"Фантастика 2024-177". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)
— На всякий случай принесут и мороженое.
Ладно, возможно, этот дракон не такое уж и чудовище.
* * *Уснули мы поздно. Я — на мягкой перине, Делагарди — на жёстком полу. Не знаю, в чём причина (не то в выпитом шампанском, не то в заказанном в каюту ужине, который без Шанетт и Лейфа показался мне необычайно вкусным), но я испытала острый укол совести, глядя на устраивающегося возле кресла дракона. С подушкой и одеялом, но всё же не сравнить с удобным матрасом.
Потом, когда свет погас и комната наполнилась тенями, рождёнными лунным мерцанием, ещё долго ворочалась, опять же из-за острых уколов совести.
— Тебе там удобно? — приподнявшись на локтях, спросила полусонно.
Он не ответил, и я решила, что уснул. По крайней мере, надеялась, что с горем пополам сумеет отдохнуть.
За ужином номер два я поняла, что Эндер Делагарди плохо знал свою жену, если не сказать больше — они были едва знакомы.
— Ты её совершенно не знаешь! — уплетая пирожные, упрекнула теперь уже своего как бы мужа. Временного. Недолгосрочного.
Хотя год — достаточно долгий срок.
— С чего ты взяла? — поднял он на меня взгляд.
— Ты рассказываешь лишь поверхностные факты, но мелочи тоже немаловажны. Как говорится, дьявол кроется в деталях.
Дракон нахмурился, явно не поняв смысла земного выражения.
— Не бери в голову, — отмахнулась я и, отодвинув пустую тарелку, подхватила ещё не пустой бокал. — Что она любила? Были ли у неё хобби, увлечения?
— Ей нравились… украшения, — не слишком уверенно отозвался эйрэ.
Такое ощущение, будто ляпнул первое, что пришло в голову. Раз женщина, значит, априори должны нравиться украшения.
— Какой её любимый цвет? А аромат?
— Уж это точно не имеет значения, — с лёгким раздражением отозвался Эндер.
— Зря ты так, — покачала я головой. — Никогда не знаешь, в какой ситуации окажешься и на какие вопросы придётся отвечать.
В ответ он неопределённо хмыкнул, как бы говоря, что любимыми цветами Раннвей уж точно никто не станет интересоваться.
— Какие отношения были у неё с Шанетт? — продолжила я допрос, перебравшись в кресло.
Завернувшись в мягкий плед, машинально болтала вино в бокале и смотрела на Делагарди. Резко очерченный овал лица добавлял его облику хищной мрачности, зато ямочка на подбородке, словно уравновешивая, немного смягчала эту резкость. Идеально прямой нос, казалось, был создан невероятно талантливым скульптором. В жизни таких красивых носов не видела! Ну а зелень глаз под тёмными густыми ресницами как будто гипнотизировала.
По крайней мере, я чувствовала себя немного загипнотизированной, когда ловила на себе его взгляды. В отличие от взглядов Флеминга, они не были липкими, просто… Просто под ними никак не получалось расслабиться. Не помогало ни вино, ни шампанское. Подумав так, поставила бокал на столик рядом, решив, что на сегодня мне достаточно, и услышала лаконичное:
— Они дружили.
— И всё? — невольно хмыкнула. — Дружба бывает разной. Из слов Шанетт я поняла, что они с Раннвей были довольно близки, а значит, мне стоит её избегать. Были ли у неё ещё подруги? Если да, мне нужны имена.
Я важно расправила плечи. Хмель сделал своё дело — я заметно осмелела и даже, кажется, прониклась духом авантюризма. Если уж играть роль леди Высокого дома, то с блеском и на отлично.
— О других её подругах я расскажу тебе завтра. А сейчас пора спать, Раннвей.
Больше он не называл меня Женей, и это…
Ладно, действительно пора отдыхать.
Поднявшись из-за стола, Делагарди стянул через голову рубашку, открывая моему взгляду широкие плечи, рельефные руки, крепкую, тренированную грудь. Пресс был тоже весьма неплох. Вернее, очень даже хорош. Наверное, даже слишком, потому что я вдруг почувствовала, как внутри становится жарко. Понимая, что мне это не надо, вскочила и, стянув с кровати ночную рубашку, бросилась в ванную.
— Я там переоденусь!
— Спокойной ночи, Раннвей.
Мне показалось или в голосе дракона прозвучала ирония?
