Истинная на одну ночь. Вторая попытка

У неё потрясающе чувствительное тело, и мне это нравится. Видеть, как она отзывается даже на самые простые ласки. Как дрожит. Как едва заметно просит большего. Моя девочка. Наша. Искренняя, настоящая, такая, что я не могу представить, как жил без неё раньше. Существовал? Наверное.
– Я… хотела… спросить, – она впилась пальцами в волосы Ильи, подстёгивая его на активные действия.
  
– Спрашивай, Тина, – мне было интересно, но сладкий аромат её кожи выбивал из головы любые вопросы и ответы.
И не только у меня, потому что она тихо постанывает, дрожит в моих руках, пока пальцы сдавливают соски, играют с ним, ища грань её удовольствия. Чтобы не передавить, не сделать больно, довести её до блаженства идеально.
– Я для вас… на одну ночь? – лепет на выдохе.
Глупый, но выдаёт её страхи. И мне смешно, Тина ведь должна была уже понять, что оборотни не станут вот так делить женщину, не будут стремиться раз за разом довести её до экстаза, забывая о себе. Не почувствуют боль, если только девушку уже не признал зверь.
– Почему на одну? – Илья фыркает и отрывается от своего важного занятия, целует её лобок. – Лично я не против повторить.
– Разве тебе не понравилось? – тоже спрашиваю, теряя способность думать связно.
Тяну её к себе, хочу поцеловать. Хочу большего, но в голову влетает мысль, от которой никак не могу избавиться, смотря на её чуть припухшие губки.
– Давай, малышка, хочу слышать твои стоны, – комментарий от Ильи, он словно понимает, чего я хочу.
Развернули Тину, поставили на колени, так что мой член теперь совсем рядом с такими аппетитными губами.
– Мне понравилось, как было в прошлый раз, – обозначил свою позицию.
Наверное, я ждал, что утром она будет не такой раскованной, но всё же надеялся, что не только нас тянет к ней, но Тину к нам. Всё-таки девочка она активная, должна же и в ней быть эта порочная чёрточка, которая нас объединит?
Я вижу её взгляд, и от него член наливается кровью почти до боли. Самое прекрасное, что видел в жизни, – чистый восторг и блаженство. Моя женщина, которая хочет меня.
Ладно, не только меня. Её тело умеет говорить, звать и соблазнять, поэтому ничего удивительного в том, что у Ильи немного сносит крышу.
Друг всегда знал, что я против того, чтобы ставить метку на пару просто так. Сначала согласие и прочие радости, потом уже – законный брак. Он знал, я знал, но Илья всё равно не смог удержаться и укусил Тину за ягодицу. Не поставил метку, но след оставил, совсем как она на мне. Любой оборотень, который бы увидел такой знак, понял, что девушка занята. Но никто не увидит попку нашей сладкой пары, потому что я никогда не позволю этого сделать.
– Тина? – произнёс, едва сдерживая себя.
Поторопил.
И с размаху ухнул в невероятное блаженство. Не нужно быть экстрасенсом, чтобы понять, прикосновение твоей женщины, той единственной, всегда намного лучше, чем ласки самой искусной шлюхи. А если женщине нравится то, что она делает, то это умножает удовольствие раз в десять. И ведь Тине нравилось. Она обхватила мой член губами, посасывая его словно леденец, прошлась своим юрким язычком по всей поверхности и выбила-таки из меня стон, который я просто не смог сдержать.
– Малышка, а что ты такое творишь с нашим Максом? М-м? Судя по его лицу, что-то очень приятное. Да?
Тина застонала мне прямо в член – громко и неимоверным удовольствием, потому что Илья не остался в стороне, присоединился к утреннему разврату. И нашей девочке это понравилось. Она застонала громче, выпустила меня изо рта, чтобы набрать побольше воздуха. Её глаза закатились от наслаждения, она почти обмякла, но я решил, что отдыхать Тина будет позже.
– Не отвлекайся, Тина! – обхватил её подбородок, снова направляя к члену.
Встретился с её взглядом, подёрнутым дымкой удовольствия. И начал двигаться.
