"Фантастика 2024-177". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)
— Бестужев, теперь я слушаю твои оправдания.
— Мне нечего добавить, ваше высокоблагородие, — сказал я, успокоившись, а что я могу сказать? Самое интересное он увидел, а я не похож на побитого. — Просто возник конфликт интересов и я решил действовать на опережение. Если бы я ждал, когда они первыми начнут показывать свою силу, у меня бы не было шансов. Вы же видите, какие они здоровые, и какой я.
— Ну уже давно известный факт, что не только косая сажень в плечах показатель силы. То, что я сейчас увидел, тому подтверждение. Но вы, господин курсант, дали выход своей силе не там, где это допустимо. Я вынужден доложить о случившемся в деканат.
— Я понимаю вас, Ярослав Фёдорович. Приношу свои извинения, хоть они и ничего не изменят.
— Правильно понимаете, но извинения приняты. Отправляйтесь по своим делам, но больше никаких выходок, теперь ваши способности будут под особым контролем.
— Спасибо, Ярослав Федорович, — я уважительно поклонился. — Этого не повторится.
Я пропустил преподавателя, приставил к стене валяющуюся на лестничном пролёте дверь и припустил в сторону третьего корпуса в надежде, что не сильно опоздал. Идти к себе в комнату и переживать из-за предстоящего наказания непродуктивно. Будь что будет.
Платов сидел на скамейке у стены в мягком зале и пролистывал новостную ленту в телефоне. Когда услышал, что я вошёл, положил телефон на подоконник.
— Опаздываешь!
— Извини, — я развёл руками. — Так получилось не по моей воле.
— Ты какой-то задумчивый, что-то случилось?
Я в двух словах рассказал, как мне удалось нарваться именно на того, о ком он меня предостерегал, и что за этим последовало.
— Ой-ой! — Саша покачал головой. — Вот же не повезло. Биофизик человек хороший, но до безобразия правильный, он точно доложит, даже если провинившийся ему симпатичен. Жди решения комиссии. Надеюсь, что не отчислят. Это у тебя первое грубое?
— Пока да.
— Значит не отчислят, но я тебе не завидую. Ладно, времени в обрез, давай к делу. Экипируйся и на маты.
Я скинул пиджак, надел учебные латы и шлем, подобрал себе пару муляжей шашек из черного дерева и вышел в центр зала. Платов вооружился катаной и вакидзаси, медленно приближался ко мне. Я начал фланкировку, чем вызвал его удивление.
— Красивый танец, — хмыкнул он. — Посмотрим в деле.
Александр начал вращать мечи и бросился на меня. Я резко отклонился в сторону, увернувшись от летящего в мою голову вакидзаси и нанес ему удар шашкой по затылку. Один ноль в мою пользу.
— Ага, — протянул отскочив в сторону Платов. — Ну ладно, посмотрим дальше что будет.
А дальше началась жёсткая сеча. Деревянные клинки застучали друг об друга, выдавая барабанную дробь. Это был первый подобный спарринг в моей жизни и я не выдержал натиска, получив прямой удар катаной по шлему и вакидзаси по печени.
— Два один, теперь в мою пользу, — сказал Саша, отступив пару шагов назад. — Ты неплохо машешь своими шашками, надо отдать должное, но есть несколько грубых ошибок в технике, которые тебя погубят в реальном бою.
Потом он показал мне, как изменить мои движения, начиная с постановки ног, положения корпуса и смены хвата. Когда я использовал его рекомендации, биться стало гораздо легче, но через пару минут я всё равно пропустил укол вакидзаси в живот.
— Три один, — объявил Платов и снял шлем. — Пожалуй на сегодня хватит, мне пора, а ты ещё позанимайся один. И обрати внимание на спину и шаги, есть недочёты.
— Спасибо, Саш! — я с удовольствием пожал протянутую мне руку.
Когда он ушёл, я ещё минут сорок фланкировал, стараясь реализовать на практике его советы. Очень надеюсь, что во время следующего спарринга смогу продержаться лучше и дольше.
По пути в общагу решил зайти в библиотеку, почитать что-нибудь по магбиофизике. То, как меня застопорил препод, было очень похоже на испытанное мной во дворе своего дома, когда меня собирался убить наёмник. Я, кстати, до сих пор не знаю, на кого он работал.
Предмет по программе нам предстоит начать изучать только на третьем курсе, но мне же не запретят почитать об этом раньше. Симпатичная библиотекарша предложила моему вниманию полтора десятка книг. И это только базовые варианты! Я поковырялся в стопке книг и выбрал пару, которые показались мне подходящими. Что-либо посоветовать она отказалась, так как для неё это наука неизвестная, пришлось понадеяться на интуицию.
