Стрелы Сехмет (СИ)

Я сконцентрировался, и через пару мгновений мы оказались на краю скалы, а перед нами зияла пропасть. От этого так захватывало дух, что мы с Мариной одновременно схватились друг за друга и буквально отскочили назад. Сердце у меня бухало в груди, на лице выступила холодная испарина.
— Где мы⁈ — приглушённо спросила Марина, озираясь.
Я тоже огляделся, причём с не меньшим недоумением.
Место, которое должно было быть Шамбалой, оказалось обломком скалы, парящим над огромной расщелиной. Туман (а может, облако) окружал скалу и единственную постройку на ней — дворец, расположенный на вершине, к которому вела лестница с таким количеством ступеней, о каком и подумать страшно.
Обломок, на котором мы очутились, был окружён ещё несколькими. Они располагались ниже, поэтому мы не увидели их сразу. Там тоже были здания — кажется, я даже различил что-то вроде аэропорта. Скалы были соединены подвесными мостами, сделанными из бамбука и канатов.
Марина крепко вцепилась в мой рукав. Её самоуверенность куда-то улетучилась.
— Всё нормально, — проговорил я. — Мы на месте.
— Это Шамбала⁈ — спросила Марина почти шёпотом.
— Да. И, кажется, нам туда, — я указал на дворец.
— Господи, сколько ж тут ступеней⁈
— У нас есть отличная возможность их пересчитать, — я старался говорить непринуждённо, чтобы Марина немного расслабилась.
Я увлёк её к подножию лестницы. Здесь находились статуи двух существ: шестирукие косматые звери с человеческими лицами, изуродованными слишком широкими ртами и близко посаженными глазами, разлеглись на двухметровых пьедесталах, покрытых вырезанными в камне символами.
— Что за твари⁈ — с отвращением проговорила Марина, задирая голову, чтобы взглянуть на чудовищ.
— Без понятия, — ответил я.
Мы начали подъём, и через несколько минут я понял, что это затянется. Надо, пожалуй, снова воспользоваться своими способностями. Марине, похоже, пришла в голову та же идея.
— Давай через стерк, а? — проговорила она, тяжело дыша. — Я, конечно, обожаю кардио, но силы нам, возможно, ещё пригодятся.
Мы остановились на одной из ступеней, и я попытался войти в тоннель. Именно, что попытался, потому что ничего не вышло. Судя по всему, в Шамбале обитали существа, куда лучше знакомые с природой стерк-пространства, чем я, и не желающие, чтобы по их территории перемещались чересчур быстро.
— Ничего не выходит, — проговорил я с искренним сожалением. — Похоже, тут какая-то блокировка.
— Уверен? — спросила Марина, с тоской глядя вверх, на оставшиеся ступени.
— Абсолютно. Придётся идти пешком.
— Думаешь, нас там встретят, как родных?
— Пока не поднимемся, не узнаем.
Вздохнув, Марина продолжила подъём. Я догнал её, и дальше мы пошли вместе.
Через некоторое время мы сняли тёплую одежду и оставили её на ступенях.
— Я сброшу килограмм десять! — пропыхтела Марина.
— Ну, для тебя это будет смертельно, — попытался я пошутить, но девушка даже не подумала улыбнуться.
Приходилось делать время от времени передышки, но через час лёгкие всё равно буквально горели огнём. Как и ноги.
На очередном «привале» я ради интереса попробовал выйти в Сеть, и это получилось. Заодно убедился в том, что мы могли беспрепятственно покинуть Шамбалу. Значит, ограничения касались только перемещений внутри древнего города.
Марина что-то изучала на своём ручном терминале, хмурилась и хмыкала. На мой вопросительный взгляд ответила:
— Не могу определить, где мы. Навигатор не работает.
— Ничего удивительного. Это же Шамбала. Мы на куске парящей над пропастью скалы.
— Всё равно похоже на Землю.
— Думаю, это она и есть.
— Со спутников это место давно обнаружили бы.
— Не обязательно. Уверен, тут неплохая защита от всех сканеров.
— Да, наверное, — согласилась Марина. — Я, вообще-то, думала, что Шамбала расположена в стерк-измерении.
— Получается, нет.
На самом деле, я не был уверен, что это именно та Земля, где мы находились недавно. Но говорить об этом Марине не стал. Ей и так хватало впечатлений. Да и что толку от предположений?
 
