Неуправляемый мужчина (ЛП)
— Ну, мать твою.
— Я вижу, что до тебя не доходит, но мне все равно, — объявила я. — Слишком поздно. Я не понимаю правил твоей игры, но понимаю то, что мне они не нравится. Ты должен выслушивать меня тоже, игра должна быть веселой, а твоя игра для меня совсем невеселая. Совсем. Когда игра приводит в бешенство, пугает, мне не нравится она, ни то, ни другое. Мне нравятся твои дети. Они хорошие ребята, поэтому то, что я скажу сейчас касается тебя, а не их. Я хочу, чтобы твои дети досмотрели фильм, а потом я буду очень тебе признательна, если ты уйдешь вместе с ними. И кстати, — закончила я, — мне все равно, примешь ты мое заявление об увольнении или нет. Завтра меня не будет в твоем офисе, и я не вернусь. А теперь, пожалуйста, слезь... с меня.
— Послушай меня, детка, — мягко сказал он.
— Нет, — резко ответила я.
— Тайра, послушай меня.
— Нет!
Его большой палец слегка коснулся моих губ, голова наклонилась вниз, и я почувствовала, как его зубы прикусили мочку моего уха. Мое тело замерло от шокирующего головокружительного укуса, груди набухли, пальцы вцепились в его плечи, а живот опустился, прежде чем он прорычал мне в ухо:
— Послушай меня.
Я молчала, его большой палец соскользнул с моих губ, рука опустилась мне на голову сбоку, он прижался губами к моему другому уху, держа меня в плену, говоря:
— В клубе не очень хорошее происходит дерьмо и за пределами клуба тоже. Не очень хорошее дерьмо с Наоми. У меня полно проблем, которые нуждаются в моем внимании. Мне нужно быть начеку. Мне не нужно думать в этот момент о твоем сладком рте вокруг моего члена, или о моем члене в твоей тугой, влажной киске, а я хочу думать только об этом. Когда я говорю, что должен оставаться начеку, детка, я имею в виду, что не должен думать о том, что я хочу, иначе могу стать мертвецом, и когда я говорю стать мертвецом, я имею в виду, не дышащим. Ты не вписываешься во все это дерьмо, которое происходит в моей жизни в данный момент, если я не смогу заставить тебя вписаться. Это все, что я могу тебе дать, и это все, что ты можешь получить от меня. И ты примешь то, что я тебе дам, Рыжая. Ты не уволишься и никуда не исчезнешь. Ты будешь там, где я хочу, ты будешь делать то, что я хочу, и ты будешь слушать то, что я хочу тебе сказать, и если ты не будешь всего этого делать, то я найду способ заставить тебя сделать по-моему. Это тебя пугает, ты должна научиться справляться со своим страхом, и ты научишься не бояться, потому что я скорее отрежу себе руку, чем причиню тебе страдания и боль. Но ты облажалась, детка. Ты показала мне то, что я хочу, а я получаю всегда то, что хочу, и я сделаю все, что должен сделать, чтобы это получить. Так что ты должна точно понять это прямо сейчас, Тайра. Ты... влипла. Найди какой-нибудь способ справиться со своими страхами, и мой тебе совет — не сопротивляйся. Если ты будешь сопротивляться, я возьмусь за тебя. Это я тебе гарантирую. Ты поняла меня?
— Ты пугаешь меня даже сейчас, Тэк, — призналась я с придыханием, потому что лежала на спине, но то, что он говорил, заставляло мое дыхание прерываться, и я ничего не могла поделать, чтобы выровнять его, главным образом потому, что не врала ему. Он, действительно, меня пугал прямо сейчас.
Он поднял голову, его другая рука поднялась, обе руки обхватили мое лицо, и он посмотрел мне в глаза, прошептав:
— Чего ты боишься?
Чего я боюсь? Боже мой, он сошел с ума.
— Всего, что ты сказал, — ответила я ему.
— Выброси это из головы, — потребовал он.
— В клубе творится не очень хорошее дерьмо?
— Да, в клубе не очень хорошее дерьмо.
Он не стал вдаваться в подробности, просто подтвердил, а я продолжила:
— И за пределами клуба тоже?
— Тоже и за пределами клуба.
Он ничего не уточнял, только подтверждал свои же слова, понятно, что больше от него я ничего не узнаю.
Поэтому прошептала:
— Ты мог бы умереть?
— Да.
— ОМойБог. — Прошептала я.