В общагу пришёл без лишних приключений, наобум выбрал книгу и завалился на кровать. Только сейчас понял, как я устал. А ещё зверски хочу жрать, но идти в столовку на ужин лень. Не долго думая, заказал доставку из ближайшего ресторана и принялся читать.
Благодаря первым параграфам, я начал вникать в процесс движения в организме магической энергии, точках её возникновения и процессах преобразования. Но только в общих чертах, чтобы научиться это делать уверенно, в том числе в бою, нужно гораздо более глубокое изучение предмета и много практики. До практики мне пока далеко, как до империи Юань в коленно-локтевом ходе, а вот теорию я буду поглощать тоннами в самое ближайшее время. Не буду ждать третьего курса, когда предмет войдёт в программу изучения. Немного сориентировался в сути предмета и особо острых моментах, на которые надо обратить внимание. В следующий раз в библиотеке легче будет искать следующую книгу, которую надо прочитать.
Курьер постучал в дверь через полчаса. Как только я забрал вкусно пахнущий пакет и расплатился, услышал оповещение о новом сообщении. Я специально поставил эту мелодию на Борю, чтобы знать, что он вышел на связь. Даже не распечатав долгожданный ужин взял в руки телефон.
Короткое сообщение заставило тяжко вздохнуть. Встреча там же через час. Если бы знал, что один хрен придется куда-то идти, не стал бы делать заказ. Я с грустью посмотрел на пакет, потом махнул рукой и распечатал контейнер. Час пик уже позади, доберусь минут за сорок, успею поесть.
Пришёл в «Лесную фею» минут за пять до назначенного времени, а Евдокимов уже сидел за тем же столом. Увидел меня и подвинул ближе ко мне одну из двух чашек с лавандовым рафом. Быстро он прочухал мой вкус. Всегда был умником, им навсегда и останется.
— Привет, Борь, — подошёл и протянул руку, он как-то неохотно её пожал. Непонятно. — Что-то не так?
— А что может быть так, Дима?
После этих слов я остолбенел. У меня просто пропал дар речи.
— Да, я узнал тебя, несмотря на изменение внешности и тембра голоса, — он укоризненно посмотрел на меня поверх очков. — Понял не сразу, но потом убедился, что прав. Не бойся, я тебя не сдам. Отцу сказал, что по твоей просьбе обратился твой друг. А теперь вернёмся к твоему вопросу. Ты сбежал из дома, сменил внешность и документы, стал другим человеком, теперь думаешь, что у тебя всё хорошо и жизнь наладится, я правильно понял?
— Примерно так, но не совсем понимаю, зачем нужно такое лирическое вступление? Я разве не объяснил тебе, почему я так поступил?
— Объяснил. Только как-то на отвали. Просто они козлы, а ты страдалец. Но всё оказалось не так просто. Жаль, что я это узнаю не от тебя.
— Очень интересно, — бросил я и с сомнением посмотрел на чашку с моим любимым напитком. Да ну, глупости, Боря не будет меня травить, вон как переживает из-за моего семейного конфликта. Сделав пару глотков, посмотрел ему в глаза. — И что же ты такое узнал, что считаешь меня виноватым? И откуда вообще у тебя эта информация?
— Ну, раз ты хочешь узнать моё и не только моё мнение по этому поводу я расскажу, — Боря допил свой латте и с важным видом уставился на меня. — Я съездил домой и поговорил с отцом по твоей просьбе. Такие разговоры я телефону не доверяю. Сначала он ответил мне категорическим отказом и начал подозревать, что я замешан в мошеннических махинациях. Потом, когда я рассказал, кто и почему интересуется этой информацией, просто изменился в лице, развернулся и вышел из комнаты. Я поначалу офигел, хотел пойти за ним, но потом решил выждать момент. Минут через десять отец вернулся. Он долго вещал мне о том, какой ты бессовестный и бесчувственный засранец. Эту тираду я выслушал молча. Потом он рассказывал, как твой отец убивается из-за твоего исчезновения. Он очень любит тебя и переживает. Из последних сил надеется, что ты жив, просто где-то очень далеко. Он даже пытался тебя искать и подключал к поиску своих близких друзей, но результатов ноль. Дим, ты бы слышал, как отец рассказывал мне обо всём этом. У него голос дрожал и на глаза слёзы наворачивались.