Стрелы Сехмет (СИ)

  
Глава 33
 
Вокруг царили чернота, круговорот звёзд и мельтешение планет. Реальность складывалась гармошкой, сверкала узорами калейдоскопа. Я переместился на один из висящих вокруг Шамбалы утёсов, чтобы пронаблюдать за тем, что будет происходить. Марина казалась неимоверно тяжёлой: это из-за моих ран, ушибов и Бог знает, чего ещё. Я положил девушку на землю, мои руки были в её крови. Я почувствовал приступ паники при мысли, что она может умереть, и поместил Марину в стерковую петлю, чтобы замкнуть время в кольцо и тем самым остановить кровотечение. Теперь девушка находилась в подобии антиэнтропийного кокона.
Подняв голову, я увидел выбегающих из дворца солдат. Они на ходу разворачивались и стреляли в проход. В окнах сверкали вспышки взрывающейся плазмы, во все стороны летело каменное крошево. С шипением через крышу вырвался белый сияющий столп: спецназ заложил заряд в одном из залов Шамбалы. Рушились великолепные, покрытые барельефом колонны, падали портики, из брешей вырывался чёрный дым, запах которого достиг меня буквально через пару минут. Воздух был наполнен грохотом, в котором смешивались стрельба, взрывы и падающие камни.
Из ворот Шамбалы вылетели неуклюжие на вид уродливые роботы, ощерившиеся оружием, исторгающим синие сгустки незнакомой мне энергии. Они поражали солдат одного за другим, и те падали, обмякая, как тряпичные куклы. Несколько штурмовиков взлетели и устремились прочь, но их сбили.
Тогда в воздух поднялись глайдеры. Они выстроились перед дворцом полумесяцем и выпустили ракеты. Взрывная волна едва не сбила меня с ног!
Шамбала раскололась на куски, взлетела фонтаном осколков, охваченные огнём роботы падали подобно обожжённым насекомым. Я испытывал нечто вроде благоговейного ужаса. Неужели архонты не могли защитить своё царство⁈ Как они вообще допустили подобное?
Нужно было убираться. Я мог выбрать любое место во вселенной. Куда же отправиться? Ответ был очевиден: в Москву! Там у нас ещё остались незаконченные дела. Но я не мог оставить Омфал штурмовикам. И вообще, пора избавить человечество от этого яблока раздора. Оно оказалось не готово к этому открытию: архонты слишком поторопились открыть людям правду о загробной жизни. Пусть Долина Смертной Тени побудет ещё немного под завесой тайны. Я открыл новый стерк-тоннель и мысленно потянулся к Обелиску. Увидел зал Шамбалы, где он был установлен. Огромная тень накрывала обелиск, и я узнал Азраила. Он смотрел на меня сквозь пространство тысячами глаз. Сотни языков одновременно начали шевелиться, произнося слова:
— Что ты хочешь сделать⁈
— Забираю Омфал! — ответил я твёрдо. — Ему не место на Земле.
— Куда ты хочешь спрятать его?
— Туда, куда люди не смогут добраться. По крайней мере, пока.
Азраил расправил крылья с тихим шипением. Казалось, он заполнил весь зал, закрыл собой Омфал, будто пытаясь защитить его от меня.
— Ты хорошо подумал?
— Да-да! Если его не спрятать, до него доберутся штурмовики, а они церемониться с ним не станут!
— Ты можешь взять Омфал! — провозгласил Азраил и сложил крылья.
Тотчас он словно уменьшился, и мне стал виден обелиск. Я сконцентрировался и проложил тоннель между ним и Титаном, спутником Юпитера. Там, в глубине космоса, артефакт будет недоступен человечеству ещё многие десятилетия, если не дольше. Омфал оторвался от пола в зале Шамбалы и устремился прочь, в ледяную черноту.
Когда я впервые увидел его, он казался мне огромным, теперь же обелиск выглядел не больше спичечного коробка. Здесь, в стерк-пространстве, размеры были так же относительны, как и время. По меркам космоса, любой артефакт — мелочь. Я водрузил Омфал в естественной пещере среди скал Титана, где ему не могли повредить радиация, солнечный ветер и метеоритные дожди. Я сохраню его для людей и отдам его им, но не раньше, чем они… нет! Не они, а ВСЕ МЫ — будем готовы! И тогда человечество узнает, что смерти нет, и оно необходимо вселенной, которая вовсе не стремится уничтожить его. Я буду ждать и надеяться, что эти времена наступят как можно быстрее.
 
