"Фантастика 2024-177". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)

Мы хотели «поговорить» с ними сами, чтобы навсегда отвадить их от этого комбината, но через несколько минут в столовую влетел младший лейтенант Вагин. Кто-то позвал участкового, увидев драку. Милиционер так торопился, что мундир напялил поверх старой майки-алкоголички и забыл его застегнуть.
— А вот оно что, — он посмотрел на скованных бандитов. — А что мне с ними делать? Кто вообще начал? Заявление будет?
— Тащим их в участковый пункт милиции, — официальным голосом сказал Лесняков и показал своё удостоверение. — Там возьмём с них объяснение, и хорош. Пострадавших нет, заявления тоже нету.
— Вот же пострадавшие, — участковый показал на побитых.
— Это они начали, младший лейтенант, — проговорил Лёня. — И огребли.
Само отделение милиции было в соседнем посёлке, тут только участковый. Лёня взялся всё делать сам, и даже подсказывал участковому, какой следующий. Ну да, официально паковать придурков никто не будет, ведь придётся пояснять, а кто мы собственно такие.
Но думаю, главный разговор с местными ещё впереди.
— Вот всегда так, — негодовал Нижегородцев. — Как они сказали, свали, старый? Мне сделать всего один звонок, — он достал мобильник. — Тут связь лучше ловит, чем у вас, так что…
Мы ещё даже не успели дойти до ворот комбината, как туда приехала серая тойота, которая так долго мозолила нам глаза сегодня. В этот раз она привезла пассажира.
Это был опухший лысый дядька в старой кожанке, вид свирепый, бровей почти нет, на руках видны потускневшие татуировки. Что они означают, я не знал, но сидел он явно долго.
— Говорю с ним сам, — передал я. — Так что можете не звонить.
Парни остались у ворот, недовольный Нижегородцев зыркал в мою сторону, держа телефон. У тойоты стояли двое парней в кожанках. Держали они руки так, будто что-то было у них под куртками. Женя сощурился и взял ружьё у Ярика.
Лысый медленно шёл в мою сторону, я пошёл навстречу.
— Я Метла, — представился лысый грубым низким голосом.
— Волк, — сказал я в ответ.
Думал, сейчас начнёт спрашивать, кто я по жизни, какая ходка, кого из воров знаю, и прочее-прочее-прочее. Но Метла сразу перешёл к делу.
— Ребят вы моих побили, мусорам сдали, — у него похоже отдышка, он делал паузы после каждой реплики. — Не по понятиям это. Братва волнуется. Приехали к нам, на наше место. Ксивой палёной машете, кулаками. Чё делать-то будем?
— Мы приехали сюда сопровождать уважаемых людей, — спокойно сказал я. — Они комбинат поднимают, чтобы снова работал.
— Об этом мы тоже поговорим, — он посматривал на меня исподлобья. — Место это наше. Тут любой барыга должен ко мне сначала подходить. Чего вы ко мне не пошли сразу? Пришлось посылать братву, чтобы поговорили.
— Ребята твои, — произнёс я. — Зашли, начали бычить сразу. А ещё уважаемого человека огорчили.
— Кого это? — спросил Метла, прищурившись.
— Он, — я кивнул на Нижегородцева. — Серьёзный человек в Москве и Питере, больших людей знает, за него многие мазу тянут. А твои парни к нему подошли, выгонять начали, ещё матом покрыли. Очень огорчили вы его. Разве так принято говорить с людьми? За это и предъявить можно.
Вот и пообщайся с братвой, откуда я вообще таких слов нахватался?
Внешний вид безопасника мне на руку — взгляд свирепый, нос хищный, костюм дорогой, голос мощный. Выглядит, как влиятельный вор в законе, который крышует самых богатых бизнесменов.
Метла начал с подозрением на него поглядывать, во взгляде появлялось понимание, что наехал он на кого-то того, на кого наезжать было нельзя. Что тут они сами упороли косяк. Не по масти, как они говорят.
Сам Нижегородцев стоял далеко, разговор слышать не мог. Но он вовремя нахмурил брови и злобно посмотрел на Метлу, а потом снова достал мобилу и вытянул антенну, будто о чём-то раздумывал.
— Очень он зол, — продолжал я спокойно и медленно. — Хочет людей из города звать за такое неуважение. Но я говорю, подожди. Явно какое-то недопонимание. Не могут местные такими беспредельщиками быть, никогда здесь в наших краях такого не было. Надо поговорить сначала, чего сразу пушки доставать? Вот и ты приехал ещё, Метла.
