"Фантастика 2024-177". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)
Вернулся дед, но Кирилла не ругал, а притащил ему стопку журналов, которую где-то раздобыл в больнице. Женя тем временем сбегал в круглосуточный магазин, купил сока, апельсинов, пару сникерсов и даже связку ещё зелёных бананов, которые мы убрали под кровать, чтобы дозрели.
— Завтра зайду, Кирюха, — пообещал я.
Поехали домой на моём паджерике. Дед о чём-то размышлял, а я с беспокойством на него поглядывал. Вот не показывает старик, что расстроен, но очень переживает. Но всё же хоть немного успокоился, пока ехали в больницу, он вообще был почти чёрным от расстройства.
— Что милиция говорит? — спросил он, выходя из раздумий.
— Да пока ничего особенного, — сказал я, останавливаясь у переезда. — Лёня поищет, но это будет непросто.
На улице совсем темно, время уже около полуночи. Мимо нас промчался пассажирский состав. В окнах вагонов ещё горел свет.
— Подруга Кирилла, может, успокоится и что-нибудь вспомнит, — продолжил я. — Друган это ещё сбежал. Я и сам поищу, кто это такой охреневший. Поспрашиваем с Женей.
— Без базара, — отозвался Женя, тыкавший мою мобилу.
— Только осторожнее, Максим, — попросил дед.
— Конечно, деда. На рожон не полезу.
Доехали до дома, дед пошёл спать, хотя понимаю, что он долго не уснёт. Я зашёл к Жене, чтобы спокойно всё обсудить. Сидели у него за столом с включённым светом, когда хлопнула калитка. Через несколько секунд в дверь постучались, Женя открыл.
— Опять не спите, — сказал Слава, проходя к нам.
— А ты чего по ночам опять ходишь? — спросил Женя.
— Так днём отсыпаюсь со смены. А тут смотрю, свет горит, зашёл.
На нём зелёная футболка и камуфляжные штаны от формы. В кармане лежала какая-то плоская коробочка, не удивлюсь, если он там носит ствол. В руке — вечная банка пива, которое парень поглощает в каких-то огромных количествах.
Сейчас Слава спокойно себе работал в ЧОПе «Воевода», но скоро перейдёт ко мне, когда мы официально откроемся. А о его второй деятельности, похоже, знал только покойный Фрол, потому что Славу больше никто не тревожил, требуя кого-то убрать. Тем лучше для нас.
— Да вот, на младшего Волка какие-то отморозки напали, — сказал Женя. — На хлебозаводе. Найти бы их, гадов.
— А кто? — спросил Слава.
— Да не знаем, непонятно. Большой и накачанный, с портаками.
— Там много таких, — он пожал плечами. — Они там из этих качалок не вылазят. Всё хотят потеснить пивзавод. Придурки, — Слава отхлебнул из банки и смял её.
— Славян, может, поспрашиваешь, братан? — Женя посмотрел на него. — У тебя там много знакомых, ты же там жил раньше.
— Лады.
— Буду должен, — сказал я. — Если что случится, зови, всегда приду на помощь.
— Договорились, — Слава подошёл к холодильнику и достал оттуда бутылку пива. Открыл и равнодушно спросил: — Мне его замочить?
— Нет. Хочу на эту падлу посмотреть.
В преданности Славы своим друзьям я не сомневался. Если его попросил Женя, Слава обязательно всё разнюхает.
Утром поехал в город. Лёня сказал, что его коллега опросил девушку, но и она не сказала ничего нового. «Друг» Кирилла, который бросил всех и сбежал, сказал ещё меньше, а утром так вообще уехал в Читу с отцом на машине.
Женя порывался идти со мной, но у него последний день на работе, отправил его туда, как и договорился с его начальством. Да и он пока мне не нужен, всё равно никого не нашли. А вот с завтрашнего дня он полностью будет занят нашим новым делом.
Первым делом съездил на хлебозавод сам. Завод работал едва-едва, еле сводил концы с концами, но он меня не интересовал. Рядом с воротами был магазин, продающий хлеб. Пока там было свежее, с утра выстроилась очередь.
Всё случилось недалеко отсюда, но рядом с автобусной остановкой уже никаких следов нет. Я походил и поспрашивал у разных людей: у двух парней, которые курили в стороне, у алкаша в очереди, который клянчил деньги на пузырь, у бабушек, которые дежурили рядом с подъездом ближайшего дома. Никто ничего не слышал и не знает.
