"Фантастика 2024-177". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)

— Это потом, когда наработаем репутацию, от них не будет отбоя. А сейчас, если будет так посылать, никакой полноценной работы не будет. Придётся нам тогда свою банду создавать. А что, стволы уже есть, люди надёжные тоже.
Я засмеялся, Лёня хмыкнул, Женя захохотал чуть позже.
— Но вот они утаили какое-то условие, — сказал я. — Вот это нам надо выяснить, причём хитро. Лёня, ты должен уметь, ты же опер. Назначим с ними встречи, пока они в центре области, и посмотрим, насколько вообще нам есть смысл с этим связываться.
— Угу, — Лёня вздохнул. — Колоть коммерсантов без протокола. Необычное занятие.
— Но я уже говорил, что если ли бы они не хотели открывать комбинат, они бы сюда вообще не поехали и не стали бы платить такие деньги. Кто-то хитрит, но не хочет, чтобы другие это выяснили. Значит, он хочет кинуть на деньги своих компаньонов или подставить их.
— И ты поедешь в Читу? — Женя достал сигарету.
— Мы все поедем, ещё успеем на ночной поезд. Пошли быстрее, Женя. Лёня, а вот тебе надо как-то отпроситься. Возьмёшь больничный на завтра?
— Опера в больничные не ходят, на это косо смотрят, — он вздохнул. — Отгулы не дадут… но слушай, хм… Игнатьев тут ругался недавно, что водила загулял, а другой ногу сломал, и мы не можем уже хрен знает сколько увезти бумаги в центральный ГОВД и судмедэкспертизу забрать. Могу предложить ему, что мне надо ехать, и бумаги захвачу, тогда отпустит.
— Хорошая мысль, — сказал я. — Давай ты тогда завтра соглашайся на это дело, и на тачке дуй к нам, чтобы днём уже там быть. А то поезд долго ждать.
— На тачке? — он почесал затылок. — Бензина столько надо. Да и у меня шестёрка постоянно в ремонте.
— Бензин есть. Можешь даже служебную взять, скажешь, что бензина зальём полный бак. Согласится твой начальник, думаю. А мы пока съездим на разведку, узнаем, что там и как. Если не выйдет у тебя сорваться, будем сами выяснять.
Лёня кивнул, а Женя повернулся ко мне.
— А я-то там зачем нужен?
— Ну мало ли что случится, зато будет надёжный человек под рукой. Или у тебя планы на завтра?
— Да поехали, — Женя махнул рукой. — Дядя Лёня будет барыг колоть, а я типа телохранитель, кхе. Ну и ладно. Я даже вспоминатель могу взять, электрический.
— Какой это вспоминатель? — спросил Лёня и строго нахмурил брови. — Ты про паяльник? Я тебе дам, вспоминатель!
— Да я ж шучу, кхе!
— Договорились, — сказал я. — Давай, мы за билетами, потом домой и собираемся. Лёня, я тебе позвоню утром.
— Ладно, — опер задумался. — Максим, слушай. Купи там диктофон, хороший, и кассеты с батарейками.
— Сделаю.
— Как доказательства рассматриваться это не не может, — пробормотал он. — Но мы и в суд идти не собираемся. Если эти компаньоны поймут, что кто-то их кинул, они и сами разберутся.
— Точно.
Разошлись с Лёней, пошли с Женькой на вокзал. Паспорта были при себе, сразу хотели взять билеты. Милиции в городе много, братвы мало. Похоже, опять готовится большое мочилово, все сидят по своим местам.
Зато мало пьяных, а то когда вокруг столько патрулей, угодить в вытрезвитель проще простого. Особенно стоит быть осторожными нам, хотя мы особо и не пили. Но в вытрезвляк можно попасть даже почти трезвому, хватит и одной рюмки.
Повезло, на вокзале два милиционера обыскивали пьяных парней в кожанках, а мы с Женей, обладатели менее бандитского вида, спокойно прошли и встали в очередь у большого окна кассы. Билеты были, но по разным вагонам, только плацкарты и только боковые.
Успели вернуться домой, захватить вещи, я предупредил своих, что уезжаю на пару дней. Кирилл сразу всучил мне плёнку от кодака, которую попросил отдать на проявку.
Вернусь к среде, когда придёт инспектор из вневедомственной охраны, чтобы проверять, на каком этапе подготовка оружейной комнаты. Приходить он будет несколько раз, и у него явно есть поручение докапываться до всего. Но посмотрим, договориться можно почти с любым человеком. Надеюсь только, этот инспектор в «почти» не входит.