  
— Я разберусь, — заявил Метла. Голос невозмутимый, но лоб у него начал блестеть. — Времена тяжёлые, сложные, молодёжь старших не уважает, понятий не знает. Разберусь с ними. Но что касается комбината…
Он посмотрел на меня. Вот сейчас у него явно в голове идут мысли, что делать дальше. Понимает, что он своей деревенской бандой комбинат не потянет. Но и отступать — западло.
Да и не был этот комбинат его, он просто как собака на сене, воспользовался тем, что про это место все забыли. Такое заведение — это даже уровень не Гоши или Крюкова, а кого-то посильнее.
Вот и думает Метла, как выйти из ситуации. Надо бы направить его думы в верное русло.
— Короче, я замолвлю словечко перед ним, — сказал я. — Явно это молодые косяк упороли, даже не посмотрели, на кого бычат. Вот рога мы им и обломали, тут мы в своём праве. Могли вообще… того.
— Я им сам добавлю, — с воодушевлением произнёс Метла. — Как их мент отпустит, такое устрою, не забудут. А что комбинат… хорошо, что работать будет. А то тут нищие все, посёлок помирает без него, а ведь почти городом стал.
— Вот и договорились, Метла.
— Если кто ещё полезет, — он посмотрел на меня. — Можешь сказать, что Метлу знаешь.
— Мы тут сами справимся, Метла, — жёстко сказал я. — Сами охраняем, сами защищаем, а люди свой серьёзный бизнес делают, нельзя им мешать. У каждого свой кусок, который он осилить сможет.
— Вот именно, — Метла кивнул. — Приятно поговорить с умным человеком, Волк. Я сам разберусь с этим беспределом, так и передай.
Он свалил, уехал на тойоте, поругиваясь на своих торпед. Короче, надо где-то на КПП повесить его фотку и фотки его бандитов, чтобы сразу прогоняли. Но местный авторитет съехал, ведь решил, что напал на кого-то, кто оказался намного выше его по положению в сложной криминальной иерархии. И ещё легко отделался.
Так что пока отбились, но первое время придётся такое делать чаще. Ведь сюда может прийти не кто-то вроде местных банд, а более серьёзный, которого злобным видом не напугать.
Нижегородцев сразу решил продолжить наш прерванный диалог. Мы отошли на территорию и уселись в сохранившейся зелёной беседке, где раньше курили рабочие.
— А неплохо, господин Волков, — сказал Нижегородцев, закуривая. — Бандиты мелкие, но вы и разобрались с ними быстро, без нашей помощи. А если придёт сам Крюков? Я о нём наслышан.
— С ним мне уже доводилось говорить, совсем недавно. Я даже смог его убедить в одном вопросе.
— Хм, — он затянулся и выпустил дым. — Знаете, господин Волков, мы же полагаемся не только на вас. Тех, кто хочет нам помешать — очень много, и это далеко не колхозные алкаши, которым водка и наркота мозги выжгла.
— Это я понимаю.
— Этот комбинат — серьёзный кусок. Если он будет работать, он принесёт хорошие деньги всем, кто с ним связан, — Нижегородцев достал мобилку, будто хотел поговорить, но убрал в карман.
— Это я тоже понимаю.
— На нас будут наезжать многие. Банки, конкуренты, менты и другие лица, которые сидят в Москве и хотят заработать все деньги мира за наш счёт, — он стряхнул пепел и облокотился на стенку беседки. — Но я знаю, что вы то же самое говорили Терехову. Он мне об этом передал.
— Угу.
— Но эта битва там, в столице, — он показал на запад. — Парадокс, но деньги, которые зарабатывают здесь, крутятся там. И там наибольшая опасность. Все эти дочки, схемы, захваты собственности — всё это будет там. Буду говорить начистоту.
Нижегородцев отбросил тлеющую сигарету в пустую урну. Со стороны корпуса разнёсся, это главный инженер травил анекдоты.
— Кто-то захочет брать под восстановление комбината огромные кредиты, а потом будет сбегать с ними, — продолжил безопасник. — Кто-то захочет выбить субсидии у государства, которые заберёт себе в карман. Кто-то решит продавать продукцию якобы за бесценок в Китай, а разницу будет забирать себе. Кто-то снова решит его обанкротить. Там будет настоящее месиво.