"Фантастика 2024-177". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)

— Конечно, встреча будет, — сказал он самодовольным голосом. — Но если сейчас счёт не изменится… или изменится другим образом, то с ним буду говорить я сам.
Ямайцы почти прошли до ворот Аргентины. Удар… штанга!
Трибуны взревели, Женя вытер лоб и выдохнул. Я посмотрел на таймер. Пошла 86-я минута, но аргентинцы снова прорывались к чужим воротам.
Слава уже давно держал в руке рака, но забыл про него и не ел. Да и сами раки уже остыли. Я отодвинул тарелку с осколками панциря и кружку. Осталось немного. В любом случае, учитывая задержку в трансляции, в реальности всё уже случилось.
— Давай, давай, давай, — тихо и торопливо бормотал Женя, взяв кружку с пивом, хотя его не пил. — Ещё немного…
Ортега вышел с вратарём один на один. Удар…
Стало тихо, будто и трибуны замолчали, но в открытое окно доносились звуки работающего радио. Кто-то слушал игру, и там всё было на несколько секунд раньше, чем показывали по телевизору.
— Гол! — заорали в радио.
— Гол! — чуть позже донеслось из телевизора.
Слава выронил рака на ковёр, вскочил и случайно его затоптал. Женя чуть не опрокинул кружку с пивом, а по телевизору показывали, как мяч пролетел рядом с рукой вратаря и ударился в сетку. Ортега, забивший мяч, с радостным видом бежал по полю.
5:0!
— Так, — Платонов достал платок и вытер заблестевшее от пота лицо. — Я не знаю, как, но…
— Сделка есть сделка, — напомнил я.
— Да, — он выдохнул. — Но если бы я знал, как это возможно…
— Куда! — Женя вскочил на ноги. — Стой! Стой, ***!
Шла последняя минута, но Ортега решил забить ещё один мяч, чтобы счёт стал 6:0.
Шла 89-я минута…
Ортега пнул, но чернокожий вратарь бросился в сторону и упал на землю. Пойманный мяч он держал у живота.
— Негр — красавчик, — с облегчением шепнул Слава. — Ещё бы немного…
Вратарь поднялся и пнул мяч. Он полетел вперёд, ударился о землю, и тут же раздался свисток.
5:0.
Я расслабленно откинулся на спинку дивана. На экране скакали футболисты, радовались аргентинцы, а зрители-ямайцы, как и в песне, были очень грустными.
— Какая боль, — тихо проговорил я. — Аргентина-Ямайка 5:0.
— Б**, в рифму вышло, кхе, — Женя хохотнул. — Я уж думал, всё, не выйдет. Волк, ну ты даёшь. Как ты вообще… потом побазарим.
— Ладно, — Платонов потряс головой и проморгался. — Хорошо. Не знаю как, но ты оказался прав. А я своё слово держу. Советую хранить часть денег в Швейцарии, это надёжно. Сейчас наберу своего банкира там, он сразу и подскажет тебе, что и как надо сделать, чтобы пользоваться счётом. Если что, он за последние годы стал говорить по-русски лучше, чем на своём родном языке.
— Эту сумму выдай наличными. Счёт открыть успею.
— Хм… ладно. Но это много, надо будет подождать, пока соберу. Но ты знай, — он посмотрел на меня. — Эти пять миллионов — не предел. Позвони, если появятся амбиции на большее.
Понимаю, что он хочет нанять меня и воспользоваться тем, что я знаю, у него-то амбиций через край. Но я справлюсь и без его руководства.
* * *
Наш читинский офис мы обложили усиленной охраной, выставили вооружённых людей у входа и даже задёрнули шторы, чтобы спокойно заняться одним делом.
Сегодня на частном самолёте Платонова в Читу прибыл адвокат олигарха и несколько вооружённых до зубов человек. Это инкассаторы, причём работающие официально, с боевым оружием, но их неофициально наняли для этой перевозки, а в Чите подрядили под их сопровождение инкассаторский броневик местного филиала Центробанка, который вёз их от аэропорта.
Вооружённые мужики-инкассаторы, которые привезли нам посылку, остались ждать, пока мы всё проверим, а мы смотрели на три крепкие чёрные сумки. Я кивнул, и Женя начал вытряхивать их содержимое на стол, а Слава включил машинку для счёта денег.
Одна сумка, вторая, третья… И все доверху набиты пачками долларов. Я взял одну и надорвал банковскую ленту. Все банкноты по 100 баксов, в каждой пачке сто купюр, итого по десять тысяч долларов.
— Всё с точностью до одного доллара, — заявил адвокат, сорокалетний мужик с прилизанными волосами. — Желаете проверить?
  