Поезд шёл от границы и делал остановку в Новозаводске, поэтому большая часть мест уже была занята и многие люди спали. Я уселся на своей боковушке у окна с массивной деревянной рамой и проверил, что от него не дует.
  
Хорошо, что не верхняя полка и что не у туалета, потому что двери тогда громко захлапывались, да и сами туалеты были старого образца, очень шумные, с педалью, которые сливали всё вниз, прямо на пути. До появления «био» в этом поезде ещё долго.
Из тамбура тянуло куревом, китайцы в тёплых мохнатых штанах с начёсом заваривали лапшу в огромных количествах, щёлкали большие белые семечки и что-то обсуждали на китайском.
Купил у толстой проводницы бельё, расстелился и улёгся на маленькой подушке, продолжая думать, кто и что мутит с комбинатом. Шум колёс почти не мешал.
Из всех этих питерских бизнесменов я знал только Терехова, остальные вели себя тихо, их я даже не запомнил. Ещё был Нижегородцев, но он безопасник, а не совладелец. И главный инженер Михалыч, фамилию его я не помню.
Терехов точно в курсе схемы, но надо спросить осторожно, чтобы не выдать себя раньше времени. Желательно, чтобы он сказал что-нибудь такое, но тут может помочь Лёня, с его опытом опера вывести кого-то на чистую воду будет проще.
А дальше мы уже обсудим между собой и решим, насколько это всё для нас оправданно. Взвесим всё за и против, но с учётом того, что выяснили.
За два часа до прибытия в Читу проводница начала будить всех, причём очень громко, требуя сдать постель. Но я проснулся чуть раньше и успел в туалет до того, как туда выстроилась длинная очередь в половину вагона. Торопились, ведь за час до прибытия туалет запрут. Заказал два чая, как раз пришёл зевающий Женя и пытался пригладить торчащие на макушке волосы.
— Видел парней знакомых в вагоне, — он зевнул снова и отхлебнул чая. — Они там пиво пили, посидел немного с ними. Хочу ещё к одному зайти, он пока без работы сидит, говорят. Может, сманим на комбинат, он шкаф здоровый, метра два. Сядет на пост, к нему ни один бандит не сунется.
— Познакомишь потом. Нам всё равно пока Лёню ждать. Ты можешь к другу своему зайти, а я по делам похожу.
Поезд прибыл совсем рано, около восьми утра. В Чите лил холодный дождь. Я запахнул лёгкую кожанку, которую купил недавно, и убрал всё ценное во внутренний карман, ведь количество вороваек на вокзале превышает все разумные пределы.
Тут кого-то только нет, и карманники, и агрессивного вида парни, которые вылавливали одиночек, и цыгане, которые то и дело грозили взять кого-то в кольцо. Таксисты чуть ли не перегораживали дорогу, предлагая подвезти за огромные деньги. Милиция тусовалась группками, с оружием и дубинками, спрашивали документы у всех подряд, но мы прошли мимо, к нам не подошле.
— Дядя, дай десять тысяч, — чумазый паренёк встал перед Женей.
— Осторожнее, — шепнул я. — Он тут не один.
— Знаю. Вот как чуют, что я всегда таким даю копеек, кхе, — Женя усмехнулся, доставая купюру. — Жалко мне вас почему-то, мелкие. А вот корешу своему передай, что я ему руку сломаю, если дальше в карман ко мне полезет.
— Да мы ни чё, мы ни чё!
Чумазый и другой пацан, повыше и постарше, в грязной куртке, торопливо убежали, не забыв те десять тысяч, что отдал Женя. Обычно, за такими воровайками всегда-то приглядывал кто-то здоровый и страшный, так что если попадутся, к ним сразу приходит помощь. Я даже видел бычару в помятом спортивном костюме, который поглядывал на нас, но подходить не стал.
В эти годы я учился в этом городе в железнодорожном институте и жил в общаге. Но сейчас я туда и не собирался ехать. Мы сняли на троих четырёхместный номер в гостинице недалеко от вокзала, чтобы там спокойно попить чай, помыться и переодеться. Ну и переночевать, если за один день не уложимся.
Сегодня понедельник, в среду я уже должен быть в Новозаводске, разговаривать с инспектором из вневедомственной.
Из гостиницы я сразу позвонил деду, что всё спокойно, он там как раз загонял Кирилла ставить поливалку на картошку. Дед оставил инструкции суровым голосом, чтобы я здесь не бухал и смотрел за Женькой, чтобы он никуда не влез. Потом дозвонился Лёне, его уже отпустили, и он как раз выезжал. Должен доехать к двум часам дня.