"Фантастика 2024-177". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)

— Ни в жизнь, он наш. Мы его Женькой и Лёней открывали, вот и дальше будет работать, мало ли что случится. Да и СБ придётся из города убраться, они же не могут другие точки охранять кроме своей. А если нас в городе не будет, местные про нас забудут быстро и начнут наглеть.
— Ну, смотри сам. Тогда через договоры придётся прогонять. Я тут, кстати, с Витьком говорил с утра, братом Игоря Крюкова. А он грамотный мужик.
— Слишком грамотный, — я кивнул. — Строит из себя простачка, а на деле хитёр. Так куда ты его засунешь?
— Так на карьер сначала, потом посмотрим. Вряд ли он тут концентрат воровать будет, слишком мелко для него. Поставить его, чтобы за складом надзирал? — Антонов засмеялся. — Метла-то побоится на брата Крюкова наезжать, если решится оттуда тырить железо или чего-нибудь ещё.
— Ты уже всех знаешь.
— Лично его не знаю, просто узнавал, что это за человек. А что в этом такого? Метла в Краснозаводске авторитет, надо знать, с кем, возможно, придётся столкнуться. Но он по жизни осторожный, всегда на воду дует. Повезло. Я как-то был управляющим золотодобывающего завода в 95-м, вот там была жесть. Такое даже по ящику не покажут.
— Воровали? — спросил Женя.
— Не то слово. Это как дикий Запад, вообще никакого закона. Местная братва наезжала на работников, чтобы выносили золотишко, или семьям угрожали при отказе или кто мало стащит. Вот и выносили, каждую смену. Охрана всех работников догола раздевала, чуть ли не пальцем в жопу лазали проверять, но всё равно до моего прибытия пропадало чуть ли не по полтонны в год. И знаете как выносили? Случайно увидел.
— Как? — Женя глянул на него в зеркало заднего.
— Рогатками, — Антонов засмеялся.
— В смысле?
— Берут рогатку, кладут золотишко и выпуливают за территорию. Братки потом пацанов нанимали местных, заставляли прочёсывать всё, чтобы всё золото найти. Кто приворовывал, тому ноги калечили, но не руки. Как этим неграм в Африке, которые алмазы добывают. Вообще, там звери были, никогда больше таких не видел. Ничего человеческого в них не осталось, кроме жадности.
— И что в итоге?
— Так начали они друг с другом воевать, всё мало им было. Короче, замочили и пахана, Вовку Бешеного, и его друганов, Вадьку Смурного и Крокодилыча, сразу спокойнее стало. Я же их там всех знал, подонков этих, а они всё ко мне подход искали. Но я потом договорился на этот комбинат, тут лучше условия.
— У нас хоть железо, — сказал я. — Воровать тоже будут, но не так, как золото. В задницах точно выносить не будут.
Антонов засмеялся, потом перешёл к обсуждению недавнего покушения на Шеварднадзе. Но это интересовало его в плане того, что тогдашнего президента Грузии спас бронированный мерседес, а директор комбината хотел себе именно такую машину.
Доехали до города, высадили Антонова у городской администрации, где я вернул его под опеку охранника Тимура. Ехать в ФСБ ещё рано, встреча с Ремезовым назначена через полчаса, вот мы с Женькой и поехали в сторону рынка, где нас должен был ждать Слава.
Дул сильный ветер, небо тёмное и серое, будто вот-вот пойдёт снег. Только середина февраля, а в наших краях весна начинается поздно, так что зима будет долго. Ещё и температура показывала свой резконтинентальный норов, когда днём было чуть ниже нуля, а ночью опускалось до минус тридцати, а то и сорока.
Славы пока не было, зато я встретил брата. Кирилл стоял со своей девушкой напротив главного входа и с интересом смотрел за суетой, которая разворачивалась на рынке.
— Чего там такое, Кирюха? — спросил я, пожимая ему руку.
— Цыгане пришли! — воскликнул брат, показывая на толчею. — И как наводнение прошло! Между рядами идут и всё тащат, что под руки попадается. Девки сумки прикрывают, мужики карманы держат, а продавцы на прилавки улеглись, на товар, чтобы ничего не украли. Драки, маты со всех сторон, менты потом налетели. Кого-то там п***т ногами…
— Не матерись.
— Ну, в общем, веселуха идёт, — разошедшийся Кирилл успокоился. — Потом братва налетела, все сбежали, теперь снаружи трутся. Мы прогуляться пришли с Алёнкой, а тут такое!