Когда вернулась, он уже лежал с закрытыми глазами, завернувшись в одеяло. Шмыгнув под простыню, погасила светильник и, спустя время, поборов муки совести, наконец уснула. Крепко и спокойно.
Глава 7
Тени и искажения
Утром меня разбудил стук в дверь. Думала, это Стиг, и Эндер ему сейчас откроет. Но второго не оказалось в номере, а вместо первого мне протянул сложенный вдвое лист бумаги незнакомый светловолосый парень. На нём была форма стюарта, и в голосе звучала та же учтивость, что и у Стига.
— Просили передать, леди.
— Благодарю. — Закрыв дверь, я зевнула, всё ещё пребывая где-то между сном и явью. Развернула записку и вслух прочитала: — Позавтракаем в ресторане. Жду тебя.
Осоловело оглядевшись, заметила очередное платье — на этот раз из охрового цвета бархата. Рядом стояли коричневые замшевые ботинки на маленьком каблучке, а на спинке стула висел изумрудного цвета жакет. Слышала, что леди в столице предпочитали яркую, контрастную одежду. Особенно замужние дамы. Яркую и богатую.
Не желая заставлять дракона ждать, быстро привела себя в порядок. Осмотрела место «клеймения», в который раз дивясь тому, что вместо уродливых порезов на коже золотились завитки, складывающиеся в непонятный символ. Одевшись и собрав волосы в простую причёску, отправилась в ресторан. В этой части дирижабля людей было немного, как и в самом ресторане. Видимо, сюда допускались только пассажиры первого класса, и при сложившихся обстоятельствах меня это радовало. Меньше людей — меньше риск нарваться ещё на какого-нибудь знакомого Раннвей. Мало ли с кем она водила дружбу…
Странно, что Эндер не заказал еду в номер, а решил позавтракать в ресторане. Вдруг снова столкнёмся с Флемингами? Хотя бы сегодня хотелось избежать их общества и внимания. Я подумала об этом, сходя с левитационной платформы. Обежала взглядом зал, щедро залитый солнечными лучами. Искала дракона и таки нашла. Только не Делагарди, а Флеминга. Он тоже меня заметил и, поднявшись, позвал, приглашая за свой столик. Было поздно делать вид, что я его не увидела. Наши взгляды встретились, и я, чертыхнувшись, направилась к Лейфу.
Пока шла к нему, тоже чертыхалась, не забывая припоминать незлым тихим словом и Делагарди. Вот зачем надо было звать меня в ресторан, а самому непонятно где шляться? Выдержать оборону против Флеминга в одиночку будет непросто. Я ещё так много не знаю о Раннвей и…
Погодите-ка! А записка точно была от моего дракона, а не от чужого?
Эта мысль заставила ещё больше нахмуриться и ещё сильнее разозлиться. Потому, когда добралась до столика, за который меня так настойчиво звали, не сдержавшись, гаркнула:
— Это ты меня сюда вытащил?
Тёмные брови Флеминга поползли вверх, рискуя слиться с аккуратно зализанными набок волосами.
— И тебе доброе утро, Раннвей. Плохо спала?
— Разве я могу спать хорошо, зная, как далеко мы от земли?
Делагарди обмолвился, что Раннвей боялась высоты. Она многого боялась, и по-хорошему, мне следовало бы засунуть недовольство куда поглубже и вернуть себя в амплуа тихони и трусихи.
— Точно. — Лейф улыбнулся. — Я почти забыл о твоей фобии. Вчера ты не казалась напуганной.
Потому что вчера ничего о ней не знала.
— Я стараюсь бороться со своими страхами.
Хотела уже опуститься в кресло, отодвинутое предупредительным официантом, но Флеминг вышел из-за стола и, взяв меня за руку, прижался к ней губами.
Хриплый шёпот вместе с тёплым дыханием коснулся кожи, и внутри, словно занявшиеся от искр, полыхнули чужие эмоции. Смущение, интерес и… влечение. От последнего по телу пробежала сладкая волна дрожи, но её тут же заглушили мои собственные чувства — в отличие от Раннвей, мне этот тип совершенно не нравился.
— Я скучал по тебе, Раннвей. Мы скучали.
Мы? Это он про Шанетт, что ли? Только не говорите мне, что забитая мышка-драконица участвовала в совместных с этой парочкой… хм… вольностях.