Вскоре мы продолжили восхождение. Силы наши были почти на исходе, я ждал, когда откроется второе дыхание, но оно не торопилось на помощь. Минуты тянулись, как часы, пот катился с нас ручьями.
— Да, теперь понятно, что это испытание для тех, кто действительно твёрд в решении попасть на вершину! — едва дыша, проговорил я.
Марина ничего не ответила. Только вытерла рукавом лицо и стиснула зубы.
Отдыхать приходилось всё чаще, и в конце концов мы буквально упали на ступени и полчаса лежали, стараясь отдышаться и прийти в себя. Было такое чувство, будто в ноги залили свинец. Разговаривать не было ни сил, ни желания.
Когда мы, наконец, поднялись, чтобы продолжить путь, то заметили чуть выше по лестнице человека в зелёной тоге и плоской шапочке. На вид ему было лет шестьдесят, длинные усы и борода были абсолютно седыми. В руке он держал хрустальный многогранник, внутри которого пульсировал алый огонёк. Очевидно, это был один из архонтов. Он сделал нам знак приблизиться. Мы поднялись по ступенькам, не сводя с хранителя Шамбалы глаз. Когда до него оставалось метра два, он сделал какой-то жест над шаром, и реальность на мгновение исказилась: абрисы предметов вспыхнули, как после радиоактивного облучения, а по воздуху прокатилась волна, преломляя свет и смещая всё вокруг.
Мы оказались в большой светлой комнате, одна из стен которой была сделана из стекла. Из мебели — только циновки и низкий деревянный столик, к которому направился архонт. Обернувшись, он жестом пригласил нас присоединиться к нему. Марина смотрела на меня вопросительно, её зрачки были расширены. Я кивнул и пожал ей плечо, чтобы дать понять, что всё в порядке.
Мы втроём сели за стол, и в комнату тут же влетел окутанный голубым свечением робот, из которого торчали не меньше дюжины манипуляторов. Видеть его здесь, мягко говоря, было странно, но, судя по всему, прогресс нигде не стоит на месте. Даже в Шамбале. Впрочем, поправил я себя тут же, здесь он как раз шёл полным ходом, намного опережая тот, к которому мы привыкли. Более того, архонты, должно быть, и управляли им, побрасывая нам время от времени научные «открытия».
Пахло сандаловым маслом, хотя нигде не было ни лампад, ни ароматических палочек, ни, тем более, освежителей.
Я заметил, что старик внимательно смотрел на нас с Мариной, переводя взгляд с одного на другого. На его лице появилась едва различимая улыбка.
— Меня зовут Намган-Тобгял, — произнёс он на каком-то незнакомом языке, но при этом мы его поняли. — Я — тридцать первый и самый старший архонт Шамбалы, — старик выдержал двухсекундную паузу. — Добро пожаловать!
  
Глава 30
 
Когда наш отряд попал на передовую, мне казалось, что ад и наш мир стали едины. Война была в самом разгаре: османы отступали, но крайне неохотно, зубами вгрызаясь в каждый клочок земли. Кругом была выжженная на два метра вглубь земля, от деревьев остался только пепел, да и тот давно унёс ветер. Повсюду виднелись руины, воронки и вмятые в чернозём танки, воткнувшиеся в землю коптеры и глайдеры.
Я взирал на эту картину с почти священным ужасом. Мне казалось, что все мы, попавшие сюда, обречены — нас привезли на заклание Молоху. Но оказалось, что всё не так. На самом деле, нам приходилось воевать не так уж много — основную работу делали всевозможные машины разрушения. Пехоте же оставалось только дожидаться, когда потребуется более тонкое, так сказать, хирургическое вмешательство. Нас бросали на операции по освобождению и захвату заложников, на разведку — словом, туда, где колонные техники были бы лишними. И это были опасные задания. Через два месяца в нашем отряде осталось двадцать три человека из тех, кто прибыл на фронт. Новичкам тоже не слишком везло. Я жил в постоянном ожидании конца: казалось, вот-вот настанет моя очередь отправиться в Преисподнюю.