Думаю, архонты нарочно позволили Марине определить координаты Шамбалы: они пожертвовали древним царством ради того, чтобы я принял решение, а вместе с ним и ответственность: убрать Омфал с Земли. Это был мой первый шаг в качестве хранителя обелиска. Благодаря появлению спецназа я оказался в ситуации, требующей немедленного выбора — знакомый метод, которым воспользовалась Марина, чтобы помочь мне открыть тоннель в стерк-измерение. Архонты бросили меня в море, и мне пришлось учиться плавать.
А сейчас, когда Омфал был в безопасности, у меня имелось ещё одно важное дело. Я потерял одну из тех, кто доверился мне, Божану, и не хотел, чтобы в Дуат раньше времени ушла другая дорогая мне женщина — Марина. Я вернулся к девушке и поднял её.
Дворец Шамбалы был наполовину разрушен, и десантники, воодушевлённые успехом атаки глайдеров, устремились в его ещё целые залы. Их ждало разочарование: ни меня, ни Омфала там уже не было.
Я держал Марину, чувствуя, что в руках у меня запутавшийся ребёнок. Без сознания она казалась меньше и беззащитней, чем в действительности. Но, как ни парадоксально, именно это впечатление было истинно. Я должен был сохранить ей жизнь, даже если она выберет сторону моих врагов. Кровь струилась по моим рукам, но это движение было иллюзорно: в стерке я замкнул её течение. Марина не умирала, она застыла в том состоянии, в котором я подхватил её в зале Шамбалы. Однако, судя по тому, что она была без сознания, ранение оказалось тяжёлое, и девушка была на пороге смерти.
Я пытался сообразить, что делать. Марине требовалась помощь. К кому обратиться? Можно переместиться в больницу, но это вызовет переполох, и в любом случае немедленно явится полиция. Девушка будет спасена, но какой ценой. Я мог выкрасть её в любой момент после того, как её подлатают, но я не мог постоянно следить за ней, а что с Мариной могут сделать, пока она будет без моего присмотра? Да что угодно — вынужден был признать я. Хоть убить, хоть полностью стереть личность. В конце концов, в глазах её создателей она всего лишь клон, инструмент, выращенный для того, чтобы служить их интересам. Они, не задумываясь, перепрограммируют её для нового задания — это гораздо логичнее, чем избавляться от дорогостоящего клона. От такой перспективы меня замутило, и я решил поступить иначе. В голову пришло, что Мила раньше работала в бригаде скорой помощи. Затем, с благословения преподобного Никанора, сменила род занятий, но дома у неё наверняка есть всё необходимое. Опыт говорил мне, что люди не избавляются от принадлежностей прежних профессий. Если человек был охотником, у него всегда будет ружьё, если лечил людей, хоть стетоскоп у него дома да найдётся. Я надеялся, что у Милы есть медицинское оборудование, которое поможет спасти Марину. Если нет, мне останется только одно: переместиться в больницу и взять в заложники бригаду врачей до тех пор, пока девушка не будет вне опасности. А затем — долгое путешествие в стерке, пока Марина не сможет позаботиться о себе сама.
Согласится ли Мила помогать нам? Вот ещё один вопрос, который я задал себе прежде, чем начать перемещение. С чего я взял, что она захочет так рисковать? Об этом мне говорила лишь интуиция, вера в то, что нас связывала не только служба, но и дружба. Пожалуй, стоило рискнуть.
Я создал стерк-тоннель. Даже удивительно, что это получилось так легко и быстро. На ум пришли древние легенды о волшебниках, способных мгновенно перемещаться из одного места в другое и даже путешествовать по разным мирам. Неужели наши предки действительно когда-то умели это? И как они утратили этот дар? Могли ли архонты забрать Омфал, когда решили, что он может быть опасен, или это знание ушло само, со смертью тех, кто владел им?
  
Глава 34
 
Каждый раз, когда я открывал стерк, у меня захватывало дух.
Миг — и мы с Мариной оказались посреди тёмной комнаты. Горел только ночник с красным абажуром. Это гостиная. Пахло жареным мясом и овощами. Прислушавшись, я различил звон посуды, доносившийся с кухни. Бережно положив Марину на диван, я пошёл на звук и через пять секунд увидел Милу. Она готовила, стоя ко мне спиной.