— Да, — сказал я.
Я бросил пачку назад. Итого пятьсот таких пачек, пятьдесят килограмм денег, пять миллионов долларов. Сумма, которая всегда казалась мне недостижимой.
Минимум половина этой суммы должна остаться наличными на руках, и почти все из этого пойдёт в дело. Часть на расширение и оснащение фирмы, часть на наш собственный «общак», чтобы решать проблемы, как тогда было принято. Ещё надо выделить средства на кампанию Дениса и на СМИ, и ещё часть на новое дело, чтобы наконец-то его начать. Сейчас нам хватит баксов, чтобы нанять первых людей и выполнять первые задачи.
И часть денег надо отложить на то, чтобы пережить дефолт. И ещё очень много уйдёт на защиту от Кравцова и от самого Платонова, который всё равно, хоть и дал слово, что не будет к нам лезть, наверняка в перспективе не захочет упустить жирный кусок. Всем этим нужно заниматься, нельзя про них забывать.
— Теперь-то он от нас отвалит? — шёпотом спросил Женя, глядя на кучу баксов перед собой. — После такого-то?
— Нет, но теперь он будет действовать поумнее и осторожнее. Правда, он сам нам заплатил, чтобы нам было легче от него отбиться потом, только он этого ещё не знает. Хм, а мне интересно, — я хмыкнул. — Он свои деньги отдал или чужие? Ведь очень легко от них избавился.
— А чьи тогда?
— Узнаем, — я взял пару уже проверенных пачек по десять тысяч и положил в карман пиджака. — Но пока надо подготовиться ко всему остальному. Летим в Питер, потом возвращаемся сюда и отбиваемся дальше. Слава, ты заказал билеты на самолёт?
Он тягостно вздохнул и кивнул.
  
Глава 14
 
Два дня спустя, Санкт-Петербург
Тяжёлый бронированный Мерседес мягко ехал по центральным улицам города. Проехали очередной мост, только этот выделялся своим необычным видом и скульптурами в каждом углу. Женя внимательно смотрел на городские достопримечательности через окно, на котором ещё осталась заводская этикетка с немецкими словами. Когда я уезжал, просил заменить некоторые бронестёкла, на всякий случай, вот и заказали новые.
— Аничков мост, — снова объявил сидящий впереди Павел Андреевич своим мощным голосищем.
— Пал Андреич, вы в натуре все эти мосты знаете? — удивился Женя.
— Нет, вы что, Евгений, их же тут несколько сотен. Только самые известные, вроде Аничкова.
По радио передавали про очередное обострение между Северной и Южной Кореей из-за подлодки, а затем перешли к обсуждению конфликта между Лукашенко и западными дипломатами. Белорусский президент выселил европейских послов из элитного района, чтобы они жили подальше от его собственной резиденции.
На коленях у меня лежала кожаная папка с замком-молнией. Внутри документы фирмы, пара договоров, мой паспорт, паспорт Жени, чтобы он его не потерял, билеты на самолёт, семьсот рублей новыми купюрами и всё. Надо держать её при себе, потому что именно на эту папку был заключён договор с охранной фирмой «Северный щит», чьи люди сопровождали нас в поездке.
Просто у нас такие законы, что охранник не может стрелять, чтобы защитить жизнь и здоровье клиента, но может открыть огонь, если кто-то решит присвоить себе имущество защищаемого.
И если что-то случится в дороге, эти десять человек, что едут в чёрных джипах спереди и сзади, возьмут в руки оружие и будут защищать эту папочку, рискуя жизнью. Ну и меня, само собой, раз это я держу её в руках.
Странная оговорка в законе, но, как я думал, никто и никогда не исправит её.
К предостережению Платонова насчёт генерала Кравцова я отнёсся серьёзно. Не исключено, что генерал не будет тратить время на официальные способы подгадить мне и моей фирме, а просто прикажет от меня избавиться.
Поэтому я трачусь на охрану. Но я понимал, что против грамотной засады нанятые телохранители ничего не смогут предпринять, поэтому лучший способ избежать гибели — избежать самого покушения.