— Детка…
— Что вообще происходит?
— Тебе лучше этого не знать.
С этим я была с ним полностью согласна.
— Хорошо, тогда я точно могу сказать, что совсем не горю желанием жить в твоем мире, если ты сталкиваешься с такими проблемами.
При этих словах по какой-то безумной причине, Тэк ухмыльнулся. Затем произнес:
— Видишь ли, мне стоит тебе еще кое-что объяснить.
О боже.
Прежде чем я успела остановить его (хотя останавливать его было бесполезно, если уж он что решил…), он продолжил:
— Детка, ты могла бы выполнять свою работу в «Прокатись» и держать свое дерьмо отдельно. Ты приходишь и тусуешься в Клубе. А потом ты берешь меня за руку и тусуешься со мной. Это значит, что я претендую на тебя, а я ожидаю. Нельзя выйти, когда ты уже там, Тайра, дорогая, а ты уже в Клубе.
— Это просто смешно.
— Так устроен мир.
— Нет, не так.
— Хорошо, детка, я поправлюсь. Так устроен мой мир.
— Ладно, Тэк, но это смешно! — Мой голос повысился, и я заявила: — Я хочу уйти из твоего мира.
— Ты не хочешь уходить.
— Хочу.
— Нет.
— Поверь мне, именно так.
— Нет, ты просто не знаешь.
— Я уж точно знаю.
— Ты хочешь, чтобы я доказал обратное?
Ой-ой.
— Нет, — быстро ответила я, когда его руки наклонили мою голову в сторону, его голова стала склоняться ко мне, глаза скользнули по моим губам, его лицо приблизилось.
— Слишком поздно, — пробормотал он мне в губы. Я тут же сжала губы. Он изменил тактику в последнюю минуту, его язык скользнул по моим губам, мои глаза закрылись, а ладони вжались ему в плечи. — Открой свой рот для меня, детка, — прошептал он мне в губы.
Я отрицательно затрясла головой.
— Я хочу попробовать тебя, открой для меня, дорогая. — Он по-прежнему шептал.
Я снова отрицательно качнула головой.
Его большой палец скользнул по моей щеке, по губам, язык последовал за ним, и все это было слишком, слишком, слишком приятно.
— Открой для меня, — мягко попросил он.
Я снова отрицательно качнула головой, вдавливаясь в подушку.
Его рука отпустила мою голову и двинулась вниз по шее, груди, я почувствовала, как его бедра прижались ко мне.
Ммм, это тоже было очень, очень, очень приятно.
Черт побери.
— Открой, — приказал он.
Я еще крепче зажмурилась.
Его рука продолжала двигаться вниз.
— Открой, детка.
Я плотно сжала губы.
Его пальцы нащупали край моей футболки, нырнули под нее, теплота его ладони прошлась вверх по моей коже.
Я стала извиваться под ним.
— Открой.
Я повернула голову в сторону, его рука обхватила мою грудь.
— Открой, — прошептал он нежно мне в шею.
— Нет, — прошептала я в подушку.
Его рука на моей голове двинулась, обхватив мой подбородок, он снова повернул мое лицо к себе, как раз в тот момент, когда его пальцы дернули чашечку лифчика вниз, царапнув сосок, заставляя его напрячься. Я втянула воздух, тело инстинктивно таяло от Тэка, внутренняя сторона моих бедер прижалась к его бедрам, затем его большой палец скользнул по моему напряженному соску, губы раскрылись.
— Вот, — пробормотал он, и его губы опустились на мои, а язык скользнул мне в рот.
Боже, как же он хорош был на вкус. Я и забыла, насколько хорош. Так хорош, он был великолепен на вкус.
Мои бедра прижались к его бедрам, его палец встретился с большим пальцем на моем соске, зажав. Я почувствовала, прилив тепла между ног. Порыв был настолько сильным, что я застонала ему в рот и выгнулась дугой, мой язык переплелся с его языком, руки скользнули, обхватив его за плечи.
— Папа! Тайра! — Закричала вдруг Тэбби из коридора. — Кто-то стучит в дверь!
Пальцы Тэка перестали вращать сосок, его теплая рука обвилась вокруг моей груди, его губы оторвались от моих, чтобы прорычать:
— Бл*дь, не может быть.
— Мне открыть? — Крикнула Тэбби у двери моей спальни.
— Да... — мой голос сорвался, я прочистила горло и крикнула: — Да, милая, давай. Я сейчас выйду.