.
В окне магазина мелькнула голова в черной кепке. Мужчина метко прикончил Бена в лоб и вновь скрылся.
— Нет! — рявкнул от боли Землерой. За все время работы они с Беном успели хорошо подружиться. Парень рванул к полуразрушенному зданию, где засел стрелок, но мимо пристройки пробежать не получилось — его сцапал Франк и потянул к себе за стену.
— Тупица, — выплюнул Браун и с презрением посмотрел на товарища.
— Он убил его! — тот никак не мог справиться с эмоциями, практически впав в истерику.
— Ты тоже на тот свет хочешь?! — старшеклассник от души прописал Землерою пощечину. Это мгновенно его заткнуло и, похоже, отрезвило рассудок.
Второго лежащего чужака Джокко тоже добил. Оставалось двое: крыса в магазине и открытый смельчак. Второго окружили быстро и так же быстро уложили спать вечным сном.
Браун молча покинул укрытие и обогнул магазин с торца. Остальные ребята из банды также направились к последнему выжившему. Тот осознал, что остался один и запаниковал. Он высунулся из окна и теперь стрелял то в Землероя, то в Джокко, не позволяя им приблизиться.
Тип в черной кепке так увлекся отстаиванием собственной жизни, что не заметил, как через пролом в стене пролез Франк. Парень совершенно без спешки выпрямился, прицелился и, ничего не говоря, пальнул в последнего противника. Через раму перелетела черная кепка и вся округа мертвецки затихла.
— Франк опять хедшоты раздает, — нервно хмыкнул Землерой. Его не на шутку колотило, но парень старался держаться изо всех сил. Даже улыбался. Правда, пугающе криво и дрожа губами.
Браун выскочил к товарищам через окно и спрятал пистолет во внутренний карман куртки. Лицо юноши не выражало никаких эмоций, кроме бесконечной угрюмости.
Это была его первая крупная перестрелка. Ему следовало паниковать, тонуть в волнах адреналина, но почему-то на душе царил полнейший штиль. В мыслях Франка вертелось лишь то, что с Робертом случилась беда именно здесь, в этом проклятом слепом дворе. И почему это место магнитом притягивает неприятности?
Теперь для Франка было важно узнать правду и найти брата… В любом виде. От последней мысли у парня немели все органы. Они словно покрывались коркой льда и замирали. Леденела вся нервная система, лишаясь возможности что-либо испытывать.
Страшнее всего было допустить, что Роберта больше нет в живых. Ведь он бы не выбросил любимую новую настольную игру, если бы все было в порядке.
Браун не терзался тем, что стал убийцей. С каждым выстрелом он будто высвобождал импульс гнева, направленный на врага, как на обидчика Роба. Даже если эта шпана никакого отношения к брату не имела. Ему было плевать. Он выпускал этот импульс и на миг испытывал облегчение. Всего на миг. Затем тяжесть утраты вновь обрушивалась на него неподъемным обвалом.
Под тяжелым молчанием Землероя и Джокко, старшеклассник закурил. Он глубоко втянул легкими дым и прикрыл глаза.
— Я позвоню Ромулу, — спокойно сказал он. — А вы стащите тела в ряд.
— После такого шума, здесь скоро будет полиция, — Землерой не переставал нервничать. — Мы наверняка попали на камеры, пока добирались до этого места.
Франк медленно кивнул, снова затягиваясь и выдыхая:
— Именно поэтому я позвоню Ромулу.
Ромул Брэгг подъехал аккурат, когда вокруг домов начало сжиматься кольцо из воющих сирен. Благо, Позвонок прибыл не один, а в компании еще трех черных внедорожников, набитых незнакомыми Брауну людьми. Одетые в строгие классические костюмы, члены «Дьявольских костей» вышли из машин и окружили двор, поджидая блюстителей порядка. Ромул же прошел дальше, где его встретили Франк, Землерой и Джокко. В отличие от остальных «костей», он был одет в простую темно-красную футболку без рисунка и джинсы. Его черные волосы вились и от хаоса их удерживал только бесцветный обруч.
Опустив взгляд вниз, молодой мужчина нахмурил густые темные брови: на холодной земле, перемешанной со старыми фантиками и прочим мелким мусором, друг подле друга лежали мертвые люди.
Истекший кровью Эндрю все еще смотрел в осеннее ночное небо безжизненно блеклыми глазами. Рядом с ним, скривившись в гримасе страдания, лежал почти прозрачный от бледности Генри, а возле него, с дырой в черепе, — Бен. На последнем уже не было бронежилета — его торжественно присвоил Землерой, посчитав, что друг был бы не против.
Далее штабелями покоились шестеро чужаков, посягнувших на территорию. Еще желторотые юнцы, дай бог, студенты. Похожие между собой, как братья.
Брэгг задумчиво почесал широковатый, идущий к низу нос, покрытый кофейными веснушками. Опершийся спиной о стену Франк Браун размерено выпускал на волю грязные облака дыма и следил за ним.
Лидер выглядел несколько озабоченным, но ни капли не сожалел о погибших.
— Мы сильно влипли, Ромул? — посмотрел на него виноватым щенком Джокко.
— Вы угробили ничейных ребят, — Позвонок ответил так тихо, что парням пришлось напрягать слух, чтобы услышать его на фоне сирен. — И поступили правильно. Кто еще защитит квартал?
— Я говорил про полицию.
— Нас за это повяжут, — Землерой завертел головой, подобно дикой зверушке, опасаясь, что копы начнут заходить во двор, но никто так и не появился, хотя стены крайних домов зажигались то красным, то синим, отражая свет от проблесковых маячков.
Ромул усмехнулся на одну сторону, умиляясь нервозностью подчиненных:
— Как видишь, еще не повязали. Поезжайте домой, парни. Вам нужно прийти в себя после непростой ночки.
— А трупы?
— А трупами, Землерой, займутся другие люди.
— Бена ведь похоронят? — не унимался тот. — Он был моим хорошим другом. Я имею право приходить к нему на могилу. У него ведь будет могила, Ромул?
Не изменяя самообладанию, подобно видавшему всякое психотерапевту, Позвонок пронзительно посмотрел на худощавого, катящегося в бездну истерии Землероя. Парень распознал в этом невербальном сигнале пассивную угрозу и мгновенно взял себя в руки. Пришлось покорно кивнуть и вернуться к хэтчбеку, попутно одернув за собой и Джокко. Темнокожий полный парень все еще опасался мелькающих огней у дороги, но никто так и не помешал завести машину и уехать.
Один Франк не спешил покидать место перестрелки, продолжив курить уже вторую сигарету.
— Ты хорошо поработал, — констатировал Ромул. Он уже понял, что Брауну есть, что сказать, но слова эти не для ушей посторонних. — Метко прошиваешь головы.
— Понравился твой подарок, — ответил на это старшеклассник и затушил недокуренную сигарету о холодную стену. — Тренировался.
Ромул терпеливо выдохнул:
— Вываливай, что тебя беспокоит.
— Мы ведь хорошие кореша, Ромул, верно?
— Так, — Позвонок напрягся и посмотрел, как смотрят волки, защищающие добытую еду. — Конечно, Франк. А теперь говори, к чему был задан этот вопрос? Требуешь особенной награды?
— Ага, — Браун и не собирался скрывать. — Сюда не стеклись копы явно не потому, что не нашли вход во двор.
— Очевидно. К чему ты клонишь? Давай не мять яйца, Франк. Чего ты хочешь?