"Фантастика 2024-177". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)

— Так, — Слава внимательно смотрел на меня.
Было холодно, усилился ветер, ну а я застегнулся до самого верха и продолжил:
— Эдик под колпаком у Горбаня, был стукачом по молодости. За это ему могут предъявить местные блатные, Женя занимается. А в команде Эдика есть Мишаня, который ненавидит Черепа за то, что тот убил его брата. Мишаня терпеливый, но… сам понимаешь, у терпения есть пределы.
— Опасный ты человек, Волк, — Слава усмехнулся. — Короче, чё сейчас-то делать?
— Поехали. Ещё не всех связали друг с другом. Вот и хочу заняться, чтобы у нас выход был на этого грузина и того, кто приказы Горбаня выполняет. Но сначала надо позвонить.
Я открыл дверь, сел на переднее пассажирское место и развалился в мягком кресле. Ехать самому не хотелось, пусть Слава порулит, а я подумаю. Посмотрел на мобильник, который сейчас наверняка прослушивался, а потому был бесполезен.
Слава уселся на место водителя и завёл двигатель. Звук мощного мотора меня всегда радовал, но гонять на нём негде, дороги убиты и в Чите, хотя это центр города. Хотя звук мотора больше напоминал о том дне, когда на нас напал Кирьян, а мы отбились, правда, пришлось взорвать ту свою машину.
Но эта проблема намного опаснее, чем иркутский вор в законе.
— И куда едем? — спросил Слава. — Я плохо Читу знаю.
— Надо подумать, где эти автоматы есть. На вокзале точно были.
Всего одна ниточка, но я хотел за неё потянуть. Если получу хоть кусочек от того компромата, что когда-то нарыл уже покойный кэгэбшник Револьд, то смогу использовать.
И надо опередить других, они тоже могут думать так же. И они точно не будут сидеть без дела.
Мы тронулись, но долго проехать не смогли. Уже на выезде с больницы показалась машина ГАИ, рядом с которой торчал инспектор. При виде нас он взмахнул полосатым жезлом.
— Волк, осторожно, — шепнул Слава, нажимая на тормоз. — Если что, я резко вперёд рвану, хрен догонят. А ты голову пригни, чтобы пулей не задело.
БМВ остановился. Пара секунд, и вокруг машины уже стояли вооружённые люди. Ждали именно нас, стоя в темноте. Но это не братва. Крепкие мужики в бронежилетах и чёрных масках, у каждого Калашников. У всех на груди надпись «ОМОН».
Не стреляли, из машины не вытаскивали, не били, не арестовывали. Просто стояли, будто это была демонстрация силы того, кто их послал.
Но если подумать, раз идёт такая демонстрация, то кто-то хочет решить вопрос без лишних проблем для себя. Вернее хочет, чтобы я сам принёс им всё готовое. Если я сдамся, так для них будет проще, поэтому запугивают, давят, думают, что я поддамся. Ну или просто хотят выдавить из меня денег перед тем, как продолжить, вот как тот полковник, что тянул взятку. Кто их знает?
Но надо понимать, что у них есть все возможности действовать жёстче прямо сейчас, и вообще без всяких законов. Вполне могут нас расстрелять из автоматов, а потом выставят, что при задержании два опасных бандита оказали сопротивление. Или вытащат из тачки, дадут прикладами по голове, а потом увезут в камеру. Могут и так, да.
— Осторожнее, Слава, — шепнул я. — Я говорю, ты наблюдаешь за обстановкой.
— Это он, — Слава показал головой в сторону. — Это тот чёрт! Он это, отвечаю.
Из джипа, стоящего впереди, вылез человек в чёрном плаще и неспеша, вразвалочку, поковылял в нашу сторону. По пути закурил сигарету. Омоновцы опустили автоматы, но продолжали держать оружие наготове.
Видел этого человека всего раз, мельком. Тот самый Горбань, о котором мы столько говорили в последнее время, прибыл повидаться со мной лично. Майор подошёл к машине со стороны водителя и постучал в окно пальцем.
Много чего они могут сделать. Но всё зависит от того, что я скажу этому майору.
Слава вздохнул и нажал на кнопочку, опуская стекло.
— Ну чё, Волков? — спросил Горбань с наглой ухмылочкой. — Ну вот куда ты лезешь? Кто тебя просил? Ты чё, не понимаешь, что я тебя в любой момент могу как жука раздавить? Стоит только приказать им, и тебе хана, понимаешь?
  
