"Фантастика 2024-177". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)

— Увы, Максим, — Эдик развёл руки. — Слова это одно, а дела — совсем другое. Но вы, думаю, заметили, что я люблю поговорить, хотя я старик, все мы такие. Вот Рома молчит, как и привык, — он показал на Монтёра, который сидел в стороне. — А это умнейший человек, самостоятельно выучился на электрика в одном университете, — Эдик усмехнулся. — Зато Мишаня говорит много, но очень искренне, мы за это его и уважаем.
Он показал на парня в камуфляже, который глаз не сводил с Жени и Славы. Взгляд без злобы, они не старые враги. Но и не друзья.
— Приехал я недавно, — сказал Эдик. — Начал узнавать, что происходит в родном городе, всю эту грязь и остальное. Но были и интересные рассказы. Про новое охранное агенство, к которому так просто не подлезть. Я хотел сказать тост, но заболтался, так что ваше время тратить не буду. Давайте просто выпьем.
Он поднял бокал вина. Я тоже немного отпил. Неплохое, хотя вино я пил редко. Закусил сыром, почти не чувствуя его вкуса.
— И эта новая охрана, — Эдик поставил бокал. — Такой палец в рот не клади. Какая-то банда отморозков, которая маскировалась под них, получила своё. До этого сгинул печально известный майор Богатов. Серьёзная у вас контора, Максим. И что характерно, ваше влияние в городе ограничено только вами самим. Если бы вы хотели, то давно бы встали на другой уровень.
— Майор Богатов тоже хотел подняться, причём быстро, — сказал я. — А о его судьбе вы знаете не хуже меня.
— Эх, тут вы правы, — он притворно вздохнул. — Каждому нужен только тот кусок, который он может проглотить, иначе можно подавиться. Вы это говорили и нашему общему знакомому в Краснозаводске.
— Метла, — догадался я.
— Да, это мой старый приятель, — Эдик налил ещё вина. — Но знаете, мне кажется, вы, возможно, не осознаёте, что ваша доля может быть больше, чем сейчас. Ведь можно выполнять более серьёзные дела…
— Да ваще можно такое мутить, — вставил Мишаня. — У тебя стока пацанов грамотных. Я брательника своего отправлял к вам, а вы тут чего-то это, менжуете, пацаны.
Эдик даже не поморщился, хотя то, что молодой перебивает авторитета, явно не по правилам, особенно в разговоре с чужими. Зато это навело меня на кое-какие мысли.
Похоже, у Эдика есть только блатные, которые подтягивают увлекающихся блатной романтикой малолеток, но больше никого серьёзного. Да и бойцы из них так себе. И по какой-то причине с ними появился Мишаня, один из последних богатовских, единственная реальная боевая сила, поэтому ему дозволяется и не такое.
Поэтому они ищут подход к нам. Эдику нужны люди, и не просто люди, а сработанная команда, чтобы выстоять среди сильных группировок. Вот он и пришёл ко мне напрямую, а не к парням. К парням приходили раньше, не вышло. И пока хотят по-хорошему, потому что они опасаются, что по-плохому не выйдет. А это нам на руку, у нас же всё-таки не боевая бригада с кучей огнестрела. Главное, что они этого не понимают.
— Дела мутить, значит, — сказал я. — Знаю я, кто что мутит. И уже видел, чем это заканчивается. Жадность до добра не доводит. И Богатов, — тот парень сразу скривился при упоминании. — И Фрол, и даже тот, кто раньше заведовал этим клубом. Если бы не жадность, они были бы живы до сих пор.
— Жадность — один из худших смертных грехов, — произнёс Эдик. — Жадность и гордыня, вот что хуже всего. Но Мишаня сказал простыми словами то, что я хотел произнести иначе. Так уж вышло, что вы ищете работу за пределами города, когда она есть в самом городе. Представляете, что можно сделать, если придётся охранять не какие-то руины в степях, а целый рынок. Совсем другой уровень.
— У рынка же есть охрана, — сказал я.
— Не самая надёжная, а нам нужны профессионалы. Но в любом случае, это пока не предложение. Я просто хотел сначала познакомиться с вами лично и увидеть, что вы за человек, а потом уже говорить предметно. Я старомодный, всегда предпочитаю знать, из какого теста вылеплены мои знакомые.
За спиной у него висели часы. Скоро должна начаться встреча с Кузьмичёвым из ФСБ, тут мы задержались. Но это дело я не мог откладывать долго, тут опаснее.
