Автоинспекция

Зал улыбался, и он был не единственным. Почти все программисты в зале выглядели довольными, а на многих лицах читалось облегчение, даже благодарность.
Через полчаса, когда Мердок закончил рассказ и ответил на все вопросы, они вернулись за свои столы с новым чувством уверенности и оптимизма.
Остаток дня пролетел незаметно.
Летнее время закончилось всего неделю назад, поэтому, когда Зал приехал домой, уже стемнело. К тому же кто-то занял парковку прямо перед его домом. Работ на дороге видно не было, но место возле соседнего дома перегородили оранжевыми конусами, и Залу пришлось парковаться еще дальше по улице. Это раздражало, но жаловаться было не на что – почти все его знакомые жили в квартирах. Ему, можно сказать, повезло: он владел собственным домом. Правда, позволить себе жилье в этом районе он смог только благодаря наследству. После смерти родителей дом перешел к нему. К сожалению, он все еще выглядел так же, как при предках.
  
Зал давно собирался переделать его под себя, но руки так и не доходили. На полках и в шкафах все еще стояли безделушки его матери, а в гостиной по-прежнему висела большая репродукция с изображением морского сражения – отцовская любимая картина, доминирующая в пространстве.
Черт возьми, он все еще спал в своей детской комнате!
Это, наверное, объясняло, почему большинство его первых свиданий были только свиданиями.
Но когда-нибудь он решит навести порядок в доме, распродаст старые вещи и, наконец, поставит жирную точку в вопросе с квартирой. Когда-нибудь. В один прекрасный день.
Но сегодня вечером он ограничился тем, что поставил в духовку замороженную запеканку с макаронами и сыром, достал пиво из холодильника и зашел в интернет посмотреть, чем занимаются друзья. Кевина не было видно, но, как и ожидалось, Юнг и Хавьер играли в «Штурм Альтаира». Юнг получил доступ к бета-тестовой версии, и они вчетвером уже несколько дней рубились в нее.
Зал зарегистрировался, надел наушники, присоединился к команде в середине миссии, быстро поздоровался и принялся расстреливать монстров. Кевин появился вскоре после того, как Зал поставил игру на паузу, чтобы достать ужин из духовки, и они продолжили играть до тех пор, пока не устали.
Он лег спать уже после полуночи и уснул, глядя на плакат Pearl Jam [2], прикрепленный к стене у кровати. Подумал, что действительно пора бы уже сделать ремонт.
Утром Зал просматривал новостную ленту, поедая миску хлопьев с изюмом. Встав, чтобы налить себе апельсинового сока, он неожиданно обратил внимание на холодильник. Конечно, он знал, что тот зеленый – он пользовался им каждый день. Но сейчас впервые заметил, каким старомодным он выглядит. Зал не знал, когда родители его купили, но линии и оттенок холодильника явно отдавали духом 70-х. Вряд ли он мог быть таким древним – ведь холодильники столько не служат, правда? Однако Зал был уверен, что этот агрегат стоял на кухне с его школьных времен.
Он осмотрелся. Вся кухня выглядела странно устаревшей. Ему она всегда казалась уютной, но сейчас ее вид резал глаз: неуклюжие газовая плита и духовка, массивная микроволновка, столешницы из желтой плитки, керамический пол – все это говорило о застывшей во времени небрежности. Всплыли детские воспоминания: он сидит за завтраком, читает или раскрашивает, а мама хлопочет у плиты. Запах пирогов, коблеров и других домашних десертов наполняет кухню, делая ее центром сладкого тепла и уюта.
Странно, подумал Зал, как редко он вспоминает о родителях. В этом, конечно, была определенная логика: он не был религиозен и считал, что с их смертью все просто закончилось. Но все же… Жить в их доме и почти не возвращаться мыслями к прошлому? Наверное, он избегал этих воспоминаний, чтобы не захлебываться эмоциями, которые они неизбежно пробуждали. Гораздо проще было плыть по поверхности, не ныряя в эти глубины.
Он даже старался не задаваться вопросом, почему избегает думать о родителях.
Отогнав эти мысли, Зал вернулся к завтраку и снова уткнулся в экран телефона, пока не нашел рецензии на новые фильмы.
Покончив с едой, он быстро принял душ, оделся, собрал вещи и вышел из дома. Машина, припаркованная у его дома, уже исчезла, и дорожные конусы, что стояли перед соседним домом ночью, куда-то пропали. Теперь на их месте красовался пикап с хромированной отделкой.
Зал прошел еще мимо трех домов, прежде чем добрался до своей машины. Он знал большинство соседей по улице – многие жили здесь с его детства, но понятия не имел, кто обитает в доме по соседству. Когда он был ребенком, там жил старик Макдоннел, но после его смерти, случившейся еще в подростковые годы Зала, дом стали сдавать в аренду. С тех пор ни один жилец не задерживался там дольше пары лет. Его родители, куда более общительные, чем он, держали в голове весь поток сменяющихся жильцов. Но после их смерти Зал помнил только, что здесь успели пожить одна семья и две пары. Кто снимает дом сейчас, он даже не пытался выяснить.
Его машина стояла у дома Гарсия. Как раз в тот момент, когда Зал подошел, мистер Гарсия вышел на улицу в халате за утренней газетой. Они неловко обменялись кивками в знак приветствия, после чего Зал сел в машину, захлопнув за собой водительскую дверь.
На полпути к работе, стоя на светофоре перед переполненной стоянкой «Костко», Зал заметил в зеркале заднего вида полицейскую машину, пристроившуюся прямо за ним. Светофор сменился с красного на зеленый, и он осторожно тронулся, внимательно следя за спидометром, чтобы случайно не превысить скорость даже на пять миль. Время от времени он косился в зеркало, надеясь, что полицейский свернет на перекрестке, но машина по-прежнему следовала за ним.
 
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком,  купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.