  
— Не стоит, раз такое идёт. Сходите в кафешку лучше, — я залез в карман и достал оттуда несколько купюр по сто тысяч, старого образца, которые ещё ходили, и одну новую сторублёвку. — Только в приличную.
— Ништяк! — Кирилл торопливо убрал деньги, чтобы никто не увидел. — Спасибо, Макся! Зырь, они уже здесь.
Мимо нас торопливо прошла грустная девушка в короткой серой шубке и с сумочкой в руках. Через пару секунд дорогу ей преградила пожилая цыганка в пуховом платке.
— Девушка, а как пройти до вокзала? — вежливо спросила цыганка.
— Вам нужно в другую сторону, — девушка остановилась и начала показывать направление.
Это было зря, потому что цыганка тут же подскочила к ней и начала тараторить:
— У тебя большое горе случилось, страдание большое, сама страдаешь, дети твои страдать будут, черноту эту снять надо…
— Э! — вскричал Женя, наблюдая за сценой. — Ты чё там творишь?
Он пошёл туда, я следом, чтобы прикрыть его со спины, потому что такие ворожеи без охраны не ходят.
Но обошлось, нас откуда-то знали. Один из крепких смуглых парней, которые сразу выдвинулись из толпы на входе у рынка, посмотрел на меня, удивился, очень громко свистнул, и они все свалили вместе с ворожеей. Девушка в шубке с удивлением огляделась, но вокруг никого уже не было. Она покачала головой и пошла дальше.
— Сейчас бы всё вытащили, — Женя сплюнул. — Только начнут и не отпустят, пока все деньги не выгребут. Осторожнее надо. Тогда сам видел, как у одной всё вытащили, и деньги, и часы, и цепочку.
— Чё ты панику поднимаешь, Коваль? — к нам подошёл Слава, на ходу поедая горячий пирожок с картошкой, завёрнутый в бумагу. — Опять чё-то устроил? Только тебя и слышно.
— Да, всё уже, разобрались, харэ ныть, Славян, — Женя вдруг загадочно улыбнулся, будто что-то весёлое пришло ему в голову. — Тут это, Славян, мы сейчас Антонова подвозили. Он и говорит, что работники могут продукцию в задницах выносить, так что надо каждый день проверять. Вот короче, ты теперь за это отвечаешь и будешь лично смотреть в каждую…
— Иди ты сам в жопу, Коваль, — огрызнулся Слава, но совершенно беззлобно. — Придумал хрень какую-то, как всегда. Я же ем!
Они продолжили эту лёгкую дружескую перепалку. Я махнул рукой Кириллу, чтобы шёл дальше, и достал из кармана ключи от БМВ.
— Ладно, парни, — я протянул их Жене. — С вами весело, но мне надо в управу ФСБ. Пообедайте без меня. Если не успею освободиться к этому времени, то в магазин езжайте сами. Камеры заберите в коробках, всё договорено с хозяином.
— Понял, — Женя кивнул.
— И обязательно все чеки надо взять, потому что оплата по безналу идёт. И скажи хозяину, что одна из новых камер сильно рябит, пусть он человека отправит, чтобы посмотрел. Если что, пусть меняет.
— Передам. Не откажет?
— Не откажет, мы хорошие клиенты, столько камер кроме нас никто не берёт. Потом меня заберите, на комбинат все вместе уедем.
* * *
В управе ФСБ сегодня много людей, пришлось подождать, пока выпишут пропуск. Ремезов ждал меня в кабинете на пятом этаже. Сияющий фсбшник сидел за столом в новеньком костюме, а перед ним стояла запечатанная бутылка импортного коньяка, рядом с ней большая шоколадка и коробка из тёмного лакированного дерева.
— Поздравляю с внеочередным званием, товарищ полковник, — сказал я.
— Благодарю, Максим, — он поднялся навстречу. — Вот только вчера обмывали. Вообще, всё очень быстро идёт. Всего год назад был майором, бумажки перекладывал, а сейчас…
— Можно сказать, твоя карьера попёрла после того дела с торговцем оружием, — я уселся за стол.
— Да, можно сказать и так. Главное, что это дало мне возможности заняться другим, не менее важным. Но ты же знаешь, я про свои долги не забываю, — он посмотрел на деревянную коробку и подтолкнул её ко мне через стол. — Вот тебе от нашего ведомства. Было сложно, но я для тебя это выбил. Вчера пришло спецсвязью.