  
— В любом случае, мы люди деловые, — Эдик хрипло откашлялся и запил вином. — Минуточку, здоровье уже не то…
Он прикрыл рот платком, покашлял ещё и закрыл глаза. Молчал несколько секунд.
— В любом случае, мы люди деловые. Должно быть не просто, что мы пришли и говорим, охраняйте наш рынок, а вы нам скажете — сто тысяч долларов. Всё же нужно обсудить. Хотя начать с цены — грамотное решение, сразу видны возможности сторон, одна платит, другая что-то предлагает взамен.
Сто тысяч он выделил особой интонацией и уставился на меня. Где ты их возьмёшь, старый? Хотя наверняка думал, что сможет у кого-то отобрать. Впрочем, я уже решил всё и так.
— Мы не рассматриваем предложения в городе, — сказал я. — Только те, на которые мы можем повлиять, потому что у нас другой клиент, на которого уходит всё наше время, а я не привык распылять силы. Мы обеспечиваем охрану только тогда, когда можем гарантировать безопасность. В данном случае я ничего гарантировать не могу, поэтому увы. У рынка свои правила, которые нужно осваивать.
— Здравый подход, — он никак не выдал своё отношение к моему ответу. — А вот ваши люди… да, понимаю, вы взяли надёжных.
Парни молчали. Слава хоть и любит поболтать, на таких встречах только внимательно слушает. Он человек неглупый, хотя и пытался выглядеть простым. Он понимал, как всё работает, а ещё умел выжидать.
Женя тоже слушал и молчал, хотя я его и не предупреждал об этом. Он мне доверял, поэтому не спорил при всех, только наедине выскажется. А Лёня — мужик тёртый, и сам понимал, когда надо молчать.
Ведь если бы они начали спорить и пытаться доказать мне, что надо подумать над делом с таким щедрым гонораром… меня бы просто завалили в ближайшие дни и потом пришли к ним с этим же предложением.
А меня не запутала вежливость Эдика, в этом городе он точно из опасных людей. Не так опасен, как майор Богатов, но в чём-то старый прожжённый вор хуже хитрого военного. Но ему нужны люди, и он хочет взять тех, кто под рукой.
Да и эти сто тысяч я не увижу, скорее грохнут, чем заплатят. Взял деньги у братвы, обещая сделать что-то взамен — назад на вырвешься. С ними надо выстраивать другой подход, чтобы не остаться их должником. Так мы и держимся.
— Мои люди понимают всё, как и я, — сказал я. — В конце концов, мы делаем одно дело, все вместе. А если у кого-то из нас под угрозой, все вместе идём его выручать, как было не раз и не два.
— Ваша репутация оправдана, теперь вижу. В любом случае, был рад познакомиться.
На прощание он подарил глиняную бутылку вина, которую я уберу в неприкосновенный запас, чтобы отдать кому-нибудь при необходимости. Подарки с алкоголем у нас любят, особенно с дорогим.
Эдик ещё пообещал, что разберётся с Толиком и что таких нападений не повторится. И после моего замечания обещал повлиять, чтобы прекратился этот беспредел, когда какие-то непонятные люди берут деньги у ребят Семёныча. Хотя он и удивился, что я подошёл с этим к нему, якобы, он-то тут причём, но сказал, что разберётся.
Если по итогу, он всё ещё играл роль гостеприимного хозяина. Но что он думает на самом деле, разумеется, я не знал, никто не знал, кроме него. Но кое-что можно понять и сейчас.
— Кто что думает, парни? — спросил я, когда мы вернулись в машину.
За рулём сидел Артём, который нас ждал снаружи. Он заткнул сигарету за ухо и молчал, поглядывая на нас. Первым взял слово Лёня.
— Ему люди нужны. Причём такие, которых не надо долго обучать. Рынок — территория Луки, но Луку дожали. Возможно, Эдик хочет отбить территорию у Гоши, но пока непонятно. Не думаю, что он на нас серьёзно полезет, про знакомых чекистов все в курсе, вот и аккуратно пробивает, заманивает. Ну и надо будет с кем-то из братвы переговорить, чтобы знать, что Эдик мутит. Резко он поднялся, наверное, и сам это должен понимать.
— Да. В прошлый раз так резко Богатов поднялся, но у Эдика таких людей нет, чтобы с пивзаводом и Гошей разом воевать. Но вот насчёт поговорить с братвой…