Глава 5
   
Я внимательно смотрел на Горбаня, на его людей, мужиков в гражданской одежде лет тридцати-сорока, стоящих чуть поодаль, на омоновцев, вооружённых автоматами, и на Славу, который ёрзал в кресле водителя. Правый рукав куртки он приспустил вниз, пряча зажатый в ней пистолет. По крайней мере, Горбань живым не уйдёт, если начнётся пальба. С другой стороны, толку от этого будет мало, его начальник найдёт кого-нибудь ещё.
— Раздавить, говоришь? — спокойным тоном спросил я, следя за обстановкой. — Можешь. Но раз пришёл говорить, значит, зачем-то я тебе нужен.
— Хе, — Горбань усмехнулся. — А ты хорош, Волков, не боишься. Сразу видно, умный мужик, в своём-то возрасте.
Он сделал знак своим, помахав рукой, и омоновцы расслабились, повесили автоматы на плечи и начали расходиться, больше не держа нас в кольце.
Но всё равно, надо быть повнимательнее, хитрый Горбань вполне может как угрожать, так и пытаться расположить к себе. Таких приёмчиков в арсенале майора ГБ за его долгую службу должно накопиться немало.
— Нам такие нужны, — продолжал он. — Знаешь что? Смотрю я на тебя, думаю, жалко, молодой ишшо, и жизнь только начинается. Тебе бы с девочками ходить, а не всем этим заниматься, в твоём-то возрасте. И с такой-то машинкой, — Горбань похлопал БМВ по крыше.
— Поэтому и такая машина, что занимаюсь такими делами, — сказал я.
— Хе… но знаешь, сколько вас таких на кладбище лежит, молодых, — он заглянул в салон и оглядел всё. — Очень хорошая машина. Подаришь? Шучу. Короче, решил я тебе помочь.
— Надо же. И как?
— Продай ты эту фирму, Волков, — почти отеческим тоном сказал старый комитетчик. — Зачем она тебе? Времена другие настают, дела будут делаться иначе. Да и зря ты за Ремезова держишься, его скоро в отставку попрут, по состоянию здоровья. И останешься ты один против всех.
— И что, предлагаешь крышу?
— Ты меня за кого держишь? — тон тут же сменился, став угрожающим, но Горбань снова заулыбался. — Зря ты так. Знаешь, как лучше поступим? Давай так. Ты фирмочку нашему человеку продаёшь, а сам можешь ехать куда хочешь, тебя никто не тронет, слово даю. Друзья твои тоже могут разъехаться, или остаться работать, если захотят, нам люди нужны. Всё же настроено там на комбинате, чего ломать, а потом новое городить?
И сейчас должно быть самое главное, то, ради чего он устроил этот балаган. Но вместо этого хитрый комитетчик ходил вокруг да около, не выдавая своей цели. Только увещевал, что продам фирму, и всё станет хорошо. А комбинат будут охранять и они сами, даже лучше.
— И всё имущество фирмы? — спросил я. — Прям совсем всё?
— А то. Куда оно тебе? На жизнь дадим, не обидим. Короче, поедем сейчас к юристу…
И оттуда я уже не вернусь. Сейчас или стрелять, где Слава положит Горбаня, а остальные нас. Или упакуют в камеру, где нас зарежут по маляве от Эдика. А нам лучше остаться живыми, чтобы бороться дальше.
Ладно, рискнём.
— Акции оформлены не на меня и не на ЧОП, — сказал я. — А на небольшую фирму на Кипре. Вишневские передали мне эту фирму, а акции перед этим оформили на неё. Если что-то там делать, надо называть код представителю там, а он у меня в Новозаводске в сейфе на бумажке записанный лежит.
— На работе? — он напрягся.
— Нет. Я такое на работе не держу. В банке.
Горбань смерил меня тяжёлым взглядом. Раздумывал. Вот что ему нужно. Акции, и не Шелехову, а лично ему. Вот я тебя и купил, хитрый майор, а заодно выгадал себе какое-то время. За эту ночь может многое измениться.
— А вот акции передашь мне, вместе с той конторкой кипрской, — произнёс он тише, чем обычно. — Ну а машинку… переоформи на свой ЧОП, а то дорогая, удержать будет сложно. Угонят ещё, в очередной раз, — майор хмыкнул. — Ладно, езжай к себе домой, утром позвони мне из банка, как решишь вопрос. И мы тебя отпустим.
Горбань полез в карман, и я заметил, как напрягся Слава. Но вместо оружия майор вытащил белую картонную карточку с золотой вязью.