"Фантастика 2024-177". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)

Не прошло и недели, как я снова о нём вспомнила. Спасибо «Хроникам Кармара», написавшим целую «простыню» об этом Высоком доме. Правда, героем дня на этот раз стал не Вольмар и, хвала Великому дракону, не я, а глава почтенного семейства – Гиллеан Родингер. Последний возглавлял одну из самых влиятельных в Кармаре партий драконов. Те, как и отец Раннвей, не признавали смешанных браков, на людей смотрели свысока, а к тем, кто отважился обзавестись магической силой, относились снисходительно. И то лишь потому, что новоиспечённые маги приносили Кармару пользу. Дважды вдовец, за пару десятилетий Гиллеан приумножил семейное состояние в несколько раз и, по слухам, являлся самым богатым драконом не только в Кармаре, но вполне возможно во всём мире.
В общем, Гиллеан Родингер являлся личностью неординарной, и ни у кого не оставалось сомнений, в кого подался его первенец и наследник.
Не далее как вчера Родингер-старший поднял в парламенте тему бесплатной рабочей силы, другими словами – рабства. Он и раньше об этом заикался, но его новаторские идеи не нашли отклика среди драконов. Как отреагировали парламентарии в этот раз – газеты умалчивали, но по столице быстро расползлась молва, что его величество возмутило такое предложение. Возмутило то, что Родингер, цитируя короля, «пытается превратить благородных драконов в презренных рабовладельцев, да ещё и разбогатеть на этом».
– Разве король к нему не благоволит? – спросила я, выходя из машины и направляясь ко входу в гимназию.
На сегодня была назначена первая встреча участников зимних состязаний, и так как Данна не могла раздвоиться, то есть участвовать одновременно со своей Кикки и Эдвиной, его величество великодушно согласился, чтобы наставницей девочки выступала я.
– Это же Родингеры щедро пополняют казну золотом.
– Если бы не это, я бы уже давно перевернул с ног на голову их дом, обыскал каждый корабль, пришвартованный в порту Гратцвига, конфисковал каждую бумажку в их конторе, – ответил Эндер. – Увы, Вильхельм пока ещё не дозрел до решительных действий. Терпит.
– Пока он дозреет, королева благополучно овдовеет, – мрачно срифмовала я.
Король мне не нравился, но ещё больше не нравилась королева. Почему-то казалось, что именно она науськала мужа, чтобы у нас забрали Эдвину и она же делала всё возможное, чтобы не вернули.
– Даже страшно представить, какой тогда в королевстве начнётся бардак. Вокруг трона закружат стаи коршунов, – сказал Делагарди, пропуская меня вперёд: в пронизанный лучами полуденного солнца холл.
– Почему бы его величеству самому не выбрать преемника? – спросила я, бросая по сторонам взгляд. По-видимому, шёл урок: в холле было пустынно и тихо. Пришлось понизить голоса до шёпота и ускорить шаг. Мы опаздывали и снова рисковали привлечь ненужное внимание.
– Король заявляет, что будет ещё долго править и выбирать преемника пока рано. Он так и не оставил надежды, что королева наконец-то подарит ему наследника.
– Неужели они до сих пор… Того?
Стоило представить Корделию в жарких старческих объятиях, как захотелось поморщиться. И даже (вот удивительно!) посочувствовать её величеству.
Правда, я не стала заниматься ерундой, тем более что мысли о правительнице Кармара мгновенно выветрились из головы, стоило увидеть Эдвину. Девочка стояла возле приоткрытых дверей, за которыми звучал громкий голос директора гимназии. Рядом, нетерпеливо постукивая по полу туфелькой, недовольно пыхтела Данна, а Кикки «подпевала» ей ленивыми зевками.
– И где вас харги носят?! – прошипела Левенштерн, окидывая нас раздражённым взглядом. – Мы с Эдвиной уже решили, что вы снова подводите!
– Ты решила, – холодно поправил склочницу Эндер.
Я улыбнулась девочке, но та сделала вид, что Делагарди пришёл один. Да и по дяде лишь мазнула взглядом, после чего поспешила отвернуться.
– Эдвина, всё в порядке? – тихо спросил Эндер.
Девочка не ответила. Зато Данна снова по-змеиному зашипела:
– Идёмте скорее! Вечно с вами проблемы…
Зал чем-то напомнил мне партер какого-нибудь драмтеатра. Мягкие бархатные кресла, ковровые дорожки в проходах, источающие приглушённый свет рожки на лепных стенах. И сцена, с которой вдохновенно вещал директор гимназии, мейст Гастфер.
