Школяр (СИ)
Директор дуэльного корпуса, задыхавшийся от бессильной ярости, был вынужден утвердительно кивнуть, зал, в принципе не прекращавший гудеть, начал освистывать его трусость, а Зыбина, презрительно сплюнув себе под ноги, порывисто развернулась на месте и вопросительно уставилась на мою личную целительницу, как раз закончившую диагностику.
Та быстренько озвучила диагноз и разок дернула себя за мочку уха, тем самым дав понять, что поставит меня на ноги за сутки при наличии одного стандартного накопителя с Жизнью.
Раиса Александровна удовлетворенно кивнула, покосилась на моего противника, которого в этот момент пытались уговорить лечь на носилки, и повернулась ко мне:
— Гонять на спортивных машинах со сломанными ребрами — то еще удовольствие, поэтому давай-ка, племяш, прогуляемся в медблок и, пожалуй, припашем к работе еще пару целителей. И… да: с почином! Хотя, между нами, девочками, говоря, ошибок ты наделал — застрелиться и не встать. Впрочем, с учетом того, что рубился не с простолюдином, а с княжичем, которого, по определению, дрессируют далеко не самые бесталанные пестуны на свете, то все прошло просто прекрасно!
— Спасибо, теть Рай! — обрадовался я и ничуть не удивился, услышав еще одно «уточнение»:
— Пожалуйста. Но над тактикой дуэлей придется поработать поплотнее…
Глава 9
Часть 1
6 ноября 849 г. от ОВД.
…Урока по тактике ведения магических поединков или, как его обычно называли лицеисты, ТМП, я ждал с нетерпением, ибо изнывал от желания увидеть личность, о которой Раиса Александровна говорила с глубочайшим уважением. Поэтому при появлении Мстислава Рогволдовича на пороге его же кабинета на миг замешкался. Впрочем, встал далеко не последним, влился в хор общего приветствия и продолжил изучать Земляка в ранге Архимаг.
Выглядел семидесятитрехлетний Гаранин от силы на сорок-сорок пять, при росте под два метра весил порядка ста тридцати килограммов, а двигался на зависть любому молодому Воздушнику. Но это было неудивительно, ведь он, отставной пластун, вышедший в отставку с должности командира отдельной бригады особого назначения, заработал ранг в реальных войнах и приграничных конфликтах, за долгую и насыщенную жизнь провел более двух тысяч поединков, в львиной доле из которых, кстати, кошмарил иностранных «коллег», проиграл всего чуть более тридцати, продолжал тренироваться и, по слухам, изредка выполнял отнюдь не мирные задания Тайного Приказа!
Что интересно, аурой, которая у Архимага должна была быть воистину чудовищной, не давил от слова «вообще», что просто кричало о высочайшем уровне контроля Силы. Но лично мне хватило и тяжеленного взгляда из-под надбровных дуг, упрямо выдвинутого вперед подбородка, увенчанного седой бородкой, лысого черепа и одежды темных тонов.
Пока я разглядывал преподавателя, он подошел к кафедре, оперся на нее локтем и без какой-либо раскачки начал урок:
— Итак, сегодня я хочу разобрать вчерашнюю дуэль между Елизаветой Тимофеевной Калитиной, к сожалению, еще не успевшей восстановиться и поэтому отсутствующей в классе, и Лютобором Игоревичем Дерябиным. На первый взгляд, победа вашей одноклассницы была неминуема: она — дворянка, с раннего детства тренирующаяся под руководством опытнейших пестунов, полноценный маг, инициировавшийся в сентябре, и Огневичка, на этом этапе развития прогрессирующая не в пример быстрее магов Земли, а ее противник — «всего-навсего» простолюдин и недавно пробудившийся Земляк. Вот вы и повелись, сделав ставки на очевидный исход и сделали немного состоятельнее госпожу Зыбину, больше известную по прозвищу Суккуба, меня, господина Дерябина и его личную помощницу. Впрочем, это — дело десятое: мне хотелось бы услышать ваш разбор причин столь сокрушительного поражения Елизаветы Тимофеевны. Кто хочет начать?
