"Фантастика 2024-177". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)

— Машину? — хмыкнул я.
— Не обязательно, можно меня, — сказала она тихо, чтобы слышал только я.
— Легко! — я чмокнул её в щёчку и пошёл складывать вещи в новый «Юпитер».
Позади раздался горестный вздох. А что ты хотела? Ну извини, такова жизнь, пора бы уже привыкнуть, что я не твой парень. Сложив вещи в багажник, я не удержался от искушения и сел за руль нового коня. Ключи уже торчали в замке зажигания, чем я сразу и воспользовался. Как же приятно слышать утробный рокот мощного двигателя! Пару раз вдавил газ, огласив окрестности эпичным рёвом и заглушил двигатель. А вот теперь можно и поесть.
  
Глава 3
 
После ужина отец снова позвал меня в кабинет, а Светлане поручил определить моих бойцов по комнатам. Я предполагал, что сегодня никуда отсюда не уедем, так что всё пока идёт по плану.
— У тебя броня соответствующая есть? — спросил он усаживаясь за рабочий стол и предложив мне сесть напротив.
— Лучше, чем та, что на мне — нет.
— Где ты видел голого паладина, сын?
— Ты хочешь, чтобы я повесил на себя полтонны зачарованного железа? Увольте.
— Не, железо не подойдёт. А вот сплав, из которого изготовлены твои шашки — самое то.
— Откуда ты знаешь? — удивился я. — Это же новинка.
— Хренинка! — хохотнул он. — Раньше просто эта технология была засекречена, теперь становится более доступной. Совсем охренели, ничего святого нет, лишь бы денег побольше захапать.
— Что-то я не видел латы из этого сплава.
— А это всё ещё секретная технология, — важно произнёс он, воздев палец к небу. — Я уже связался со старыми знакомыми в НИИ тяжёлых металлов, нас ждут завтра на примерку.
— А я думал побыть с тобой несколько дней, перенять кое-какой опыт.
— Это само собой, но паладин должен иметь правильные доспехи, а не ширпотребовский энергетический щит, хоть и в усиленной модификации.
И всё-то он знает и чует. Меня так и подмывало спросить, как же он не почувствовал моего присутствия тогда в гостинице, когда я валявшейся на полу Софьиной туфлей в дверь стучал? Или знал, но молчал? С него станется. Может он тогда уже знал, что она ему враг? Не, это вряд ли.
— Ещё хотел тебе сказать, твой «удар божественным светом» неплох, но надо немного доработать. Можно сэкономить энергию, ускорить запуск и увеличить мощность.
— Усилить, но сэкономить? — я вскинул брови. Такой вариант в голове не укладывался. — Это получается, можно увеличить КПД?
— Ага, причём элементарно, — улыбнулся он и откинулся на резную спинку кресла, обитую изумрудно-зелёным бархатом. О, да! Поважничать и повыпендриваться. Это у нас семейное.
— И как же? — не дождавшись продолжения, спросил я.
— Ты не поверишь!
— Попытаюсь.
— Большую роль играет положение локтей и правильность хвата клинков. Ты делаешь это вот так, — он встал из-за стола, взял две стоявшие в специальной корзине трости и изобразил мою позу. Потом слегка развёл локти в стороны так, что полусогнутые руки и обе трости оказались в одной горизонтальной плоскости. — А вот так надо на самом деле.
— Бред какой-то, — вырвалось у меня. Главное, чтобы он не обиделся. Я всё ждал, когда он заржёт и скажет, что он пошутил, но не тут-то было.
— Ну, не хочешь, как хочешь. Так в клинки будет переходить не половина направленной в них силы, а процентов восемьдесят. А там можешь выбирать, сделать удар более мощным при тех же затратах или оставить таким же, но сэкономить.
— Ты же обещал, что можно сэкономить, но сделать сильнее.
— Правильный вопрос! — улыбнулся он. — Для этого надо учесть ещё и постановку ног. У тебя поза, как у сломанного многодетного танцора!
— Зашибись! — вспыхнул я. — Я там ему жизнь спасаю, а он разглядывает, не мешаются ли мне бубенцы! Я валяюсь, вся в колючках!
— Не кипятись, — хмыкнул он. — Смотри, как надо.
Он изобразил нечто похожее на зенкуцу-дачи из каратэ, только направление коленных чашечек немного изменил. Я в прошлой жизни в юности посещал почти три года школу кёкусинкай, с такой позой должен справиться.
  