  
– …Мы уже определились с местом проведения состязаний, и пока могу лишь сказать одно: ученикам там понравится! Как и вам, дорогие наставникам! – говорил он с улыбкой и энтузиазмом. – Времени осталось немного, поэтому уже через два дня состоится первое совместное занятие. Мы поделим вас на группы…
Директор продолжал говорить, и было видно, что он ждёт не дождётся начала зимних игрищ. Из его слов я поняла, что испытания должны были помочь гимназистам раскрыть и продемонстрировать магический потенциал. А в обязанности наставников входило проследить за тем, чтобы юные дарования всё сделали правильно и при этом не пострадали. На моменте про «пострадали» зал взорвался негодующими восклицаниями, и Гастфер поспешил заверить, что это он так, для красного словца.
– Разумеется, и мы, преподаватели, будем следить за безопасностью учеников. Вам не о чем переживать.
Он продолжал говорить, а я продолжала украдкой бросать на Эдвину взгляды. Раньше я часто видела её насупленной, порой с надмением во взгляде, а сейчас она казалась другой. Серьёзная, сосредоточенная и… очень грустная. Эдвина смотрела только на директора гимназии, избегая встречаться с нами взглядом. Даже когда Эндер склонился к ней, чтобы что-то шепнуть, дёрнула плечами и, не сводя со сцены глаз, повторила:
– Я же сказала: всё в порядке.
После собрания нам едва удалось перекинуться парой фраз. Данна сделала всё, чтобы как можно скорее оттащить её от нас, а Эдвина и не сопротивлялась, покорно последовала за гарпией.
– С ней явно не всё в порядке, – сказала, провожая «племянницу» со змеёй взглядом.
В кои-то веки пожалела, что с нами нет Брума. Утром он прислал записку, что простудился и сегодня не выйдет трудиться. Другими словами, завтракать, обедать и ужинать за счёт Делагарди и таскаться за нами пиявкой. Пусть бы увидел, как подавлена Эдвина и сделал выводы, насколько хорошо – в кавычках! – ей живётся у Левенштернов.
– Она обижена, – с тяжёлым вздохом ответил Эндер. – Я обещал, что не пройдёт и нескольких дней, как я заберу её, но прошёл уже почти месяц, а она всё там же: у этой гадины.
– Эндер!
Мы одновременно обернулись на звук знакомого голоса.
– Ты что тут делаешь? – нахмурился Делагарди при виде быстро приближающегося к нам Таубе.
– Новый искажённый, – мрачно ответил Рейер. – Трое убитых, два раненых. Если скажу, куда тварь пробралась, – не поверишь!
Дракон вопросительно вскинул брови, и Таубе поспешил ответить:
– В «Кармарское пламя». Я, конечно, мечтал там побывать, но не при таких обстоятельствах…
В наиболее закрытый драконий клуб из всех самых закрытых драконьих клубов? Я мысленно присвистнула, а Эндер тихо выругался.
– Экеблад объявил охоту. Погибли очень влиятельные лорды. Все ульторы Гратцвига сейчас его ищут…
– Я понял, – перебил его Делагарди и, обернувшись ко мне, добавил: – Вернер отвезёт тебя домой.
– Но…
Подавшись ко мне, дракон прошептал:
– Я не смогу взять тебя с собой в «Пламя», да и не хочу тобой рисковать. Дома ты будешь в безопасности.
И снова не при делах.
– А если она появится? – шепнула так же тихо, всё ещё надеясь, что дракон передумает.
– Эндер, нам пора, – нетерпеливо поторопил Таубе, за что был удостоен от меня не самым дружелюбным взглядом.
– Воспользуешься артефактом, – сказал Делагарди. Коснувшись моей щеки губами, поспешил за напарником, оставив меня в самых что ни на есть растрёпанных чувствах.
Ну вот! Как таскаться по архивам и перебирать бумажки, так Женя может быть рядом, пожалуйста! А как начинается самое интересное… Может, Вильма что-нибудь расскажет? Наверное, потому сегодня ещё и не появлялась.
Подумав так, поспешила по коридору, но не успела преодолеть и нескольких метров, как кто-то сзади грубо схватил меня за локоть. Липкая дрожь скользнула по спине, и я уже в красках представила, как обернувшись, вижу перед собой очередного искажённого. Они ведь просто не могут не заглянуть ко мне!