Случайно ли, специально, но мы с Илюхой знали, как доставить ей удовольствие, двигались в едином ритме, подталкивая её к краю. Я никогда не сделаю ей больно, но вот оргазм – это уже в моей зоне ответственности.
– Твою мать! Тина…
Я обещал себе, что буду следить за каждым своим движением, но эта девочка сорвала все предохранители, выжгла собой всё, что только могла. И я не выдержал, слетел с катушек и кончил прямо в её сладкий рот. Может, даже сделал больно, но за общим фоном восторга этого не осознал, поэтому поспешил извиниться:
– Прости. Ты была великолепна.
– Наша малышка – чистый огонь, – подтвердил Илья. – Надо её за это поощрить.
По одному взгляду друга понимаю, что он не намерен останавливаться, и хочет показать всё, на что он способен. Отпускаю Тину от себя, позволяю Илье завалить её на кровать и просто наслаждаюсь зрелищем.
Твою мать! Я должен ревновать! И я ревную. Мне дико завидно, что на месте друга сейчас не я, а то, что было ночью, уже успешно ушло в прошлое и забыто.
– Да… Да. Да!
Не смог остаться в стороне, склонился над ней, чтобы хоть немного прикасаться. Кажется, сказал, что она самая красивая, что я люблю её.
– Тина? – она громко стонет, выгибается от волны оргазма, рвётся, как струна.
– Малышка? Ты как? Сладкая моя девочка, ну, сорвался, не смог остановиться вовремя. Тебе было плохо? – зачастил Илья.
Да, накрыло его той же волной, что и нас всех.
– Мне было хорошо, – Тина улыбнулась.
– Продолжим? – смеясь, предложил ей, со злостью вспоминая о назначенной встрече.
– Не-ет! – она не злилась, продолжала смеяться. – Отпусти! – завозилась, скидывая навалившегося на неё Илью с себя.
– У, какая бука. Малышка, ты такая злая, потому что мы тебя не удовлетворили? – громко зашептал он.
– Наверное, нам нужно повторить? – поддразнил её.
– Фу! Лучше накормите…
– Точно, время завтрака уже прошло, а наша малышка всю ночь тратила калории, нужно их восполнить, – Илья поднялся и встал рядом с кроватью, пытаясь играть мышцами и тем самым впечатлить нашу пару. – Опять закажем или сходим куда-нибудь?
– Лучше сходить и прогуляться. Только я сначала схожу в ванную! Одна! – Тина выставила вперёд палец, который упёрся в меня.
– Ну, почему сразу же одна? – улыбнулся, предвкушая, как можно использовать рабочие поверхности ванной комнаты.
– Потому что хочу помыться, а не продолжить… вот это вот!
– Неужели ты думаешь, что я не помогу тебе помыться? – спросил я и подмигнул.
– Уверена, что сможешь! И не только помыться.
– Я пойду в свой номер, – вдруг заявил Илья. – Тоже освежусь.
Посмотрел на него, подумав, что друг задумал что-то грандиозное. Понять не успел, где-то глухо зазвенел мой телефон, разбивая идеальное утро об отвратную реальность. Что ж, встречу никто не отменял, придётся идти.
– Ну вот, – хмыкнул Илья, – утро наступило. Пора работать.
– Работа требует нашего внимания, – поморщился я. – Ответишь? – надежда умирает последней.
– Не-а, это твой, – нахально отбрил друг и быстро свинтил из номера.
– Мне нужно ответить, – чмокнул Тину и отпустил её в ванную, понимая, что нужно разобраться со всем побыстрее.
– Хорошо.
Одевался быстро, стараясь не думать о том, что оставляю Тину одну. Вышел в коридор и столкнулся Ильёй, который завис у нашего номера. Его тоже колбасило, он не хотел уходить от нашей пары, но сейчас девочке нужно было дать чуть-чуть свободы, чтобы она успокоилась и приняла своё новое будущее. Мне до безумия хотелось остаться, и Илья это прекрасно понимал, знал, что я чувствую, но ему, как начальнику моей охраны, везло, можно было никуда не рыпаться.
– Я постараюсь вернуться побыстрее, – замер.
Странное ощущение, словно нельзя уходить, нельзя оставлять нашу пару, бурлило в груди и вызывало раздражение. Я будто искал причину, чтобы остаться, и не находил. Всё хорошо, с ней останется Илья, Тина в надёжных руках, врагов здесь у нас нет. Так почему же я переживаю?
  
– Иди, – сказал уже не просто друг, а член семьи. – Я присмотрю за ней.
– И не пугай её.