— Сделаешь так и удар получится в полтора раза мощнее, а силы потратишь почти в два раза меньше.
— Ладно, допустим, — примирительно кивнул я. Помню рассказ брата, как угол среза выхлопной трубы кроссового мотоцикла может повлиять на результативную мощность двигателя. — А что насчёт скорости нанесения удара?
— А тут ещё проще, — он поставил трости в корзину и снова уселся в кресло. — Ты же не молитву читаешь, а рэпчик какой-то. Я бы заржал, просто тогда не до смеха было, реально боялся, что нам с тобой фраппучино больше не пить. Кстати о кофе, коньяк будешь? Мне тут один французский богатей подкатил старинную бутылочку из собственной коллекции.
— Оригинальный соскок с фраппучино, — хохотнул я. — Ну давай, раз сегодня мы никуда не торопимся.
Отец достал из скрытого бара мутную тёмно-зелёную бутыль и два снифтера, в каждый из них налил немного благородного напитка и один протянул мне. Может быть я всё-таки не аристократ ни хрена? Вот не ценитель я выдержанных полсотни лет в дубовых бочках коньяков, хоть ты меня режь! Более молодые экземпляры гораздо приятнее для меня, лет пять или семь, а эта элита еле в глотку заходит, хоть солёным огурчиком закусывай. Не без труда усвоил ещё один бокальчик за мирной беседой и меня неудержимо потянуло на боковую.
— А почему мы в Москву не на самолёте? — спросил я у отца. В сопровождении нескольких охранников мы катили в столицу на фамильном лимузине. Андрей ехал следом на новёхоньком «Юпитере», я ему даже немного завидовал, первым сел за руль моей новой машины.
— Скорее привычка, — ответил он, глядя вдаль на жёлтые поля. — Когда был паладином, меня к самолёту не подпускали на пушечный выстрел, приборы начинали сходить с ума. Потом стал обычным магом, а привычка осталась.
— Хочешь сказать, что мне тоже путь в аэропорт заказан?
— Думал, что ты знаешь, поэтому и приехал на «Юпитере». Зато машинку обновили, тоже хорошо.
— И не поспоришь. А про самолёты печально, на машине в Сибирь долго добираться.
— Ну, как говорится, судьба такой, ничего не поделать.
— Придётся смириться. Ты вот скажи мне, как на духу, сколько весит этот грёбаный доспех?
— Какая тебе разница? Справишься.
— И всё же?
— Точно не скажу, скорее всего полтонны, как ты и предполагал, но для тебя это не проблема, выдюжишь.
— Охренеть не встать! Я как в этой груде металлолома драться буду?
— Зря себя накручиваешь, — хмыкнул отец. — Сядет на тебя, как родной. Ты же с шашками тяжеленными нормально справляешься?
— Вроде неплохо, — согласился я.
— Ну вот и с ним справишься. Пора переходить на следующий уровень, Дим.
— Пап, можно ещё одну просьбу?
— Да, конечно.
— То, что меня зовут Дмитрий Михайлович Строгонов, знает лишь ограниченный круг друзей, а вот как Павла Петровича Бестужева знают многие, в том числе император Иван Седьмой.
— Понял тебя, на людях буду называть Павлом Петровичем. Немного обидно, но когда-то и я был в твоей шкуре.
— Ты тоже сбежал из дома и взял другое имя? — я просто охренел, вот это да! А я нигде подобную информацию раньше не встречал.
— Не совсем так, — отец покачал головой и замолчал.
Меня раздирало изнутри спросить, что же он имел ввиду? Может тут как раз кроется великая тайна, как он стал паладином? Я старательно сверлил его взглядом, ожидая продолжения, но он явно ничего рассказывать на эту тему не собирался. Сначала просто смотрел на пролетающий за окном пейзаж, потом уткнулся в телефон. Вот же чёрт! А куда мне теперь прятать этого любопытного червячка, который проедал мне мозг?
— Так ты встречался с императором? — внезапно спросил отец, когда я уже подумал, что мы теперь будем молчать до самой Москвы. Я аж подпрыгнул от неожиданности.
— Ну да, и не раз.
— Был на официальном приёме? Или видел его в Большом театре?