Только один парень в кепке-бейсболке, которую носил козырьком назад, шепнул, что видел, как кто-то кого-то пинал, но сам он сразу обошёл это место большим крюком.
Так я ничего не узнаю, надо менять тактику. Пока вернулся в контору, но работа не шла, голова была занята другим. Взял телефон и набрал Студента. Не для того, чтобы просить помощи в нахождении засранца, а чтобы подсказал, если что услышит. Разберусь сам, без братвы, само собой.
— Волк, здорово, не вовремя! — затараторил Студент. Судя по звуку, он был за рулём. — Менты озверели совсем, пацанов повязали, адвоката нашим везу. Потом позвони!
Я положил телефон на стол. Надо бы напрячь память, вспомнить, кто из знакомых живёт на хлебозаводе. Но пока рылся в потёртой записной книжке, ко мне явился гость. Зевающий Слава уселся напротив меня и хмыкнул.
— Нашёл я их, Волк. Почти сразу.
— Кто это? — я уставился на него.
— Витя Камень, — он снова зевнул. — Местный типа авторитет. Мелкий, но наглый. Короче, хвастался он в пивнушке, как кого-то отметил вчера вечером. Он короче это, — Слава засмеялся. — Всем понтуется, что в Чечне был. Двадцать один год, собрал малолёток вокруг, дичь им втирает. А я по нему вижу, что он там ни дня не был. Это заметно.
— И что дальше?
— Поспрашивал немного, что да как, — Слава усмехнулся. — Он это, короче. Там старый парк есть, они там трутся. Беседку себе отжали у местных ребят, за жизнь затирают, считают себя братвой круче пивзавода. Так что зови пацанов, там вся их банда сидит.
— Нас тоже много.
— Я тоже с вами, — он отхлебнул из банки, смял и бросил в урну.
Снаружи кто-то потопал на коврике у двери и вошёл.
— Здорова, пацаны, — Женя, от которого слегка несло выпитым, сел рядом со мной. — Всё, закончил я на железке. И проставился, но попросился пораньше уйти, все всё поняли. Парней попросил, кто на хлебозаводе живёт, чтобы ушки на макушке. Все говорят, беспредельщика надо найти.
— Нашли уже, — сказал я. — Надо ехать.
— Тогда погнали, Волк, — он поднялся. — Дай трубу, я позвоню Ярику и Артёму. Ты же тогда ездил с нами, вот и они пусть не расслабляются.
— Надо только план придумать, — добавил Слава. — Ну, чтобы не слиняли, как нас увидят. А то вид у нас грозный, сразу свалят.
— Поехали, — я взял ключи от машины. — Покажем ублюдку, с кем связался.
Днём ранее, пустырь на хлебозаводеВ стоящей на пустыре беседке было людно. Горел свет, играла музыка. Собравшиеся тут парни пили пиво, много курили, причём не всегда табак. Надрывно смеялись девушки, которых пригласили сюда. В общем, обычный вечер для местных.
На самом почётном месте сидел Витя Камень, здоровый амбал под метр девяносто, накачанный и крепкий. Всегда ходил в майке, чтобы хвастаться мышцами. На коленях у него сидела хихикающая и пьяная девица, а он лапал её за грудь и продолжал рассказывать:
— В сауне, эта которая, Сибирские бани, вот там лучшие б**ди, — он громко захохотал. — Сам в бассейне сидишь, а она под воду ныряет и как поехала…
— Туда ещё хрен попадёшь, — сказал его сосед. — Туда только крутых пускают.
— А я по твоему кто? — Камень присмотрелся к парковой дорожке, по которой кто-то шёл. — А это что за лох?
К беседке медленно подходил высокий, тощий парень в очках, одетый в белую рубашку. Сидящие в беседке парни ухмылялись, а тощий при этом явно чувствовал себя неуютно.
— Ты главный? — спросил парень в очках. Голос чуть дрогнул.
— А ты кто? — Камень ссадил девушку на скамейку и попался. — И чё припёрся?
— Да работка одна есть, — сказал он, выдерживая взгляд Камня. — Тут через пару часов у хлебозавода пройдёт три человека, я, потом парень один и девка, сука.
Незнакомец скривился. Кто находился в беседке, смотрели на него.
— Вот, короче, вы подходите, я сразу сваливаю, а этого парня, который со мной, надо крепко отп***ть. Только чтобы живой остался. Девку не трогать, но напугать её можно и нужно. А парня просто наказать. И не показывать, что меня знаешь. Плачу пятьдесят баксов.