Желающих, как ни странно, было предостаточно, и Гаранин сделал выбор сам, подняв на ноги княжича Васильчикова. То ли потому, что тот, как и как и Калитина, был Огневиком, то ли как бойца, пережившего аналогичную «трагедию».
Ярослав Федорович, не простивший мне фактического поражения, не нашел ничего умнее, чем заявить, что я являюсь простолюдином только де-юре, а на самом деле всю сознательную жизнь тренируюсь под руководством одной из лучших поединщиц Империи!
Архимаг изумленно выгнул бровь, понял, что княжич искренне верит в этот бред, и насмешливо фыркнул:
— Забавная точка зрения. Но права на жизнь не имеет: судя по технике, продемонстрированной в двух поединках, Лютобор Игоревич занимается под началом Суккубы от силы месяца три, а базу ему ставил довольно неплохой пластун с соответствующей профессиональной деформацией психики. Кстати, ставил не один год и, на мой взгляд, преуспел: ваш одноклассник не тратит время на надувание щек и самолюбование, а работает почти как в реальном бою, то есть, исключительно на результат, лишь изредка ломая себя об колено, дабы ненароком не убить вас, пока-еще-не-противников.
Класс, естественно, возмущенно зароптал, но Мстислав Рогволдович недовольно нахмурился, и этого хватило.
— Кто может описать ошибки, допущенные Елизаветой Тимофеевной?
После этого вопроса над партами снова взметнулся лес рук, и Гаранин выбрал другую «счастливицу» — Евгению Евдокимову.
Поднявшись на ноги, Ледышка зачем-то сообщила, что пересматривала запись боя несколько раз, потом попросила разрешения вывести ее на большой экран, залила файл в систему, включила воспроизведение и фантастически бездарно разобрала первые сорок секунд дуэли! Нет, на первый взгляд, все ее объяснения звучали толково, но описывали происходившее в записи, как любила выражаться матушка, в стиле «Если бы да кабы…». За что была прервана и усажена на место. А вот мнение Виктории Ждановой, поднятой на ноги после нее, и порадовало, и рассмешило. Как минимум, Гаранина и меня:
— Лизка — дура: готовясь к этому бою, нацепила полупрозрачный верх в расчете на то, что Дерябин не сможет не пялиться на просвечивающие соски, что подарит ей тактическое преимущество. Против кого-нибудь другого этот способ, быть может и сработал бы, но Лютобор Игоревич — Земляк, то есть, с раннего детства привык к не в пример более объемным формам, вот эти прыщики даже не замечал. В результате ни одна контратака, рассчитанная на потерю темпа из-за рассеивания внимания, не прошла…
— Несколько грубовато, но толково! — пряча улыбку, заявил Архимаг, похвалил девчонку за то, что она увидела самое главное, поставил ей десятку и оглядел класс очень тяжелым взглядом: — В каждом из ваших родов есть «великие теоретики», специализирующиеся на изучении магии. Некоторые их разработки действительно работают в реальных боях, но каждую из них надо применять исключительно в тех ситуациях, на которые она и рассчитана. Скажу больше: связками, НЕ вбитыми в подсознание, можно пользоваться ТОЛЬКО на тренировках. А на дуэлях и, тем более, в схватках не на жизнь, а на смерть, необходимо работать на том, что выполняется на уровне рефлексов!
Для того, чтобы не показаться голословным, он вывел на экран запись моего боя с княжичем Засекиным и показал в замедленном режиме момент моего падения:
— Как видите, Лютобор Игоревич не ожидал этого броска, тем не менее, первое правильное движение сделал еще в воздухе и, тем самым, переломил заведомо проигрышную ситуацию в свою пользу.
Потом уделил несколько минут другой системной ошибке Калитиной — попыткам «жечь» меня заклинаниями Огня. Вернее, фактически высмеял это решение:
— Да, она уже маг. Но маг НАЧИНАЮЩИЙ! Поэтому ее заклинания не жгут, а греют. Да, моментами достаточно сильно, но делать на это основную ставку — форменный идиотизм!
Тут поднял руку Павел Крашенинников и спросил, почему Гаранин разбирает ошибки моих противников, а о моих даже не заикнулся.